Доступность ссылки

Скованные одной цепью: чего хотят Киев и крымские татары


Специально для Крым.Реалии, рубрика «Мнение»

Главная мотивация политической деятельности крымских татар, значительно влияющая на весь смысл их национального движения, – желание обрести национально-территориальную автономию.

Это желание, закрепленное в декларации о суверенитете крымскотатарского народа, десятилетиями остается неизменным и определяет все принципиальные решения национальной общины. Стремление к автономии четко передает формула, прописанная все в той же декларации: «Крым является национальной территорией крымскотатарского народа, на которой только он обладает правом на самоопределение».

Именно этот постулат стал боевым знаменем Меджлиса в борьбе за право народа самостоятельно устанавливать правила жизни на родной земле.

Коренной народ Крыма всегда был единственным серьезным союзником украинских государственников в регионе

При этом после провозглашения независимости Украины лидеры крымскотатарского национального движения начали тесно связывать возможность развития собственного государственного потенциала с укреплением украинской республики. Такая позиция была определена тем фактом, что большинство российского или пророссийкого населения полуострова не принимали культуру крымских татар.

Можно говорить много политкорректных фраз, но в действительности именно коренной народ Крыма всегда был единственным серьезным союзником украинских государственников в регионе. Просто потому, что, находясь в численном меньшинстве (от 15 до 20% населения республики), крымские татары могли отстаивать свои справедливые и законные (с точки зрения международного права) притязания на создание в АРК национально-территориальной автономии только при поддержке политического центра государства. Других потенциальных союзников у них не было.

Вот почему сейчас украинский патриотизм на полуострове невозможно представить без крымских татар, вот почему сегодня на самом высоком уровне идет обсуждение необходимости внесения в Конституцию Украины изменений, которые бы гарантировали коренному народу право на формирование собственных национальных государственных органов внутри автономной республики.

Впервые за четверть века Киев начал воспринимать предложения Меджлиса всерьез

Впервые за четверть века Киев начал воспринимать предложения Меджлиса всерьез, так что вполне вероятно, что с подачи Петра Порошенко АРК все-таки станет крымскотатарской национальной автономией.

16 июля через свою пресс-службу президент заявил: «Я прошу Конституционную комиссию прислушаться к лидерам крымскотатарского народа и предусмотреть, что Автономная Республика Крым как неотъемлемая составная часть Украины является национально-территориальным образованием, посредством которого крымскотатарский народ реализует свое право на самоопределение».

При этом Петр Порошенко подчеркнул, что о федерализации речь не идет: дескать, как и в случае с «признанием особого статуса Донбасса», которого на самом деле не было, такое решение Конституционной комиссии сохранит за Украиной ее унитарную форму.

Даже в условиях оккупации полуострова Киев оставляет за собой пространство для маневра

Тот факт, что в заявлении президента фигурирует формулировка «национально-территориальное образование» вместо требуемого и понятного «национально-территориальной автономии крымских татар», заставляет задуматься, что же на самом деле попадет в новый проект Конституции. Нет сомнений в том, что речь будет идти именно о признании органов власти крымскотатарского народа, специфике их работы, но не о юридическом признании Крыма как автономной республики крымских татар.

Это принципиальный момент, ведь автономная республика крымских татар в составе Украины – это фактическая федерализация страны. Так как само слово «федерация» сейчас табуировано из-за войны, высока вероятность принятия половинчатых решений при формировании новой конституции.

Видимо, даже в условиях оккупации полуострова Киев не готов безусловно признать право крымских татар на создание своей полноценной национально-территориальной автономии, а потому оставляет за собой пространство для маневра.

Чего же в действительности хотят крымские татары? Как их требования могут повлиять на нынешнее положение республики? И почему Киев так боится пойти навстречу своим союзникам?

Политическая модель крымскотатарского Крыма

Исходя из логики декларации о суверенитете крымскотатарского народа, в автономии должно появиться как минимум два крупных политических субъекта с параллельными органами власти. Первый – национальная община крымских татар со своим парламентом (Курултаем) и его исполнительным органом (Меджлисом). Второй – прочие национальности, не являющиеся коренными народами полуострова.

Крымские татары получат право ветировать решения государственных органов, если те будут угрожать выживанию или национальным интересам общины

Это значит, что органы власти крымских татар будут огосударствлены. То есть ЦИК должна будет контролировать и регламентировать выборы в Курултай. А Меджлис, вероятно, получит право распоряжаться квотами на представительство крымских татар в органах исполнительной власти.

Квоты могут быть различные – от 20% и выше. По логике вещей, они должны распространяться на представительство не только в исполнительной власти, но и в советах всех уровней.

Кроме того, крымские татары получат право ветировать решения государственных органов (в том числе и местного Верховного Совета), если те будут угрожать выживанию или национальным интересам общины. Это ключевой момент, особенно важный в сфере образования и культуры.

Крымские татары, к примеру, смогут принимать участие в выборах в Курултай и Верховный Совет, а представители прочих национальностей – только в Верховный Совет

Еще одно неизбежное следствие создания национально-территориальной автономии – введение паспортной графы «национальность» для крымских татар. Ведь коренной народ должен иметь право на участие не только в общереспубликанском политическом процессе, но и в своем национальном. А без обозначения границ этнической общины это сделать невозможно. Поэтому государству придется разработать четкие критерии для юридического определения национальности.

Тогда крымские татары, к примеру, смогут принимать участие в выборах в Курултай и Верховный Совет, а представители прочих национальностей – только в Верховный Совет. Это важно для понимания того, что может представлять крымская политика в перспективе.

Если подойти к осмыслению политической модели крымскотатарского Крыма критически, становится очевидно, что в ней присутствует естественный элемент позитивной дискриминации, направленной на восстановление позиций коренного народа на его родной земле.

Подобные изменения однозначно вызовут жесткое сопротивление пророссийского большинства крымчан

Однако подобные изменения однозначно вызовут жесткое сопротивление пророссийского большинства крымчан. А это не выгодно ни Москве, ни Киеву.

Поэтому сейчас Украина тщательно взвешивает все «за» и «против» официального признания полуострова как национально-территориальной автономии крымских татар.

Украинский рычаг

Киев может использовать создание крымскотатарской национально-территориальной автономии как дополнительный аргумент в пользу возврата территории. Выступив в защиту прав коренного народа, Украина заручится поддержкой Турции и политического движения крымских татар, которое обладает значительным весом на восточноевропейской шахматной доске.

Однако желание национальной общины восстановить собственную государственность в пределах Крымского полуострова прямо противоречие проекту унитарной страны.

Украинскому политбомонду есть чему поучиться у лидеров крымских татар – например, последовательности в отстаивании интересов собственного народа

Потому-то Петр Порошенко и жонглирует нейтральными словами, лишь бы не произносить словосочетание «национально-территориальная автономия» и не потерять голоса своих крайне правых избирателей. Даже если автономия крымских татар по сути будет являться национально-территориальной, называть ее будут не иначе как «национальной» в надежде, что на этом процесс борьбы за самоопределение закончится.

Кажется, украинскому политическому бомонду есть чему поучиться у лидеров крымских татар – например, последовательности в отстаивании интересов собственного народа без оглядки на местечковые преференции или десятые доли рейтинга. Если бы Киев столь же принципиально защищал права украинской общины на полуострове, он бы понимал, что без соответствующих конституционных реформ сохранение жизненно важного союза с крымскими татарами невозможно.

Лев Абалкин, крымский политолог

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG