В городе Шэньчжэне на юге Китая завершился первый в истории саммит лидеров США, Китая и России. Во многом этот саммит сравнивают с историческим саммитом в Ялте лидеров США, Британии и СССР в 1945 году.
Но что здесь не так со сравнением? Чем нынешний контекст трехстороннего саммита в Китае отличается от контекста «Ялты-1»?
Украинский меценат Виктор Пинчук, спонсирующий ежегодные форумы «Ялтинской европейской стратегии» (YES), которые до оккупации Крыма проходили в Ливадийском дворце вблизи Ялты, – том самом, где состоялась Ялтинская конференция, однажды сделал подарок для самого дворца.
В Ливадийском дворце в феврале 1945 года встретились тогдашние президент США Франклин Рузвельт, британский премьер Уинстон Черчилль и советский руководитель Иосиф Сталин.
На одном из аукционов Christie's Пинчук приобрел в 2008 году картину известного современного китайского художника Ши Синьнина «Ялта». Китайский художник на картине «посадил» лидера коммунистического Китая Мао Цзэдуна между Черчиллем и Рузвельтом, превратив таким образом ялтинскую «тройку» в «четверку».
Это как бы стало символом современных амбиций Китая – быть причастным к глобальным делам, быть мировой державой, без которой невозможно решить проблемы планетарных масштабов.
Интересный нюанс: написанную в 2006 году картину Ши Синьнин так и назвал – «Ялта номер 2».
Спустя 20 лет «Ялта номер 2» все-таки состоялась – сейчас, в Шэньчжэне, с участием лидеров США, Китая и России. Но стоит ли проводить параллели с той первой, исторической Ялтой?
«Ялта 2.0»: что решено?
Встреча Дональда Трампа, Си Цзиньпина и Владимира Путина длилась около полутора часов. Первая же «Ялта» в Ливадийском дворце длилась 8 дней – с 4 по 11 февраля 1945 года – то есть тогда, на завершающем этапе Второй мировой войны, лидерам США, Британии и СССР, очевидно, действительно было о чем поговорить…
Ныне в Шэньчжэне приняли короткую итоговую декларацию «о мире», но не упомянули войну в Украине.
Что вместо этого прописали – так это согласие на дальнейший диалог ради сокращения ядерных вооружений и предотвращения распространения ядерного оружия.
Лидеры США, Китая и России не могут разделить мир между собой, даже если бы хотели этогоFinancial Times
«Ядерная война не может быть выиграна и никогда не должна вестись», – говорится в декларации Шэньчжэня.
Но декларация из четырех пунктов совсем не упоминает приверженность делу сокращения ядерных арсеналов или какого-либо графика.
Также договорились продвигать реформу ООН, чтобы она «лучше отвечала глобальным вызовам». Си, Трамп и Путин также согласились увеличить производство и поставки нефтепродуктов на благо всех стран мира, подчеркнув важность стабильных потоков энергоносителей.
Отдельно они признали, что принцип согласия государства и уважение иммунитета государственных должностных лиц имеют решающее значение. То есть пришли к согласию, что Международный уголовный суд и другие подобные институции «не должны злоупотреблять своей юрисдикцией».
Российская пропаганда особенно восхваляла уже сам формат саммита в Китае как свидетельствующий о глобальном влиянии и роли России.
Сам Путин в Шэньчжэне на сравнение этого саммита с «новой «Ялтой» сказал: «А что было плохого во встрече в Ялте?»
Первая Ялта в 1945 году была трагедией, вторая – становится фарсомВладимир Вятрович
Дело в том, что к Ялтинской конференции 1945 года немало стран – в частности Центральной и Восточной Европы – предъявляют претензии: мол, в Ливадийском дворце заключили договоренность о разделе мира и отдали этот регион в сферу влияния Кремля. В целом «Ялта» стала символом сфер влияния и раздела мира.
«Первая Ялта в 1945 году была трагедией, вторая – становится фарсом. В прошлый раз мир на троих делили те, кто побеждал на всех фронтах. Сейчас собрались два неудачника в войне и третий, который в стороне стоял», – пишет в соцсетях украинский историк и парламентарий Владимир Вятрович.
Он намекает, что Путин сейчас далек от победы в Украине, а разрушение части Керченского моста буквально накануне саммита в Китае продемонстрировало уязвимость России под руководством Путина, которая уже пятый год ведет полномасштабную войну против Украины и до сих пор не достигла задекларированных целей. Так же и иранская кампания Дональда Трампа длится уже почти девять месяцев и еще далека от полного завершения.
«Шэньчжэнь – это не Ялта, о которой мечтает Путин. Тем временем Россия практически потеряла мост в настоящую Ялту в оккупированном украинском Крыму», – написал в сети Х глава украинской дипломатии Андрей Сибига.
Из комментариев Путина видно, что ему льстит сравнение нынешнего саммита с «Ялтой». Он даже сказал, что «на Ялтинской конференции не было раздела мира, она лишь зафиксировала реалии после Второй мировой войны».
В 1945 году была встреча победителей. В 2026 году нет ничего даже близко похожего. Откуда здесь может взяться «новая Ялта»?Николай Княжицкий
«Попытки Путина найти в Китае «новую Ялту» абсолютно наивны и не имеют шансов. Они разбиваются как об исторический опыт, так и о «реалии на земле». И встреча в Китае это полностью подтвердила», – отмечает депутат украинского парламента Николай Княжицкий.
Народный депутат напоминает, что возможность Ялтинской конференции 1945 года была обусловлена уникальной ситуацией, сложившейся на тот момент.
«Это была встреча лидеров стран-победителей, которые в тот момент могли между собой принять любое решение, и не существовало ни одного государства, способного этому возразить. Гитлеровская Германия и ее союзники уже проиграли войну. Другие страны Европы и Азии, включая Китай, только освобождались от многолетней оккупации и лежали в руинах», – говорит Княжицкий.
Во всей мировой истории никогда не было ничего подобного, объясняет он. Всегда существовало несколько «великих держав», с которыми приходилось торговаться и согласовывать любые глобальные решения. Поскольку в 1945 году таких держав больше не осталось, эти трое действительно могли разделить мир так, как им заблагорассудится, и навязать свои решения другим.
«В 2026 году нет ничего даже близко похожего. Откуда здесь может взяться «новая Ялта»? – спрашивает Княжицкий.
Фредрик Весслау, старший научный сотрудник Европейского совета по международным отношениям, говорит Радіо Свобода: «Без участия украинцев и европейцев в переговорах воплотить в жизнь то, о чем договорятся трое лидеров, будет почти невозможно. Многополярный мир великих держав, сфер влияния и буферных зон столкнется с реальностью сопротивления со стороны меньших государств – в чем Россия уже убедилась на примере Украины».
В день трехстороннего саммита в Шэньчжэне в Берлине состоялся саммит «Коалиции желающих» с участием лидеров Британии, Германии, Франции и других стран. В нем принял участие и президент Украины Владимир Зеленский. То есть Европа и Украина как бы послали сигнал, что «новой Ялты», нового раздела мира не может быть и не будет.
«Раздел мира». Что не так?
Но думать, что мир уже лишен амбиций относительно его раздела – тоже, очевидно, не стоит.
Здесь уместно было бы вспомнить, что некоторые предложения России в ходе нынешнего переговорного процесса о завершении войны в Украине сводятся к выводу войск НАТО и военной инфраструктуры альянса на рубежи 1997 года – то есть до вступления Польши, Чехии и Венгрии в НАТО, за которыми последовали и другие посткоммунистические государства Центральной и Восточной Европы. Нет ли здесь претензий на некую зону особых интересов Москвы наподобие той, которую имел СССР во времена холодной войны, когда существовал Варшавский договор?
Так же неоднократно из Москвы звучали некие претензии на зону особых интересов на постсоветском пространстве, который сейчас включает и Украину, декларирующую желание стать членом ЕС и НАТО.
Путин может сколько угодно намекать на раздел целого мира, но его программа-максимум – раздел нескольких областей Восточной УкраиныНиколай Княжицкий
Ясно, что Москва могла бы и иметь амбиции на какие-то зоны влияния или сферу особых интересов, но это уже геополитически нереально. Хотя бы потому, что страны Балтии являются членами ЕС и НАТО, Украина идет в Европу вместе с Молдовой. В той или иной степени декларируют стремление к евроинтеграции Армения и Грузия. На постсоветском пространстве сильное влияние Запада, Китая, Турции… Какая уж тут сфера особых интересов или монополия?
«Путин может сколько угодно намекать на раздел целого мира, но его программа-максимум – раздел нескольких областей Восточной Украины», – отмечает депутат Княжицкий.
Так же и Китаю США не дают монополии на влияние в Юго-Восточной Азии, Южно-Китайском море или даже на Тайвань. Интересный нюанс: в Шэньчжэне Си Цзиньпин усадил Трампа и Путина за большой круглый стол – точно так же в Ялте в 1945 году лидеры сидели за большим круглым столом.
Но, как заметила британская газета деловых кругов The Financial Times: «Лидеры США, Китая и России не могут разделить мир между собой, даже если бы хотели этого».