Доступность ссылки

«Крым» на войне. Почему он больше не «русский»


«Ты либо едешь отсюда сам, либо тебя найдут в мусорном баке с проломленной головой». После таких предложений в марте 2015 года крымчанин Александр оставил оккупированный полуостров и ушел добровольцем на Донбасс. Сейчас мужчина ‒ контрактный военный украинских Вооруженных сил, учится на историческом факультете и мечтает вернуться на малую родину преподавать детям.

Он согласился на разговор в Киеве в день своего рождения, во время отпуска. Последние четыре года военный с позывным «Крым» находился на линии соприкосновения, разрываясь между учебой в эвакуированном Таврическом университете и прифронтовыми Песками. Но говорит, патриотом Украины был не всегда.

Александр
Александр

Рожденный в Крыму, Александр в детстве идентифицировал себя как русский. Осознание того, что он все же украинец, начало приходить в средней школе.

«На меня существенно повлияла моя учительница украинского языка. Также я начал увлекаться историей и разбираться в контексте. В 17 лет перешел на украинский язык в быту. Но это скорее редкость. Потому как Крым, по сути, был российской республикой в составе Украины. И за все время независимости целенаправленной поэтапной политики украинизации полуострова не состоялось. Хотя при Ющенко создавали классы с украинским языком обучения, может, если бы не оккупация, то сдвиги бы состоялись», ‒ рассказывает военный с позывным «Крым».

Революция Достоинства в Украине

С началом Евромайдана в Киеве Александр начал участвовать в проукраинских акциях в поддержку революции в Симферополе. Они не могли быть и не были многочисленными, поскольку, по мнению мужчины, изменения делает меньшинство. В пик февральских событий он уехал в Киев сам, чтобы не привлекать лишнего внимания.

«Это был мой гражданский долг. Я никогда не жалел об этом. Мне очень понравилась атмосфера на Майдане: ничего не напрягало, была свобода и легкость», ‒ вспоминает активист.

Также крымчанина поразило количество часовен на главной площади столицы. Когда он только приехал, со сцены Майдана как раз читали молитву. Это поразило мужчину.

Когда 18 февраля «титушки» пошли в наступление в Мариинском парке, Александру разбили голову кирпичом и забрали в «антимайдановский» лагерь.

«Меня связали, отобрали телефон. Затем нардепы вызвали скорую и меня увезли с разбитой головой в больницу, где я пробыл сутки», ‒ вспоминает майдановец.

После ночевки у неравнодушных киевлян, 21 февраля мужчина вернулся домой, в Крым. Тогда еще атмосфера на полуострове казалась не слишком угрожающей.

Аннексия Крыма

Не все знакомые понимали Александра после возвращения. Кому-то было безразлично, кто-то поддерживал, а одна девушка на работе пыталась даже побить мужчину.

В начале марта, по словам военного, он впервые увидел «зеленых человечков» на джипах в Симферополе.

В день рождения Шевченко организаторов акции похитили. Тогда, говорит военный, впервые стало страшно.

«Тогда еще этот так называемый референдум не состоялся, и было непонятно, что происходит. Их потом обменяли через несколько недель. Но все равно я не верил, что Россия предпримет серьезные действия. Потому как со времен Второй мировой войны ‒ это фактически передел Европы. Ну, куда это вообще?» ‒ возмущается Александр.

С мая 2014 года до начала декабря мужчина жил в Киеве. Работал на складе, пытался попасть в ряды «Правого сектора», но, говорит, не судьба. Затем, по личным обстоятельствам, он вынужден был вернуться в Крым.

Александр вспоминает: за это время уровень агрессии людей заметно вырос. По собственной инициативе парень раздавал желто-голубые ленты и проукраинские наклейки, продолжая искать на материковой Украине связь с добровольческим батальоном.

Он говорит, что занимался подобным еще осенью 2013 года во время экономической войны Украины с Россией.

«Я расклеивал эти наклейки «Не покупай российское», с изображением зубастой матрешки, с перечеркнутыми валенками. И уже тогда было «стремно». Потому что действовали серьезные пророссийские силы, власть пророссийская и милиция тоже пророссийская. Но я понимал, что в Крыму сам я без ресурсов ничего не сделаю», ‒ рассказывает крымчанин.

«Крым ‒ это Украина»

В первый год после аннексии в Симферополе снова организовали акцию 9 марта ‒ ко Дню рождения Шевченко.

«Она даже была санкционирована. Силовиков было много. Собралось примерно 20-30 участников. Читали стихи. Даже гимн не пели. Несколько раз воскликнули «Слава Украине!» и на том разошлись», ‒ вспоминает Александр.

Уже после окончания акции мужчину вместе со знакомым задержали и доставили в отделение милиции.

«По их мнению, я нарушил какую-то статью российского законодательства, не скажу точно, но что-то типа о неправильном проведении акций с использованием украинской символики. То есть, фактически, задержали за желто-голубой флажок с надписью «Крым ‒ это Украина» и ленты», ‒ делится воспоминаниями военный.

Потом был суд, который вынес приговор в виде 40 часов работ или штрафа в 10 тысяч рублей.

«На следующий день я давал интервью польскому журналисту и после этого подошли участники так называемой «самообороны». А потом трое в гражданском объяснили мне, что либо я уеду сам, либо меня найдут в мусорном баке с проломленной головой», ‒ говорит мужчина.

С тех пор Александр на полуостров не возвращался.

Донбасс

До июля 2019 года он был в Песках ‒ командиром отделения, командиром боевой машины в 34-м батальоне. Крымчанин трижды подписывал контракт с Вооруженными силами, служил под Зайцевым, между Мариуполем и Волновахой и вблизи аэропорта.

Он говорит, что большую часть времени на передовой сейчас занимает «бытовуха».

«Я бы не называл это замораживанием конфликта или затяжкой. Это как с будильником. Зазвонил ‒ еще 5 минут, еще 5 минут. Не ведение активных боевых действий ‒ нам в минус, потому что это наша территория, и ее надо отвоевать. Это нас унизили, а нам надо их унизить в ответ еще сильнее», ‒ считает военный.

Александр говорит, что несмотря на то, что война продолжается уже пятый год, проблема непонимания с командованием и халатности в ВСУ до сих пор актуальна.

«Старое руководство не умеет использовать свои возможности и сильные стороны. Непонимание того, что мы делаем, и что мы еще должны делать, иногда порождает мысли все это бросить. Но это временное», ‒ рассказывает «Крым».

Мать парня продолжает жить на оккупированном полуострове. Ее он поставил перед фактом, что идет служить на Донбасс. Другие родственники мужчины до сих пор не знают по соображениям безопасности.

«Официальная версия ‒ я учусь в Киеве. Но кое-кто уже думает, что меня посадили», ‒ смеется крымчанин.

Людей там, говорит Александр, Украина уже потеряла, теперь задача ‒ работать с детьми и молодежью. Сейчас мужчина имеет свой «план минимум»: закончить контракт, завершить обучение и получить образование. Он говорит: «Война ‒ это грязно, страшно и больно, но вместе с тем ‒ это и прекрасная вещь, потому что на войне формируется нация».

В возвращение оккупированных территорий, несмотря ни на что, человек верит, хотя и уверен, произойдет это не скоро, но «никуда они не денутся». «Но только не дипломатическими путем. Враг понимает только язык пулемета», ‒ уверяет военный.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG