Доступность ссылки

На этой неделе был представлен первый официальный трейлер фильма "Киборги" украинского режиссера Ахтема Сеитаблаева. Сценарий написан по воспоминаниям защитников Донецкого аэропорта, а сами бойцы украинской армии выступили в роли консультантов. Фильм расскажет историю одного боевого дежурства в течение нескольких недель в сентябре 2014 года, когда шли самые тяжелые бои за Донецкий аэропорт.

Съемки "Киборгов" начались в феврале этого года, они проходили в Киеве и в Черниговской области. Средства для производства получили из государственного бюджета Украины, а также частных инвесторов. Премьера фильма запланирована на 6 декабря этого года – День Вооруженных сил Украины.

Корреспондент Настоящего времени Юлия Горичева встретилась в Украине с настоящими "киборгами" – бойцами украинской армии, которые принимали участие в боях за Донецкий аэропорт, и узнала, будут ли они смотреть новый фильм.

Интервью с Андреем Шором записывали в Песках в 2014 году. Через месяц после этого разговора, Шора как сапера-подрывника отправили в Донецкий аэропорт.

"Град приходит неожиданно, когда мины приходят секунды 3-4 свист слышен. На войне живешь сегодняшний днем, даже на завтра никаких планов нет, будь что будет", – говорил он тогда.

Сейчас Шор демобилизован и вернулся к повседневной жизни. О том, что пережил, рассказывает и показывает в деталях. На его мобильном до сих пор полно фото и видео боев за аэропорт. Шор знает, что в Украине снимали фильм о киборгах, но тизер при нас смотрит впервые.

"Я этот фильм каждый день смотрю", – поясняет он.

Андрей признается, что трейлер пробовал посмотреть раньше, но сразу закрыл. Принять и оценить художественную обработку того что он пережил, ему еще сложно.

"Я не пойду на фильм. Одно дело факты, одно дело рассказы, конкретные какие-то ситуации, другое дело – ну рано еще для художественной литературы и фильмов, ну просто рано. Фильмы снимаются для зрителей, если зрители поймут хоть часть чего-то …я не знаю, как можно передать на экране те картинки, которые крутятся иногда в голове. Если зрители что-то поймут и им понравится, то фильм достигнет своей цели, нет – ну будет еще один фильм", – говорит Шор.

Другого мнения "киборг" Валерий Логинов – офицер 95-й десантной аэромобильной бригады. Во время боя за Донецкий аэропорт получил два ранения – одно в голову, другое в спину.

Война – она внутри каждого, кто прошел ее. И хотелось бы мира. Идти на этот фильм, чтоб вспомнить о войне?

"Война – она внутри каждого, кто прошел ее. И хотелось бы мира. Идти на этот фильм, чтоб вспомнить о войне? – Ну, это не самые приятные впечатления, о которых хочется вспоминать. Но это нужно сделать в память тех парней, которые там погибли", – считает он.

Сама идея создания фильма Логинову нравится. Он считает, что картина заставит вспомнить о войне тех, кто не хочет ее замечать.

"Война – для основной части населения – это где-то там что-то там стреляют, где-то парни погибают. Мы каждый месяц сейчас теряем от 20 до 30 бойцов. Это цена того, чтоб люди сейчас сидели в кафе, спокойно ели и говорили. Никто уже не задумывается о том, что там происходит", – говорит Логинов.

Сошлись "киборги" в одном – декорации фильма реалистичны. На кадрах – очень похожие местность и сооружения. Несовпадения только в деталях.

"Что касается грузовиков, которыми производят доставку на видео, то такое на моей памяти было только один раз, потому что грузовик расстреляли на взлетной полосе. После этого доставка в терминал происходила только бронетехникой", – вспоминает Логинов.

"Боец так выглядит? – Так выглядит. Автомат так выглядит? – да, так. А взрыв так? – Нет! Не так. Мы понимаем, что это пиротехника. Когда рядом взрывается, ты его не видишь глазами и ушами, ты его чувствуешь всем телом. Кожей и всем внутри", – объясняет Шор.

В студии Настоящего Времени режиссер Ахтем Сеитаблаев рассказал, как проходили съемки "Киборгов".

– Бойцы были консультантами при подготовке сценария фильма. Какой была самая пронзительная история, которую вы услышали от них?

– Невозможно выделить какую-то особо, потому что, знаете, есть такие бытовые вещи, которые иногда тебя эмоционально обжигают гораздо больше, чем, скажем, рассказ о какой-то батальной сцене. Безусловно, героической, трагической, где погибали ребята.

Эти мужчины до мозга костей хотели оставаться мужчинами, не позволяя себе даже думать о том, что они могут выглядеть не как воины, даже, не дай бог, после своей смерти

Очень часто так случается, и когда на площадке Евгений Жуков, позывной "Маршал", они приехали вместе с Алексеем Мочановым, известным блогером и волонтером, и он рассказал такую подробность, ну все же чувствуют себя мужчинами, и они имеют полное право на это… Когда мужчины ходили по своим естественным надобностям, каждый из них опасался, что погибнет именно в этот момент, и соотнести это с тем, что ты – мужчина, воин, что на тебя смотрит практически вся страна, и так и было, вперед, защита Донецкого аэропорта, одни посты Евгения Жукова набирали за день 50-25 тысяч просмотров с его комментариями из аэропорта, и вот это, по их словам, очень сильно их волновало. И они договорились по-братски между собой, что если так случится, не дай бог, что кто-то погибнет именно в этот момент, что ребята приведут в порядок побратима, придадут ему необходимый внешний вид, и он предстанет перед родственниками, если так повезет, как мужчина, опрятный, в полной форме.

Первые две секунды я улыбался. А потом, по-моему, все очень долго молчали, просто соотнеся такую бытовую, казалось бы, ничего общего с героизмом не имеющую подробность, с тем, что ребята, эти мужчины, до мозга костей хотели и желали оставаться мужчинами, не позволяя себе даже думать о том, что они могут выглядеть не как воины, даже, не дай бог, после своей смерти.

Можно много рассказывать разных историей – и про подрыв аэропорта, и про их взаимовыручку, и про нервные срывы, и про очень напряженные конфликтные диалоги, связанные с огромной, как я уже говорил, географией вопросов: и языковой, и геологической, и геополитической. Очень много юмора было у них, потому что, как они говорили, юмор – это, наверное, то основное, что помогало им не падать духом и поддерживало желание жизни.

– А вы хотели бы, чтобы фильм посмотрели в России?

– Да.

– Почему это важно, на ваш взгляд?

– Вы знаете, я не верю в то, что какой-либо фильм, какого бы мощного заряда он ни имел, может изменить чье-то мировоззрение или кардинально поменять чей-то взгляд на жизнь. Но если хоть какая-то запятая или какое-то многоточие – не константа мышления, раз и навсегда для себя принятая, может возникнуть после просмотра фильма, я считаю, что это уже немало.

– Вы в одном из интервью говорили, что вас очень легко довести до слез в последнее время. Был ли такой момент при съемках, когда вам хотелось плакать?

– Было.

– Что это был за момент?

– Не скажу. Это был очень мужской разговор на самом деле, абсолютно вроде бы не предполагающий такой реакции, просто мужчины рассказывали про свои семьи. Достаточно с юмором. Но то, как наши замечательные актеры это делали, по-моему, на площадке не осталось никого с сухими глазами, даже наши воины суровые настоящие, по-моему, и им было непросто сдержать эмоции. Хотя это был в принципе по своей форме достаточно бытовой разговор, но внутри которого очень многое раскрывалось, кто они такие, что их наполняет, что им важно.

– Очень многие журналисты, которые освещают конфликт непосредственно в зоне боевых действий, очень часто говорят о том, что понятие героя затерлось и обесценилось из-за того, что ему очень часто придают слишком много пафоса. Как вы старались не перейти эту черту между художественным замыслом и честностью?

– Я очень надеюсь, что мы не перешли эту грань, когда начинается такой уже лже-патриотизм или ура-патриотизм такой. Мне бы очень хотелось, чтобы это в результате возникло у самого зрителя – ощущение гордости, радости за то, что он есть часть целого, то, что мы сегодня называем Украиной. Ну а тут кто ж в помощь? В помощь команда, в помощь твое ощущение мира. И если оно совпадает или звучит в унисон, или резонирует с тем, что ощущает зритель в зале, или ты его ведешь за собой, в идеальном случае подтягиваешь, и он ощущает радость от того, что ты очень высокого мнения о зрителе, ты его уважаешь, и ты хочешь с ним разговаривать серьезно, в смысле не с серьезным лицом, а серьезно с той точки зрения, что ты не оскорбляешь его непрофессионализмом.

– В описании под тизером к фильму говорится, что "Киборги" – это история не о войне, а о современных героях, которые строят новую Украину. Почему именно такой фокус? Можно ли отделить героя от войны сейчас? И какой вы видите эту самую новую Украину, которую они строят?

– Я начну с финальной части вашего вопроса. В принципе, мало чем отличается мечта о той стране, в которой хочешь жить, от той мечты, которая есть у воинов, и от той мечты, которая есть у нас, живущих здесь – которые как раз благодаря им и имеют возможность пить спокойно по утрам кофе, снимать кино, делать передачи, встречаться с дорогими, любимыми людьми. Верховенство права, достойная старость родителям, возможность видеть мир, безопасность твоих детей и возможность учить их в лучших учебных заведениях, меритократия, когда человеку должно быть воздано по его заслугам, а не по связям, отношение к собственной улице, к собственному дому как к стране, потому что страна начинается, собственно, с твоей улицы, с твоей придомовой территории.

Именно за такими молодыми будущее – за пассионарными, патриотичными, очень глубоко и разнообразно образованными

Я ведь имею честь очень много разговаривать с ними, и меня очень радует, что особенно молодые люди, гораздо младше меня, по возрасту годящиеся мне в сыновья, 20-22-25 лет, ребята, меня поразило и поражает до сих пор, как четко они формулируют, как четко они себе представляют, зачем они с оружием в руках там, куда они хотят вернуться, как они хотят участвовать в том, что они называют страной, в которой мечтают жить. И потому да, для меня рождение. Именно потому, что за ними будущее, при всем моем глубоком уважении к моим ровесникам, людям старше меня. Но именно за такими молодыми будущее – за пассионарными, патриотичными, очень глубоко и разнообразно образованными, за теми людьми, у которых распахнуты глаза на мир, которые хотят изменить мир к лучшему, которые не обременены договорными взаимоотношениями "я – тебе, а ты – мне". У которых еще мечта о том, что мир можно изменить, она очень даже, практически физически ощущаема. И я искренне верю, что за такими, как они, будущее.

– Что для вас стало бы мерилом успеха или неуспеха фильма?

– Тут симбиоз, конечно. Не буду лукавить, конечно, хотелось бы, как минимум, получить три таких, что ли, показателя – это количество зрителей, которые придут посмотреть фильм, хорошие отзывы коллег по цеху и успех на кинофестивалях.

– Вы уже снимали фильмы о депортации крымских татар, о крымской татарке, которая спасла во время Второй мировой еврейских детей. Какой фильм бы вы, как режиссер, как крымский татарин, сняли бы об аннексии Крыма? Что это был бы за фильм?

Нас невозможно победить. Никогда. Уничтожить нас можно, победить – нет

– Это был бы фильм "Третье мая" – один день из жизни Мустафы Джемилева, когда ему запретили въезд в Крым. Аристотель когда-то сказал, что если вы хотите показать жизнь народа, расскажите историю одного человека. В данном случае это бы стало такой квинтэссенцией происходящего – история человека, который всю свою жизнь боролся против системы, выстроенной Советским Союзом, отсидел больше 25 лет в тюрьме за это, является духовным лидером и авторитетом в своем народе, которого много раз не пускали на родину и один раз не пустили хоронить собственного отца еще при существовании Советского Союза. И параллельно – то, как много крымских татар приехало к границе, несмотря на угрозу просто физического уничтожения. Потому что там стреляли, пытались остановить выстрелами людей, которые приехали встречать его – может быть, не потому, что он лидер нашего народа, а потому что он мужественный, невысокого роста человек, который не сломался и который во многом, мне так кажется, несет в себе черты нашего народа.

Нас невозможно победить. Никогда. За все столетия существования разных империй никому и никогда не удавалось нас победить. Уничтожить нас можно, победить – нет.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG