Лидия Лющай
Невыносимо жаль, что нам пришлось все оставить и уехать, начать все сначала…
Мы спокойно жили в Крыму, никогда никаких проблем не было по поводу того, кто какой национальности или на каком языке говорит. Я свободно общалась и дружила со всеми. Среди соседей и друзей были крымские татары, они рассказывали мне о депортации, как им, изгнанным из родных мест, было сложно начинать все с нуля. После оккупации я была вынуждена уехать из Крыма, и теперь понимаю, что они испытали.
Какие могут быть воспоминания и эмоции о произошедшем? Было очень страшно.
В том году мне исполнялось 55 лет. Годовщина, которую хотела провести с друзьями, но когда нас оккупировали, то было уже явно не до юбилея.
Помню, утром включила телевизор и увидела танки. Подумала, что показывают какой-то фильм о войне. Но тут присмотрелась, а оказывается, нет. Это у нас – в Крыму! Идут танки, военные, санитарные машины.
Было страшно даже выходить на улицу. Но у меня была такая работа, что нужно было ездить. И когда ехала от пациента, по дороге встретила танки, которые двигались в сторону Гвардейского. Маршрутка, в которой ехала, остановилась и пропускала их. Все это я видела собственными глазами, и конечно, было страшно.
Потом ездила в Симферополь и видела этих «зеленых человечков». Везде чужие люди… Сыну по Интернету писали, угрожали, было страшно за него.
Your browser doesn’t support HTML5
Свидетель оккупации: было ощущение войны
В какой-то момент я уже сложила в сумочку документы, необходимые вещи, чтобы можно было в случае чего немедленно эвакуироваться. До сих пор она у меня стоит, уже тут, в Киеве.
И затем мы должны были решить, что делать дальше: уехать или остаться. Ведь мы украинцы и разговаривали на родном языке. А быть украинцем в Крыму теперь тяжело.
Очень, очень жаль… Я была частным предпринимателем, сколько я вложила труда, сил в то, что было у нас в Крыму. А сколько было знакомых, друзей… Но мы должны были все бросить и приехать в Киев. Потому что жить в страхе – это не жизнь. Я привыкла свободно жить. Хочу быть свободной, а не ходить и бояться…
…Очень больно. Каждый день вспоминаешь и дом, где жил, и близких. И вспоминаешь слова друзей – крымских татар, что они рассказывали о депортации, как им было тяжело.
Но теперь я поняла, о чем они говорили, я испытала на себе, что такое депортация.
Лидия Лющай, вынужденная переселенка из села Лекарственное Симферопольского района
Мнения, высказанные в рубрике «Свидетельства оккупации», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции