Доступность ссылки

«Провели пять лет в тюрьме ни за что». Первые осужденные за «Хизб ут-Тахрир» крымчане вышли на свободу


Рустем Ваитов (л) и Нури Примов (п) после выхода на свободу, Москва, Россия, 23 января 2020 года

Первые осужденные в Крыму по «делу Хизб ут-Тахрир» Рустем Ваитов и Нури Примов вышли на свободу по истечении срока заключения. В сентябре 2016 года они были приговорены к пяти годам колонии общего режима каждый. После выхода на свободу Ваитову и Примову назначен дополнительный административный надзор в течение восьми лет.

Другие фигуранты этого дела, которое назвали севастопольским «делом Хизб ут-Тахрир» – Ферат Сайфуллаев и Руслан Зейтуллаев – продолжают отбывать наказание. После этого судебного процесса ФСБ России в Крыму инициировало еще шесть аналогичных дел с арестами по всему полуострову. Общее количество осужденных или тех, кто находится под следствием, достигло 63 человек. Об освобождении первых осужденных и перспективах других «дел Хизб ут-Тахрир» шла речь в эфире Радио Крым.Реалии.

Крымская правозащитница Лутфие Зудиева рассказала Крым.Реалии, как прошла встреча освобожденных крымчан.

С одной стороны, огромная радость... Но омрачается осознанием того, что люди пять лет провели в тюрьме ни за что
Лутфие Зудиева

– Встречать Нури и Рустема из Крыма выехала группа активистов и адвокатов: 22 января Рустема встречали в Кургане, а Нури – в Марий Эл. К сожалению, снять встречу и выход из колонии администрация запретила. В Марий Эл присутствовали сотрудники полиции и ФСБ, даже представители телеканала «Россия», которые, очевидно, снимали сюжет пропагандистского характера. Рустема доставили в больницу, потому что у него есть жалобы на сильные головные боли. Вчера ему сделали МРТ, ждем результатов. Нури чувствует себя лучше, глобальных жалоб у него нет. Сейчас они встретились и сегодня в 15:55 по крымскому времени уже должны быть на полуострове. В народе сейчас смешанные чувства: с одной стороны, огромная радость, что есть первые освобождения по этой серьезной статье, с другой стороны, это омрачается осознанием того, что люди пять лет провели в тюрьме ни за что.

Лутфие Зудиева
Лутфие Зудиева

Нури Примов после освобождения поблагодарил крымчан за поддержку:

«Вины своей я за весь период так и не признал. Считаю, что был осужден несправедливо. Чувствую себя прекрасно. Спасибо всем, кто в своих молитвах не забывал о нас – мы всегда это чувствовали, мы всегда это знали. Очень хочу увидеть своих родных, очень скучал по ним. Это испытание закончилось, началось другое. Хочу пожелать всем быть стойкими и терпеливыми – Аллах любит терпеливых – и красивого терпения».

Лутфие Зудиева отмечает, что в заключении в России остается еще множество крымских мусульман с более суровыми сроками, чем у Нури Примова и Рустема Ваитова.

Сейчас нужно поддержать семью Ваитовых, где в очень сложном состоянии находится ребенок
Лутфие Зудиева

– Люди освобождаются, только отсидев «от звонка до звонка», нет никакого прогресса в этой категории дел. За эти несколько лет нам, к сожалению, не удалось выйти на такой уровень общественной дискуссии, когда речь будет идти не о том, что кто-то отсидел и вышел, а о том, как препятствовать этим арестам, и нужно ли вообще бояться представителей «Хизб ут-Тахрир», сажать их в тюрьму на такие огромные сроки… Сейчас нужно поддержать семью Ваитовых, где в очень сложном состоянии находится ребенок: девочка лежит в отделении нейрохирургии и готовится к серьезной операции. Практически все эти пять лет супруга Рустема находилась в больнице. Я думаю, что если у людей есть желание и возможность помогать этой семье, это необходимо. Если говорить о Нури и Рустеме в целом, первый приоритет для них – социальная адаптация после пяти лет в изоляции от людей.

Крымский адвокат Лиля Гемеджи объясняет, что предусматривает восьмилетний административный надзор для освободившихся крымчан.

Административный надзор это, по сути, второй срок для Нури и для Рустема. Он подразумевает ряд ограничений
Лиля Гемеджи

– По сути, это второй срок для Нури и для Рустема. Он подразумевает ряд ограничений, и они касаются нахождения обоих освобожденных в определенном месте, по месту регистрации или проживания, запретов на определенные действия. Запрет покидать Симферопольский район, Крым, запрет на посещение публичных мероприятий. То есть, без ведома полиции человек не может никуда двинуться. Это будет существенно влиять на жизни Нури и Рустема. У последнего дочь – инвалид детства, которую необходимо постоянно возить по медицинским клиникам. Они находятся за пределами Симферопольского района. Это патовая ситуация: ребенку плохо, надо отвезти ее в больницу, но сперва необходимо получить разрешение сотрудников МВД. Мы можем сейчас только подавать ходатайство на изменение места проживания и регистрации.

Лиля Гемеджи
Лиля Гемеджи

Лиля Гемеджи выражает надежду на то, что российские законы относительно «Хизб ут-Тахрир» в конечном итоге удастся смягчить.

Российский офис омбудсмена запросил приговоры по ряду дел, связанных с «Хизб ут-Тахрир», в том числе крымских, но процесс идет медленно
Лиля Гемеджи

– Сейчас в России нашлась небольшая группа правозащитников, которые забили в колокола по поводу этих драконовских сроков и рассматривают ситуацию с прицелом на будущее. Эта группа сделала немало анализов, говорящих о том, что «Хизб ут-Тахрир» не является террористической организацией. В частности, это последний анализ Юрия Констанова, который с юридической точки зрения оценивает, в том числе, решение Верховного суда России от 2003 года о признании организации террористической. Российский офис омбудсмена запросил приговоры по ряду дел, связанных с «Хизб ут-Тахрир», в том числе крымских, но процесс идет достаточно медленно. Есть российский закон о терроризме, где четко указано, что считается действиями террористических организаций, и «Хизб ут-Тахрир» не подпадает под этот закон. Никаких намеков на такие действия мы не видим и у тех, кого осуждают.

Сотрудница программы поддержки политзаключенных правозащитного центра «Мемориал» Дарья Костромина приводит статистику по осужденным за участие в «Хизб ут-Тахрир» и отмечает ужесточение наказаний.

Пока никаких надежд на смягчение у нас нет, даже минимальные сроки двузначные
Дарья Костромина

– Мы с коллегами ведем список по всем данным, которые появляются в соцсетях, в СМИ. Он неполный, потому что все время появляются новые имена. Но сейчас, по нашим, подсчетам, в России и аннексированном Крыму за решеткой находится 283 человека, из них 189 осужденных. Цифра увеличивается из года в год, и это самая большая группа из числа политически преследуемых. «Свидетели Иеговы» догоняют: их уже более 200 за решеткой. При этом раньше наказанием за участие в террористической организации был срок от 5 до 10 лет, а в середине 2016 года его ужесточили – от 10 до 12 лет. Все, кого осуждают после этого, получают минимум 10 лет, потому что суд не имеет права назначить наказание меньше нижнего предела по такой статье. Организаторы получают от 15 и больше, рекорд сейчас – 24 года. Пока никаких надежд на смягчение у нас нет, даже минимальные сроки двузначные.

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG