Доступность ссылки

Специально для Крым.Реалии

В советское время, когда речь заходила о статистике, говорили, что «существует большая ложь – и статистика». Действительно, советская статистика всегда была частью коммунистической идеологии. Она пристально контролировалась самим Политбюро и «энкаведистско-кагебистскими опричниками». Ведь факты тотального уничтожения статистических работников, которые давали неудобные для кремлевских вождей данные – довольно распространенное явление. Поэтому и существовали в стране несколько форм статистической отчетности: одна – для широких «народных масс» и зарубежья, а другая ‒ не приукрашенная, настоящая, ‒ для Политбюро и КГБ.

В течение первого послевоенного десятилетия экономика Крыма находилась в довольно запущенном состоянии и двигалась к настоящей экономической и гуманитарной катастрофе

Поэтому, полагаться на добропорядочность официальных советских статистических данных о состоянии экономики в стране и в любой союзной республике – не приходится. Больше доверия вызывают текущие данные об экономических проблемах, которые без идеологической косметики попадали в местную прессу. Их изучение убедительно доказывает, что в течение первого послевоенного десятилетия экономика Крыма находилась в довольно запущенном состоянии и двигалась к настоящей экономической и гуманитарной катастрофе. Именно эти причины и заставили тогдашнее кремлевское руководство, прежде всего, председателя Совета Министров СССР Георгия Маленкова и Первого секретаря ЦК КПСС Никиту Хрущева еще в конце 1953 года прибегнуть к шулерскому поступку ‒ навязать заброшенный РСФСР и разоренный войной Крым Украине, которая должна была его возрождать и спасать от российского бездарного хозяйствования. Эту хитроумную акцию кремлевские идеологи завуалировали под братскую благотворительность «великого русского народа» перед празднованием 300-летия «Переяславской рады» и «добровольного воссоединения с Великой Россией».

Скрытые от посторонних глаз переговоры с руководством УССР кремлевские вожди начали вскоре после сентябрьского пленума ЦК КПСС в 1953 году, посвященного сельскому хозяйству ‒ одной из самых заброшенных отраслей экономики Советского Союза. Именно на этом пленуме ЦК и созрела идея навязать Крымскую область РСФСР Украине.

Указанную версию подтверждает главный редактор ведущей союзной газеты «Известия», зять Никиты Хрущева Алексей Аджубей. Он сопровождал первого секретаря ЦК КПСС в его тайной инспекторской поездке в степной Крым поздней осенью 1953 года. Найти какую-то информацию об этом событии в тогдашней крымской прессе нам не удалось. Безусловно, к этой краткосрочной экспедиции по степному Крыму Никиту Хрущева подтолкнуло катастрофическое состояние сельского хозяйства на полуострове и несостоятельность крымского партийного руководства восстановить экономику в Крыму, в Ялте. После весьма сложного для него сентябрьского пленума ЦК КПСС Никита Хрущев решил лично ознакомиться с жизнью переселенцев в степном Крыму.

Они засыпали центральные органы и газеты лавиной жалоб. Воспоминания Алексея Аджубея позволяют понять мотивацию довольно неожиданного решения кремлевского руководства о передаче Крымской области Украине. Они настолько ценны, что их нужно чаще напоминать тем, кто упорно и бездоказательно не устает утверждать, что Никита Хрущев, как партийный функционер, длительное время работал в Украине и – из-за своей привязанности к ней – «подарил» в 1954 году Крым украинцам. Эта примитивная провокационная чушь и московская фальсификация не выдерживает никакой критики и не аргументируется ни одним документом.

Итак, Алексей Аджубей свидетельствует в своих воспоминаниях:

«Здесь, на плато, все еще дышало страшной войной. Вдоль дорог разбитые танки и артиллерийские орудия, и везде, до горизонта, серые каменные обелиски, построенные военными строителями в память о своих павших товарищах. И земля тоже высохла и заросла жесткой щетиной сорняков. Пустовали поселки, татарские аулы, их хозяева, сосланные злой волей Сталина в далекие холодные края, потеряли всякую надежду на возвращение...

Хрущев не спешил в Симферополь, хотя хозяева настойчиво предлагали отдохнуть с дороги. Он сворачивал с тракта, на выжженной траве расстилали брезент, перекусывали практически на ходу, будто все еще шла война. Более всего Никиту Сергеевича поразили и расстроили толпы переселенцев, которые неизвестно каким образом прослышали о его поездке.

Молчаливая серая масса людей преграждала дорогу и, так же молча, не расступаясь, ждала, пока машины не остановятся. Люди тяжело долго не начинали разговоры, давая возможность Хрущеву начать первым. Затем из толпы звучал один вопрос, второй, третий. О еде, жилье, помощи.

Переселенцы в большинстве приехали из России, с Волги, из северных русских областей»​ (Аджубей А. Как Хрущев Крым Украине отдал// Новое время. ‒ 1992. ‒ № 6. ‒ С. 21).

«Это я сейчас пишу «приехали», ‒ продолжает Аджубей, ‒ а они кричали: «нас пригнали» ‒ привычный стон людей, которые потеряли надежду в жизни. Из толпы раздавались и вообще истерические возгласы: «Картофель здесь не растет, капуста вянет». Или вдруг совсем грустное: «Клопы заели». «Чего же ехали?» ‒ спрашивал Хрущев, ‒ и толпа выдыхала: «Обманули» (там же ‒ С. 21).

После этой достаточно неприятной поездки по степному Крыму первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев и председатель Совета Министров СССР Георгий Маленков, который также отдыхал в Крыму, вроде бы полетели в Киев. Рассказывают, что они буквально на коленях умоляли тогдашнего первого секретаря ЦК КПУ Алексея Кириченко и председателя Совета Министров УССР Никифора Кальченко спасать Крымскую область от неминуемой экономической и гуманитарной катастрофы.

Безусловно, решение о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР принималось не единолично, а было коллективным мнением всего высшего политического и государственного руководства тогдашнего СССР. Оно созрело вскоре после возвращения из Украины первых лиц партии и государства в Москву.

Уже в конце 1953 года началась активная подготовительная работа. Об этом свидетельствует справка о состоянии сельского хозяйства в Крымской области, подготовленная для первого секретаря ЦК КПУ Алексея Кириченко от 4 января 1954 года. Она должна была ознакомить партийного руководителя республики с состоянием сельского хозяйства Крымской области накануне передачи ее Украине. Отметим, что справка составлена достаточно профессионально, и нам кажется, что приведенные в ней статистические данные о состоянии сельского хозяйства в Крымской области накануне передачи ее Украине вызывают доверие.

Ценным является то, что для сравнения показателей с довоенным периодом в ней приводятся данные за 1940 год. Поэтому есть возможность проследить динамику статистических показателей за весь послевоенный период.

Итак, по состоянию на конец 1953 года площадь земельных угодий Крымской области составляла 2562,1 тыс. гектаров, из них в обработке находилось 1270,6 тыс. гектаров. По сравнению с 1940 годом площадь посевов в 1950 году в Крыму сократилась почти на 135 тыс. гектаров, а в 1953 году ‒ на 35 тыс. гектаров. А в 1954 году запланированная посевная площадь в области уменьшалась по сравнению с 1940 годом на 80 тыс. гектаров. Сократились не только посевные площади зерновых культур, но и катастрофически упала их урожайность. Если в 1913 году урожайность зерновых на крымской земле составляла 11,2 центнеров с гектара, в 1940 ‒ 10,7 ц/га, то в 1950 году с каждого гектара посевов получили лишь 3,9 ц/га. Весьма показательно, что наиболее провальный для крымской власти год ‒ 1950 ‒ составители справки изъяли. А именно он и отражает уровень деградации сельскохозяйственной отрасли в Крымской области и убедительно доказывает прямую зависимость урожайности крымских полей от погодных условий года. Ведь подаренную Богом более высокую урожайность зерновых в 1952 году (15,2 ц/га) составители справки подали как огромное достижение партийного руководства.

Неутешительными были показатели в области и с производством главной продовольственной культуры ‒ озимой пшеницы.

В 1940 году озимую пшеницу в Крыму выращивали на площади почти 370 тыс. гектаров. В 1950-м ее площадь сократилась почти вдвое и составляла 195 тыс. гектаров. Только в 1953 году площади озимой пшеницы достигли довоенного уровня, на этом же показателе предполагалось остановиться и в 1954 году.

Урожайность озимой пшеницы в области также была достаточно низкой и не достигала уровня 1913 и 1940 годов. Если в 1913 году с каждого гектара озимой пшеницы в Крыму получали 13,1 центнера, а в 1940 ‒ 11,5 центнера, то в 1950 году ‒ лишь 4,4 центнера. В благоприятном 1952 году урожайность озимой пшеницы повысилась до 15,3 ц/га. В 1954 году предполагалось с каждого гектара озимой пшеницы получить 12,4 центнера, что почти дотягивало до уровня 1913 года.

Население страдало от острой нехватки главной после озимой пшеницы продовольственной культуры ‒ картофеля

Урожайность овощных культур уменьшилась почти вдвое (118,2 ц/га в 1940 году), 51 ц/га ‒ в 1952 и 55 ц/га в 1953 году. Не произошло также существенного расширения площади овощных культур. По сравнению с 1940 годом площадь под овощными культурами сократилась почти вдвое (118 тыс. гектаров в 1940 году и 51-55 тыс. гектаров в 1952 и 1953 годах соответственно). Население страдало от острой нехватки главной после озимой пшеницы продовольственной культуры ‒ картофеля. Если в 1940 году с каждого гектара картофельного поля получали почти 70 центнеров, то в 1950 и 1953 годах урожайность картофеля снизилась: 29,0 ‒ 30 ц/га.

Настоящая катастрофа произошла с выращиванием корнеплодов (главным образом, кормовой свеклы). Урожай уменьшился по сравнению с 1940 годом почти в три раза и составил 42 ц/га в 1952 году и 47,0 ц/га ‒ в 1953 году.

Вдвое уменьшилась и урожайность сена. Таким образом, кормовая база для животноводства в послевоенные годы значительно ухудшилась.

Не произошло за десять послевоенных лет и заметного прогресса в развитии садоводства и виноградарства ‒ когда-то ведущих отраслях крымской экономики.

Как показывает справка, общая площадь садов в колхозах и совхозах Крыма в 1940 году составляла 12,3 тыс. гектаров. В 1952 году ‒ 9,8 тыс. гектаров, а в 1953 ‒ 10 тыс. гектаров. Не предусматривалось закладки новых садов и в 1954-м году. Восстановить былую славу крымского садоводства за десять послевоенных лет так и не удалось. Если в 1940 году с каждого гектара крымского сада получали 55 центнеров, то в 1951 году ‒ только 15,6, в 1953 ‒ 48,5, а в 1954 году предполагалось получить 29 центнеров. В 1913 году только с одного дерева крымских синапов снимали более 20 центнеров высококачественных яблок.

Даже в 1954 году площадь промышленных виноградников не достигла уровня 1940 года и составляла лишь 79,2% довоенного уровня

Еще более катастрофической в первое послевоенное десятилетие ситуация была в виноградарстве. По статистическим данным, даже в 1954 году площадь промышленных виноградников не достигла уровня 1940 года и сократилась до 7069 гектаров. Это составляло лишь 79,2% довоенного уровня. Систематически не выполнялись планы посадки новых виноградников, для этого крайне не хватало посадочного материала.

Урожайность промышленных виноградников была очень низкой, варьировалась в пределах 19,6-11,9 ц/га и по сравнению с 1939 годом составила 18,5 ц/га в 1951 году и 24,8% ‒ в 1953.

Для винодельческой отрасли не хватало сырья. Чтобы не остановилось производство, виноматериалы завозили из Украины и Северного Кавказа. Местная пресса сообщала, что в фирменных магазинах нельзя было даже по высоким ценам приобрести некогда популярные марочные вина «Солнечная долина», «Кокур», «Кагор», «Ташла».

Крымское животноводство из года в год страдало от дефицита не только концентрированных, но и грубых кормов. Из предоставленной украинскому руководству январской докладной записки 1954 года узнаем, что грубыми кормами крымские фермы были обеспечены лишь на 81%, сеном ‒ на 3%, а сочными кормами ‒ на 40%.

Особенно катастрофической была ситуация с обеспечением животноводческих ферм в крымском предгорье. Хозяйства Алуштинского района грубыми кормами были обеспечены лишь на 10%, Балаклавского ‒ на 48%, Куйбышевского ‒ на 50%, Судакского ‒ на 46%, Бахчисарайского ‒ на 55%, Белогорского ‒ на 60%.

Если в 1940 году в среднем на одну корову приходилось 20,2 центнеров грубых кормов, то в 1953 этот показатель снизился до 17,4 центнеров, а в 1953 ‒ составлял 19,8 центнеров. Катастрофически скоту не хватало сена и силоса. По сравнению с довоенным периодом обеспеченность животных этими кормами уменьшилась в 2-2,5 раза.

Почти во всех районах для зимнего содержания животных не хватало соответствующих помещений. Крупный рогатый скот помещениями был обеспечен на 92%, телята ‒ на 82%, овцы ‒ на 77%, свиньи ‒ на 87%, птица ‒ на 82%.

Даже в 1953 году область не достигла довоенного объема закупки зерна: 393 тыс. тонн против 407 тыс. тонн в 1940 году

Крымская область в первое послевоенное десятилетие из года в год не выполняла планы государственных закупок сельскохозяйственной продукции. Даже в 1953 году область не достигла довоенного объема закупки зерна: 393 тыс. тонн против 407 тыс. тонн в 1940 году. Почти в 1,5-2 раза сократились государственные закупки овощей и картофеля. Резко упали показатели заготовки фруктов, винограда и табака.

За счет поголовья на приусадебных хозяйствах переселенцев произошло увеличение государственных закупок мяса, молока, возросло производство яиц. Но для полноценного обеспечения крымского населения основными продуктами питания собственной продукции не хватало. Поэтому большую часть продуктов питания для городского населения приходилось завозить на полуостров из Украины.

Состояние промышленного производства, строительной отрасли и социально-гуманитарной сферы накануне передачи Крымской области Украине ‒ тема отдельного разговора.

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG