Россия истощится из-за конфликта с Украиной и проиграет его. Об этом заявил 50-й спикер Палаты представителей США, кандидат на пост президента США Ньют Гингрич во время 14-й ежегодной встречи «Ялтинской европейской стратегии». В интервью Радіо Свобода Гигнгрич рассказал, как оценивает перспективы того, что миротворческая миссия ООН будет патрулировать российско-украинскую границу.
‒ Я думаю, что даже тот факт, что Путин согласился обсудить размещение миротворцев, свидетельствует о том, что он начинает уставать. Санкции становятся более жесткими, начинает появляться оборонительное оружие, поэтому он может стать с каждым разом более податливым. Факт того, что этот вопрос подняли в ООН, тот факт, что его поддержали Соединенные Штаты, Франция, Великобритания, Германия, – это сигнал того, что российская агрессия на востоке Украины становится очень очевидной. И давление на Путина только усилится.
‒ Вы говорите, президент России Владимир Путин уже устает. Недавно он заявил, что планирует сократить расходы на оборону в 2018 году. Это действие санкций, или его армия просто уже укомплектована достаточно?
Российская агрессия на востоке Украины становится очень очевидной. И давление на Путина только усилится
‒ Нет, я думаю, дело в том, что падение цен на нефть очень ограничило российский бюджет. Они постоянно находятся под давлением, и поэтому вынуждены искать пути экономии. И санкции на самом деле действуют. Поэтому сейчас имеем правительство Путина, действительно испытывающее на себе давление. И это давление только растет.
‒ Украина ожидает решения Вашингтона по летальному оружию. Каковы прогнозы?
‒ Я верю, что вы получите оборонительное оружие. Такие люди как Джеймс Меттис, который теперь является министром обороны США, и Герберт МакМастер, который является советником президента США по национальной безопасности, понимают, что нужно. Оборонительное оружие будет. И чем более агрессивной будет становиться Россия, тем ощутимее будут наши обязательства перед Украиной.
‒ Относительно минских договоренностей в Украине звучит много критики. Но есть и мнение, что это сейчас единственная площадка для диалога. Вы как оцениваете их эффективность?
Без активного участия России сопротивление в Восточной Украине просто распалось бы
‒ Что ж, я думаю, что минские договоренности помогли начать диалог. И это дало основание для того, что вы сейчас наблюдаете в ООН. Чего я не знаю – так это был бы у нас этот разговор без минских договоренностей. Поэтому я бы не сказал, что они стали успешными, но и не назвал бы это сплошным провалом.
‒ Как считаете, признает ли в конце концов Путин, что направляет войска на украинский Донбасс?
‒ Я подозреваю, что России становится все труднее отрицать правду. Все больше разговоров о том, чтобы разослать наблюдателей всюду на российско-украинскую границу. И большинство соглашается с тем, что без активного участия России сопротивление в Восточной Украине просто распалось бы.
‒ Как вы оцениваете внешнюю политику администрации Дональда Трампа по Украине?
Политика администрации Трампа по России ужесточается, Путин не оставляет нам выбора
‒ Я думаю, что она становится более проукраинской и готовой противостоять России. Потому что Путин не оставляет нам выбора. Американский Конгресс вводит все более и более сильные санкции. И сейчас «антипутинские» настроения сильны, как никогда.
Я думаю, что после того, как Тиллерсон (госсекретарь США ‒ ред.) и Меттис посещали Россию, они были очень откровенны по впечатлениям: что Путин не изменится. И это не оставляет им выбора. Поэтому, думаю, вы можете наблюдать, что политика администрации Трампа по России ужесточается, так как нет другого выхода.
