Доступность ссылки

Письма из оккупированного Донбасса. Обратная сторона Луганска


Иллюстративное фото. Луганск, 2014 год

Иллюстративное фото. Луганск, 2014 год

Виталий Коршунов

Если вообразить себе человека, вернувшегося в Луганск после перерыва в два с лишним года, восприятие всего происходящего для него будет зависеть от того, способен ли он думать и насколько он впечатлителен.

Поверхностная картинка всего с большой вероятностью покажется ему практически такой же – есть люди, рынок бурлит, рестораны открыты, и найти можно в городе абсолютно все. Чуть всмотревшись в эту лубочную картинку, начинают проступать детали и оттенки, как на большом полотне, которое нужно рассматривать долго и каждый раз видеть в нем что-то новое.

Специалистов не хватает буквально во всех отраслях. То есть будто бы есть врачи и учителя, есть специалисты в узких сферах деятельности, но картинка получается какой-то странно размытой. И на рынке, при изобилии всего на первый взгляд, в ответ на конкретный запрос вам или найдут довоенную реликвию, с которой почти с трепетом смахнут пыль и раз пять подчеркнут ее ценность и значимость, или дадут что-то где-то как-то похожее на ваше пожелание, сославшись на то, что есть только такое, российское, отзывов на которое пока нет. Это касается рынка строительных материалов, который предложит почти на все запросы неизвестные российские аналоги. Та же ситуация в сфере фармации, когда вам найдут почти то, что нужно, но с другим названием и из России.

А люди… Люди действительно есть. Часть тех, кто никуда не уезжал, и часть тех, кто, отчаявшись, вернулся

А люди… Люди действительно есть. Часть тех, кто никуда не уезжал, и часть тех, кто, отчаявшись, вернулся. Кто-то искал лучшей жизни в России, но обжегся положением нелегала и, исходящими из этого, низкими зарплатами и невыплатами. Кто-то вернулся с территории, подконтрольной Украине, не имея достаточной хватки бороться за свое место под солнцем. А может и просто от того, что для Луганска хватало знаний и опыта, а для другого города со съемным жильем амбиций и навыков оказалось маловато.

Хотя далеко не все готовы честно признаться в причинах мытарств. И часто просто счастливы от того, что снова оказались дома, в любимых стенах, а от этого любые трудности кажутся уже несущественными. Вот с этой категорией говорить бывает сложно. После пережитых поисков работы и обманов с зарплатами в России им все дома кажется априори счастливым, а самые сложные трудности – пустячными.

Хотя, приехав в Луганск на день-два, увидеть все в таких вот частностях сложно. Скорее всего, удивит пустующий город по вечерам. И не просто пустующий, а впадающий в сон до следующего рассвета. Улицы покажутся странно пустыми, окна – темными, а сам город – неуютным и чужим.

Конфликты вспыхивают из ничего и похожи на огонь в степи. И в таких вот «срезах» всегда ощутимо, насколько люди недовольны всем происходящим

Транспорт ходит до 19:00. До этого же времени люди торопятся вернуться домой. В этот промежуток всегда выше уровень агрессии в транспорте – люди боятся опоздать, боятся, что маршрутка сегодня последняя, а заодно с этим страхом выплескивается на всех сдерживаемая днем агрессия и недовольство. Конфликты вспыхивают из ничего и похожи на огонь в степи. И в таких вот «срезах» всегда ощутимо, насколько люди недовольны всем происходящим – неопределенностью, дороговизной, отсутствием будущего.

А еще город стал другим от того, что стал военным объектом.

Представить, что такое могло быть возможным, под силу только писателю-фантасту, да и то не всякому. Луганск всегда был очень миролюбивым. На митинги ходили по спискам с госпредприятий и всегда спешили улизнуть с них пораньше домой… Раньше. Сейчас город наводнен военной техникой и людьми в форме. Да, танки и БТР на улицах уже просто так не увидеть, хотя следы гусениц еще видны на дорогах.

Город стал каким-то чужим за счет огромного количества людей в форме

Но город стал каким-то чужим за счет огромного количества людей в форме. Их можно увидеть по утрам, когда они спешат на «работу», и вечером по дороге домой, можно увидеть грузовые машины с номерными знаками «ЛК» («луганская комендатура»), похожие как близнецы. И во всем этом улавливается почти неуловимое – стандарт, под который причесывается местная «армия». Пережив лето 2014 года в городе и увидев воочию тот первый состав местной «армии», контраст настолько очевиден, что в то, как это было в самом начале, уже верится с трудом.

Примотанные к машинам черепа животных, громкие и амбициозные позывные вместо номеров на дорогих, явно с «чужого плеча», машинах, лихачества на дорогах и удаль пьяного разудала.

Исчезли черепа животных, исчезли номера-позывные, лихие командиры-неформалы исчезли в безвременье лихолетья или стали одинаково-безликими, как и большинство. «Армия» стала похожей, как тот самый мистер Смит из «Матрицы», клонов которому не было счета. Да, местная «армия» стала не такой демонстративной, как в самом начале, но в ее позиции сейчас чувствуется властная рука тех, кто умело «причесывает» ее под общий «стандарт». И сами «военные» стали другими – суетливо-усталыми, пригруженными «журналами» и «рапортами», «обязанностями», «проверками», «учениями», подготовкой к ним… Не осталось времени на лихой разудал.

В суете дел мелькает мысль – бросить всю эту, ставшую чертовски утомительной, волынку, или тянуть ярмо дальше, потому, где еще здесь и сейчас можно найти такую работу на такие деньги?

Украина для выезда заказана, Россия, при всем ее радушии, дальше границы не пускает местных «военных»

Украина для выезда заказана, Россия, при всем ее радушии, дальше границы не пускает местных «военных». Остается не так уж много – «ЛНР» и «ДНР», как возможное поле для капитуляции. И что интересно, все эти рядовые мистеры Смиты, похожие друг на друга, знают одинаково мало. Толком не знает вообще никто. Так, догадки и предположения – мы станем жить лучше через два года, нет, через пять или не станем жить лучше вообще никогда. Разговоры о наступлении похожи на бабский трёп у подъезда, в котором зачастую больше правды, чем в новостях от местных «военных».

Но участь аналитика новой эры – удел избранных. Большей частью люди живут тем, что волнует их исключительно в этот день или эту минуту – оформление двух пенсий, получение украинской пенсии на руки с наименьшим процентом комиссии, выезд куда-то с меньшим временем ожидания, получение гуманитарки или покупка продуктов дешевле.

Все предельно просто. Жизнь здесь и сейчас – залог того, чтобы выжить, сохранить психику и здоровье. И даже в этом есть выхолощенность жизни в этом городе, таком не похожем на прежний Луганск.

Виталий Коршунов, преподаватель, город Луганск

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Перепечатка из рубрики «Листи з окупованого Донбасу» Радіо Свобода

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...

Loading...

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

XS
SM
MD
LG