Олена Ремовська
Международное сообщество должно признать факт нарушения режима прекращения огня в Украине и указать России на дальнейшие негативные последствия таких ее действий, считает британский исследователь, аналитик Королевского института международных отношений Chatham House Джеймс Шерр. В интервью Радио Свобода он отметил, что не считает закон от 16 сентября катастрофой.
Этот закон – не более чем декларация
– Мы все знаем, что изменение статуса той или иной области в Украине – это конституционное изменение. Ни Верховная Рада, ни президент не имеют власти самовольно изменять это. Должен быть конституционный процесс. Юридически это означает, что этот закон – не более чем декларация. В нем столько двусмысленностей, расплывчатых положений, что на практике все будет зависеть от того, как те или иные слова этого закона истолкуют. Да, этот закон – неприятность, но не катастрофа. Сам по себе он ничего не меняет. Не случайно боевики не совсем им довольны. Кремль больше доволен, чем боевики.
– Говоря о нынешнем так называемом перемирии – конец ли это войны?
– Нет, оно чрезвычайно хрупкое. Этот режим, в конце концов, каждый день нарушают. И каждый раз, когда есть такое нарушение, это некий тест, то, что русские называют «разведкой боем». Это – способ проанализировать намерения, боеспособность, моральный дух оппонента путем провокации, военных действий. Хуже всего, что, несмотря на все это, Евросоюз, ключевые западные правительства заявляют, что якобы режим прекращения огня продолжается. Но они должны сказать о нарушениях, о том, что это оказывает влияние и приведет к последствиям, что режим прекращения огня надо уважать.
– Если мы не говорим о конце войны, а Запад при этом не предоставляет Украине военной помощи, какими будут следующие шаги?
Your browser doesn’t support HTML5
Росія слабша, ніж здається – Джеймс Шерр
Если Украина или ее ближайшие союзники не повлияют на изменение политики западных правительств, поддержка и дальше будет носить невоенный характер
– Кроме военных вопросов, кроме санкций, у Запада нет другой политики. Если Украина или ее ближайшие союзники не повлияют на изменение политики западных правительств, поддержка и дальше будет носить невоенный характер. Факт в том, что чем больше расширяют санкции, чем дольше они будут действовать, тем более разрушительный эффект на российскую экономику они будут иметь. Они уже имеют разрушительный эффект. Россия слабее, чем кажется.
В отличие от украинской армии, у российской вообще нет никакой мотивации
Даже ее система обороны слабее, чем кажется. Элитные силы на границе ограничены в своем количестве, их численность – 20 тысяч, у которых нет резерва, и они не предназначены для захвата территорий. За этими силами идет основная часть русской армии. Она многочисленна, но нетренированна и оснащена она не лучше, чем украинская. В отличие от украинской армии, у российской вообще нет никакой мотивации.
Конечно, россияне, в принципе, могут быть в Мариуполе в течение 24 часов. Конечно, они могут, как говорил Путин, «взять Киев» за две недели, в конце концов, и силы НАТО могут взять какой-то из российских городов менее чем за две недели. Вопрос в том, что будет следствием таких действий. Путин не равнодушен к последствиям. Что будет после такого шага? Россия, может, и могла бы захватить Киев через две недели, но она оттуда уже не выберется.
– Видите ли Вы какой-то путь для отступления Путина? Ведь для того, чтобы решить этот узел конфликта, Путину, вероятно, нужно иметь способ сохранить лицо?
Your browser doesn’t support HTML5
Шлях для відступу Путіна – який він? Запитання до Джеймса Шерра
Сначала надо дать Путину понять, что своими действиями он теряет все преимущества
– Мы, а именно – Украина и Запад, можем это обеспечить, но сначала надо дать Путину понять, что своими действиями он теряет все преимущества. Это означает, что больше не должно быть разговоров о возможном ослаблении санкций, но в частных контактах ему должны четко сказать, что санкции будут долговременными. Также Запад должен сказать Путину, что хоть Украине и не оказывают военную помощь, но эта и другие опции и в дальнейшем возможны, мы серьезно рассматриваем этот вариант. Когда его баланс будет нарушен, когда Путин окажется на слабых позициях, тогда можно будет обсуждать рамки дипломатического урегулирования. Нам надо рассмотреть этот вариант.
На мой взгляд, ключом к урегулированию и способом для Путина сохранить лицо должна быть декларация, принятая руководством Украины и поддержанная Западом, что Украина не будет силой возвращать Крым. О признании аннексии речь не идет – ни со стороны Украины, ни со стороны Запада. Но стоит сказать: мы не будем использовать военные средства. Если будет пространство для договоренностей, следовало бы также открыть Крым для нормального бизнеса, для нормальной коммуникации, то есть прекратить блокаду полуострова. Но в обмен на это Россия должна вывести свои войска, прекратить обеспечение сепаратистов, признать, что территория Украины неделима. Это будет рамками договоренностей – не сегодня, когда Россия чувствует себя сильной, а завтра, когда, если мы сделаем все правильно, Россия почувствует себя слабой. Но об этом надо начинать думать сейчас.