На Ближнем Востоке продолжается военная операция Израиля и США, целью которой заявлено уничтожение ядерного потенциала Ирана. В ходе двустороннего огня под удары уже попали Объединенные Арабские Эмираты, Азербайджан, Ливан, Ирак, Кувейт и Бахрейн. В отличие от прошлогоднего обострения, нынешнюю войну чиновники Северного Кавказа особо не комментируют – глава Чечни Рамзан Кадыров, считающийся ответственным за связи России с «исламским миром», высказался только спустя 11 дней. Между тем, эта военная операция может существенно ухудшить и без того сложное экономическое положение республик Северного Кавказа, считают опрошенные редакцией Кавказ.Реалии эксперты.
США и Израиль начали наносить удары по Ирану 28 февраля. 3 марта в стране ввели запрет на экспорт сельхозсырья и всех видов продуктов питания, чтобы предотвратить недостаток предметов первой необходимости, сказано в сообщении иранского агентства "Тасним". По данным торгового представительства РФ в Тегеране, эта категория товаров составляет 60% всего импорта в Россию: речь идет об овощах, фруктах, орехах, сухофруктах и зелени. Российские эксперты уже предупредили о возможном повышении цен на местных рынках.
Среди пострадавших от военных действий уже оказались дагестанские водители грузовых машин, которые ввозят товары по сухопутной границе через Азербайджан. 6 марта председатель ОНК Дагестана Шамиль Хадулаев опубликовал обращение одного из дальнобойщиков, который рассказал, что на границе застряли более тысячи водителей, потому что Азербайджан закрыл границы – накануне иранские дроны атаковали город Нахичевань.
Дальнобойщики утверждали, что находятся в Иране уже более двух недель: они пытались обратиться за помощью в российское посольство, но не смогли с ним связаться. У водителей заканчивались деньги и топливо.
Российские дипломаты и чиновники в Дагестане заявили о помощи дальнобойщикам на следующий день, 7 марта. В посольстве России в Иране рассказали, что за 28 часов с момента открытия двух пунктов – "Астара" и "Билесовар" – в Азербайджан въехали 150 грузовых машин. В торговом представительстве РФ в Тегеране объяснили это сбоями в электронной системе пограничников из-за атак на инфраструктуру.
Больше власти о ситуации не отчитывались, тогда как длинные очереди на КПП все еще сохраняются.
Помимо того, что Иран является важной точкой сбыта зерна для юга и Северного Кавказа, эта страна представляет интерес для того же Дагестана с точки зрения совместных инвестиционных проектов. Так, Махачкалинский порт планирует построить зерновой терминал на 1,5 млн тонн, чтобы расширить перевозки зерна в Иран. Порт входит в транскаспийский маршрут транспортного коридора "Север-Юг" – он проходит от Санкт-Петербурга через Каспийское море, Азербайджан и Иран в Индию. Туда же входят железнодорожные ветки Астраханской и Волгоградской областей, где о модернизации линии говорили за четыре дня до начала войны. Теперь российские экспортеры отказываются от этого коридора, пишут "Ведомости". По словам востоковеда Руслана Сулейманова, приостановка проекта негативно скажется не только на Северном Кавказе.
"Дело в том, что транспортный коридор "Север-Юг" еще не работает в полную силу. Иранская сторона должна достроить свою часть железной дороги "Астара-Решт" – ожидалось, что в марте этого года. Очевидно, это все откладывается на неопределенный срок. И страдает не только Дагестан, но и все российские регионы, которые так или иначе могли бы быть вовлечены в работу этого транспортного коридора на полную мощь. Поэтому, конечно, это то, что затормозит привлечение инвестиций и рабочей силы – в каких объемах и масштабах, пока трудно сказать. Все зависит от того, насколько затянется эта война и в какой степени пострадает участок "Астара-Решт" и, собственно, весь транспортный коридор", – сказал эксперт.
Иное мнение у исламоведа, автора телеграм-канала "НЕРУССКИЙ" Рината Мухаметова. Он убежден, что отсрочка проекта или отмена каких-либо торговых контрактов с Ираном не сможет серьезно повлиять на положение республики, которой и так не просто.
"Я думаю, что экономическая ситуация в республике больше связана с инфляцией и общими проблемами с федеральным бюджетом. И все это вызвано так называемой "специальной военной операцией" (так в России официально продолжают называть вторжение в Украину – Прим.). Не думаю, что ситуация с Ираном окажет серьезное влияние, но это один из моментов, который, конечно, тоже будет сказываться в числе многих", – считает Мухаметов.
Поддержка и критика Ирана на Кавказе
Несмотря на масштаб военных действий на Ближнем Востоке, который значительно превышает прошлое обострение летом 2025 года, в этот раз власти Северного Кавказа публично поддерживать Иран не спешили. Глава Дагестана Сергей Меликов назвал ситуацию на Ближнем Востоке сложной, а в республиканском Миннаце поспешили предостеречь жителей от участия в "провокациях". Так в Дагестане назвали антиизраильский погром в аэропорту Махачкалы осенью 2023 года после нападения ХАМАС на Израиль и развернувшейся за этим операции в секторе Газа.
Летом прошлого года после ударов Израиля по Ирану соратник Рамзана Кадырова, командир спецназа "Ахмат" Апти Алаудинов выступил на стороне Ирана и призвал провести в России новую мобилизацию – якобы для противостояния Западу. Сам глава Чечни накануне обострения ситуации на Ближнем Востоке встречался с послом Ирана, с которым также обсуждал совместное "противостояние Европе".
В этот раз о ситуации снова высказался Апти Алаудинов, но гораздо "скромнее". Он больше не призывал к общей мобилизации, но заявил о своей готовности защищать Иран, если был бы такой приказ от Кремля, и назвал Трампа "антихристом-даджалем" (в исламе: лжемессия, его появление знаменует приближение конца света – Прим.ред.).
"Надо дать Ирану все, что можно дать. Была бы моя воля, я бы продал им, передал все виды вооружения, которые только у меня есть. [...] Всем стоит подумать, нужно ли им защищать войска, которые несут кровь, смерть и все, что противно богу. Если сейчас у них получится добить Иран, гарантированно следующими будем мы", – считает командир "Ахмата".
С одной стороны, геополитически Иран – друг для России. С другой, есть напряжение между суннитским миром и шиитским
Востоковед Руслан Сулейманов высказывание Апти Алаудинова воспринял скептически: только как пропагандистскую работу Кремля.
"Я не вижу оснований для того, чтобы представители Чечни или каких-то других республик Северного Кавказа и вообще представители российских мусульман сейчас как-то изъявляли большое желание идти сражаться за Иран. Все-таки Иран – это шиитская страна, а на Северном Кавказе и в Чечне, в частности, исповедуется ислам суннитского толка. Такие заявления как слова Алаудинова нужны чтобы демонстрировать лояльность Ирану и готовность ему помогать. Но это не более чем риторика. На практике, думаю, мы вряд ли увидим отправку каких-то вооружений, тем более войск в Иран", – объяснил востоковед.
Реакции главы Чечни, считающегося "связующим" России с мусульманскими странами, пришлось ждать почти две недели. Вечером 11 марта в его телеграм-канале появился пост, в котором Кадыров высказал поддержку Ирану, назвав действия США и Израиля "вероломным нападением", но и осудил ответные удары.
"Да, с точки зрения военной тактики ответный удар по американским базам — это ожидаемый отпор врагу. Однако необходимо ясно понимать: удары по гражданской инфраструктуре третьих стран и гибель мирного населения не могут быть оправданы никак. Подобные ошибки недопустимы, но они случились. Пострадали граждане Ближнего Востока, в том числе Королевства Бахрейн и ОАЭ, – заявил Рамзан Кадыров, подчеркивая свое особое отношение именно к Эмиратам. В частности, президента ОАЭ Мухаммеда бен Зайеда Аль Нахайяна он назвал "старшим братом", действия которого всячески поддерживает.
Напомним, в Дубае расположена вилла Рамзана Кадырова, его сыновья регулярно там отдыхают, в том числе нарушая местные законы, там же расположена тренировочная база бойцов ММА, близких к политику.
Отношение Москвы и Тегерана двойственные, говорит политолог Руслан Айсин.
"Обращение Кадырова выражено в стиле "этих не обидеть и других не обделить", потому что у него очень тесные связи с элитами Объединенных Арабских Эмиратов. Соответственно, он попытался, дипломатически сгладив все углы, обозначиться: я отстрелялся. Вот только спустя 12 дней проснулись, хотя до этого Кадыров, словно международная "Панорама", комментировал все, что происходит в мире", – сказал политолог.
Исламовед Ринат Мухаметов в разговоре с редакцией подтвердил, что репутация Ирана на Северном Кавказе скорее "не очень хорошая". Главное, что вызывает хоть какую-то поддержку среди населения – "антизападная, антиамериканская, антиизраильская" эмоция.
"Враг моего врага – мой друг. Но так называемая исламская республика Иран не пользуется особой популярностью на Кавказе, ее многие исламской-то не считают. По причинам того, что она, во-первых, шиитская, во-вторых, многие считают, что она и шиизмом-то прикрывается. Особенно резко негативное отношение к Ирану среди активной исламской молодежи из-за поддержки Башара Асада в Сирии", – подчеркивает собеседник.
Реакция официальных властей Северного Кавказа обусловлена позицией Кремля, который и сам не стремится "серьезно своего союзника защищать", продолжает Мухаметов. Во-первых, в Москве могут надеяться на сохранение отношений с Трампом в надежде на его влияние на ситуацию в Украине. Во-вторых, России выгодно продолжение войны на Ближнем Востоке для дестабилизации энергетического рынка, которая влечет за собой рост цен на нефть и возможное снятие санкций с Москвы, заключает он.
Война против Ирана вступила во вторую неделю, первичный шок прошел. Военные успехи сопровождаются растущий экономической – и, как следствие, политической ценой для США, и баланс между ними – задача, которую предстоит решать администрации президента Дональда Трампа, передает Радио Свобода.
За сутки до начала израильской операции по уничтожению иранской ядерной программы летом 2025 года глава Чечни Рамзан Кадыров заявил о встрече с послом Ирана Каземом Джалали и полученном приглашении посетить исламскую республику. Предметом обсуждения стали якобы имеющие место притеснения мусульман в Европе и "справедливая защита" религии в России.
