Доступность ссылки

Утром 21 октября в квартиру к пресс-секретарю фонда "Правовая инициатива" и журналисту Ксении Бабич пришли с обыском оперативники. После обыска ее вызвали на допрос в Следственный комитет. Предполагается, что Бабич проходит в качестве свидетеля по делу запрещенной в России украинской организации "Правый сектор". Друзья и коллеги Бабич заявляют о ее аполитичности и опровергают ее связь с "Правым сектором".

Первым об обыске в квартире 30-летней журналистки Ксении Бабич сообщил в Facebook журналист Илья Шепелин. По его словам, следственные действия проводили семеро человек, руководил обыском "человек с хорошей правоохранительной фамилией Ежов":

"Начали долбиться в дверь в шесть часов. Ксюша сказала, что не откроет без юриста. На это следователи ответили, что лучше выпилят дверь болгаркой, которая у них есть в машине, чем будут ждать. Проверили в однокомнатной квартире все, вплоть до стелек в обуви".

Ей, действительно, не сильно нравится то, что происходит в России, но ни к "Правому сектору", ни к украинскому национализму она никакого отношения не имеет

Шепелин также отметил, что Бабич успела написать об обыске в своем Facebook, однако один из следователей забрал у нее телефон и удалил пост. В ходе обыска у Бабич изъяли компьютер, телефон и электронные носители информации.

После обыска Ксению Бабич вызвали на допрос в Следственный комитет, предположительно, в качестве свидетеля по делу запрещенной в России организации "Правый сектор", и в частности по делу пресс-секретаря этой организации Артема Скоропадского. В России ему предъявлены обвинения в участии в экстремистской организации. Бабич училась с ним на одном факультете – журналистики МГУ. В интервью Радио Свобода Артем Скоропадский назвал "абсурдом" ситуацию с Ксенией Бабич:

Артем Скоропадский

Артем Скоропадский

– Мы учились на одном факультете, но на разных курсах, потому что она младше меня. Но мы знакомы, действительно, больше 10 лет. Она абсолютно аполитичный человек. Ей, действительно, не сильно нравится то, что происходит в России, но ни к "Правому сектору", ни к украинскому национализму, ни к какой бы то ни было украинской политической жизни она никакого отношения не имеет. Насколько я понимаю, за последние три года, со времени революции в Украине, она была тут, я думаю, два раза. Один раз как фоторепортер во время революции. И второй раз она приезжала просто погулять по Киеву на пару дней. Мы с ней увиделись буквально на полчаса-час. Дальше она с какими-то своими друзьями там пересекалась. Я даже не знаю, у кого она останавливалась, чем занималась. Насколько я понял, она просто приехала погулять по Киеву, посмотреть, сходить в Лавру, в ресторан. Так что то, что происходит, – это абсурд, конечно.

– Как вы думаете, насколько это может иметь для нее серьезные последствия?

– С учетом той политической шизофрении и тех репрессий, которые происходят в России, может быть все что угодно. Но я еще раз говорю: она вообще не имеет никакого отношения ни к "Правому сектору", ни к чему. Единственная ее вина в том, что мы с ней знакомы много лет. Вот и все. Но так можно брать вообще весь поток, с которым я учился с 1999 по 2004 год, и всех тянуть на всякие допросы и т. д. К украинской политике она не имеет никакого отношения.

– А что вы думаете по поводу того дела, которое возбуждено в России против вас и против "Правого сектора"?

Идет "охота на ведьм". И даже из безобидной журналистки делают экстремистку, хотя она в Украине была последний раз 1,5 года назад

– Дело это абсолютно абсурдное. Следователям даже лень разбираться, что, допустим, Ярош уже давно не имеет никакого отношения к "Правому сектору", хотя он там упоминается как руководитель. Я никогда не был ни в каких руководящих органах "Правого сектора". Там идет, что я пропагандировал преступную, экстремистскую, террористическую деятельность "Правого сектора". То, что я сейчас с вами общаюсь, – это тоже, получается, преступная экстремистская деятельность. Нужно найти каких-то экстремистов, террористов для внутреннего пользования российского, чтобы запугивать обывателей и прикрывать все свои ошибки на Донбассе, прикрывать весь тот кризис, который происходит в России после введения санкций, после того как Россия оккупировала Крым. Нужно искать новые страшилки. Идет такая "охота на ведьм". И даже из безобидной абсолютно журналистки делают какую-то экстремистку, хотя она в Украине была последний раз 1,5 года назад, – заключает Артем Скоропадский.

Ксения Бабич помимо "Правовой инициативы" работала внештатным корреспондентом украинского телеканала "112", была редактором в РБК и писала для портала "Сноб".

Представители телеканала "112 Украина" рассказали Радио Свобода, что с Ксенией Бабич сотрудничают с 2015 года. Она делала репортажные материалы об обысках в Библиотеке украинской литературы, об аресте украинского журналиста Романа Сущенко, о суде по запрету Меджлиса. "Бабич не аккредитована при МИДе РФ, она всегда включалась по скайпу", – сообщили Радио Свобода.

Ксения Бабич

Ксения Бабич

В официальном заявлении на сайте телекомпании "112 Украина" говорится, что в компании "обеспокоены и внимательно следят за ситуацией" с Ксенией Бабич:

"Учитывая предыдущие прецеденты с преследованиями украинских журналистов на территории России за последний период, а именно случаи с Романом Сущенко и Николаем Семеной, телеканал "112 Украина" существенно обеспокоен ситуацией, сложившейся с его внештатным корреспондентом".

Телеканал также обратился к международному журналистскому сообществу, дипломатическим учреждениям Украины и к другим государствам с призывом следить за ситуацией с Бабич и "способствовать соблюдению прав журналиста, прав человека и не допустить противоправных действий против корреспондента, которая объективно и беспристрастно освещала события в России для украинского телеканала".

Уголовное дело об экстремизме в отношении лидеров и членов украинской организации "Правый сектор" было возбуждено в конце сентября. Сам "Правый сектор" был признан экстремистским и запрещен в России еще в ноябре 2014 года.

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...

Loading...

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

XS
SM
MD
LG