Доступность ссылки

Свидетельства оккупации. Ходили слухи, что крымских татар снова хотят депортировать


Альме Эмирсале – крымская переселенка, ныне живущая в поселке Новоалексеевка Генического района Херсонской области, поделилась воспоминаниями о первых днях оккупации Крыма, мирных протестах и надеждах на освобождение полуострова.

Говоря об оккупации, сразу вспоминается один эпизод в день референдума,16 марта 2014 года.

Обычно на выходные я приезжала к родителям в Новоалексеевку (Генический район Херсонской области, приграничный с Крымом). В день референдума мы возвращались в Бахчисарай. Сходим с поезда. Дочка, которая тогда ходила в шестой класс, первое, что мне говорит: «Ана (мама), а почему висят российские флаги? У нас же украинский – желто-голубой! Почему висят российские?». Это первое, что бросилось в глаза ребенку.

А вокруг эта самооборона. Это просто пьяные, вооруженные люди, которым дозволено все. Их массовые группировки. Было действительно, не то, что страшно, но мирный человек просто опасался где-то сказать лишнее слово, потому что разгул и пьяный дебош. В то время как наши крымские татары, особенно мужчины, горячие головы, действительно пытались противостоять.

Говорить о том, что крымские татары принимали участие в этом референдуме, это не то, что ложь, из всего населения крымских татар – два человека. То о каком проценте можно говорить?!

По референдуму – знаю о том, что в Бахчисарае из всех крымских татар только двое пошли. Говорить о том, что крымские татары принимали участие в этом референдуме, это не то, что ложь, из всего населения крымских татар – два человека. То о каком проценте можно говорить?!

В Бахчисарае были две военные части. Вспоминается, как мы ходили оборонять, защищать воинские части, когда солдатам в кастрюлях, вот как сейчас на блокаде, варили еду, возили продукты.

Я работала в школе, проведешь уроки, и в час–два дня мы выходили на кольцо на симферопольскую дорогу. Женщины Крыма против войны. С плакатами, пели гимн Украины, а в это время по дороге едут БТРы российские, грузовые машины. Над мирным городом пролетают за раз до тридцати военных самолетов.

По городу разъезжают БТРы. Недалеко от нашей школы была дорога. И ребенок выходит, чтобы перейти дорогу и пройти к остановке, но видит этот БТР. Останавливается и говорит, видя своего учителя, то есть меня: «Альме-оджа, я боюсь переходить дорогу!». Проезжает БТР, а там солдат высунувшийся с автоматом. Ребенок просто боялся перейти дорогу.

Помню, как 26 февраля, часов в 11 дня, родители стали массово забирать детей из школы

Помню, как 26 февраля, часов в 11 дня, родители стали массово забирать детей из школы. Просто приходят и забирают детей, почему? Потому что отцы поехали на площадь, в Симферополь, всем мужчинам сказали быть там. Мужчины, привыкшие защищать себя, семью, свою честь, Родину. Привыкли бороться. А не дай Бог что–то случится – поляжет целое поколение наших мужчин.

К произошедшему 27 февраля отнеслись как к предательству. Бытовало мнение, что нас предали, нас продали, потому что обещали, что будет все нормально, расходитесь. Долго ждали того, что это неправда.

По городу ходили слухи, мол как в 1944 году дедов выслали, точно так же и вас вышлют в Магадан и так далее, куда–то в Россию.

И лично была свидетелем того, как молодежь, которая в жизни еще ничего не добилась сама, идет по городу, и говорит о том, что вот, моей бабушке достался маленький домик, а я сейчас присмотрел трехэтажный дом, буду жить в нем.

Была готовность среди крымских татар: я просто так дом не оставлю, взорву, сожгу, но врагу не оставлю

Но была готовность среди крымских татар: я просто так дом не оставлю, взорву, сожгу, но врагу не оставлю. В микрорайоне там, где многоэтажки, пророссийски настроенные люди очень часто говорили: вы готовьтесь, потому что будет машина, вас будут вывозить. Было и такое.

И молодые семьи, которые без бабушек, без дедушек, никогда именно в это время не оставляли детей одних. То есть, 10-12-летнего ребенка, можно было раньше оставить на часик, сходить в магазин. А в это время родители боялись.

Долго ждали, что Украина введет свои войска или даст приказ оборонятся, защищать. Этого не было. Первое время думали – потерпите два месяца, Украина вернет, потерпите полгода, Украина вернет, потерпите год...

Вот год я и смогла выдержать. Больше нет.

Беседовала Лана Долленберг.

Мнения, высказанные в рубрике «Свидетельства оккупации», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Поделитесь тем, что видели и что знаете, пишите нам на email: krym_redaktor@rferl.org

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

XS
SM
MD
LG