16 февраля отставка правительства Арсения Яценюка казалась неизбежной, однако политические интриги в Верховной Раде Украины привели к неожиданному для многих исходу. «За» вотум недоверия Кабмину проголосовало всего 194 народных депутата при 226 минимально необходимых. Не дали голосов депутатская группа «Возрождение», фракция «Оппозиционного блока» и часть фракции «Блока Петра Порошенко». При этом 15 минутами ранее большинство депутатов признали работу украинского правительства в 2015 году неудовлетворительной. После провального голосования из парламентской коалиции вышла первая фракция – «Батькивщина».
Насколько тяжелым может быть последующий политический кризис, почему отставка непопулярного премьера может серьезно навредить Украине, и ждать ли нам досрочных выборов? На эти вопросы в эфире Радио Крым.Реалии отвечали инвестиционный банкир Сергей Фурса и украинский политолог Петр Олещук.
Your browser doesn’t support HTML5
Радио Крым.Реалии/ Политический кризис в Украине: причины и последствия
– Почему, на ваш взгляд, так странно распределились голоса народных депутатов в двух похожих, по сути, голосованиях, Сергей?
Фурса: Понятно, что это не случайность. Признав работу Кабмина неудовлетворительной, депутаты сняли с себя ответственность и погрозили пальцем: «Ай-ай-ай, какие они плохие». Когда так происходит, все может быть с точностью до наоборот. Получается, что комитет Верховной Рады по вопросам здравоохранения заявил: министр здравоохранения Александр Квиташвили плохой, несмотря на то, что он ввел закупки лекарств через ЮНЕСКО, и они подешевели на 60%. Может, эти деньги раньше оседали как раз в этом комитете? То же самое с министром инфраструктуры Андреем Пивоварским, которого соответствующий парламентский комитет тоже ругает, возможно, за то, что этих же депутатов убрали с финансовых потоков. Признание работы Кабмина неудовлетворительной – политическое заявление. Депутаты обиделись, заявили – и все. Никакой юридической силы это не имеет.
– При этом для вотума недоверия правительству не хватило порядка 30 голосов. Депутат Мустафа Найем, например, считает, что эти голоса могла дать как раз фракция «Блока Петра Порошенко», но политический сговор был важнее.
Фурса: Скорее всего, Мустафа Найем прав. Это договоренность между президентом и премьер-министром, в прямом или переносном смысле продиктованная МВФ. Украине нужно продолжать сотрудничать с западными кредиторами.
– То есть Петр Порошенко, по сути, прикрыл Арсения Яценюка. Что президент может ожидать от премьера взамен?
Фурса: Мы увидим, как будет формироваться новое правительство. До скандала с отставкой министра экономического развития и торговли Айвараса Абромавичуса всплывал список из семи людей, которых не хотелось бы видеть в Кабмине, и их появление означало бы такую глобальную «зраду». После демарша Айвараса Абромавичуса тон стал немного другим, сразу заговорили про технократов, но это все было публично.
– Среди кандидатов на посты в Кабмине тогда называли и депутата от БПП Алексея Гончаренко как потенциального министра здравоохранения. Это вызвало оторопь в экспертных кругах, а потом и Айварас Абромавичус подоспел со своим заявлением о давлении со стороны президентской фракции. Сейчас мы можем снова увидеть в правительстве не технократов, а политиков?
Фурса: Мы стоим на развилке: выйдет 18 февраля фракция «Самопомощи» из парламентской коалиции или нет. Если выйдет, тогда на ее место придет «Радикальная партия» Олега Ляшко. Мы прекрасно помним вице-премьера Валерия Вощевского, которого лучше было вообще никому не показывать. «Самопомощь» может и не выходить из коалиции. Скажут, что их обманули – а это действительно так, – но, осознавая свою ответственность, работать продолжат. Потребуют, например, изменить коалиционное соглашение, в дальнейшем брать в правительство только технократов и так далее. Это позитивный сценарий, который во многом продиктован дорожной картой МВФ. Но если этого не случится, то необходимость играть по красивым правилам, кроме как для МВФ, отпадет и в коалицию зайдет фракция Олега Ляшко. Тогда мы увидим очень плохой список кандидатов в правительство. Поэтому оценивать провалившуюся отставку Арсения Яценюка мы сможем, только когда произойдет переформатирование Кабмина. Я напомню, что именно МВФ требовал оставить нынешнего премьера на его посту как залог продолжения сотрудничества с Украиной.
– Получается, что сейчас и «Самопомощь», и «Радикальная партия» могут сыграть роль так называемой «золотой акции» для сохранения коалиции, чтобы выторговать себе какие-то преференции?
Фурса: «Самопомощь», скорее всего, будет говорить не о конкретных людях, а о принципах формирования Кабмина: возможно, они потребуют назначить туда просто приличных, с их точки зрения, людей. Если говорить о «Радикальной партии», то мы понимаем, какие люди могут зайти от нее в Кабмин. Если народный депутат Виктор Галасюк зайдет в Министерство экономического развития и торговли, то он разрушит там все, что было создано. Это большой риск. Возможно, обе фракции войдут в коалицию, и тогда отсутствие у Олега Ляшко «золотой акции» позволит сохранить многих в нынешнем Кабмине.
– Спасибо, Сергей. Необходимы ли при этом досрочные выборы Верховной Рады, Петр?
Чем меньше этот Кабмин поддерживает общество, тем больше он нуждается в поддержке финансово-промышленных групп, то есть олигарховПетр Олещук
Олещук: Это комплексный вопрос. Во-первых, исходя из нынешней редакции закона о парламентских выборах, особых изменений в парламенте не произойдет. Будет только некоторое перераспределение процентов между основными игроками. Чтобы выборы действительно оздоровили ситуацию, нужно сначала поменять законодательство. Во-вторых, эти выборы и правда необходимы, поскольку сегодняшнее правительство является де-юре легитимным, но не пользуется поддержкой украинцев де-факто. На примере последнего голосования мы видим, что чем меньше этот Кабмин поддерживает общество, тем больше он нуждается в поддержке финансово-промышленных групп, то есть олигархов. Ничего хорошего для страны это не означает. Платить за эту олигархическую поддержку придется государственной собственностью, преференциями и прочими коррупционными схемами.
– Есть ли у украинского общества какие-то рычаги влияния на ситуацию, которая явно выходит из-под контроля?
Олещук: Последние действия парламента показывают, что инструментарий украинского гражданского общества очень ограничен. Фактически ничего, кроме массовых протестов, граждане предложить не могут.
– Может ли угроза прекращения поддержки со стороны западных партнеров уберечь страну от очередных перевыборов?
Олещук: Сейчас, я думаю, идет переоценка фигуры самого Арсения Яценюка. Западным партнерам нужна стабильность, гарантии определенных действий правительства в русле рекомендаций МВФ. Поскольку нынешний премьер с этим вполне справляется, они не видят необходимости менять его. Но я уверен, что в качестве подобной кандидатуры может выступать не только Арсений Яценюк, но и ряд других политиков, с которыми Запад готов сотрудничать. Та же самая министр финансов Наталья Яресько имеет большой опыт продуктивного сотрудничества с МВФ. Это просто пример, свет клином не сошелся и на ней. В первую очередь, западным партнерам нужны гарантии, что в украинское правительство не войдут популисты, которые просто откажутся сотрудничать. Не в персоналиях дело, а в характере действий.
– Можно ли, однако, утверждать, что сейчас украинская власть оказалась в тупике?
В любом случае мы придем к досрочным выборам, отставке этого правительства и формированию новогоПетр Олещук
Олещук: Да. Однозначно положительного решения нынешних проблем нет. Их можно отложить, но решить сегодня нельзя. В любом случае мы придем к досрочным выборам, отставке этого правительства и формированию нового. Возможно, к этому стоит готовиться и прорабатывать варианты сейчас, чтобы позднее не столкнуться с очередным социальным взрывом. Общество сейчас вновь находится на грани.
– Спасибо, Петр. Согласны ли вы с такими выводами, Сергей?
Фурса: Не согласен. Странно получается: давайте проведем выборы, но они ничего не изменят. Выборы явно ухудшат ситуацию! МВФ накануне заморозил сотрудничество с Сербией, поскольку в стране проходят досрочные выборы. Все, денег никто не дает. Еще полгода без западных кредитов – и наша экономика выпадет на новый уровень. В феврале прошлого года мы уже это видели. Кто побеждает, когда в стране война и все плохо с экономикой? Популисты. Нормальные политики в такой ситуации не побеждают. Соответственно, в следующем парламенте мы получим еще больше популистов, которые вообще не будут способны проводить реформы. От досрочных выборов мы не выигрываем. С другой стороны, у нас есть Арсений Яценюк, который в последнее время показал, что он слушается – не украинского народа, а того же вице-президента США Джо Байдена. Нынешний премьер-министр может делать то, чего от него требуют. У нас есть вариант позитивного исхода, если мы переформатируем Кабмин в технократический. Собственно, надо просто выполнять коалиционное соглашение, продолжать выполнять программу МВФ, проводить приватизацию, налоговую реформу и так далее. На мой взгляд, у нас есть хороший выход, просто все остальные – плохие, и их много.
– Насколько украинская экономика сегодня зависит от западной помощи?
Фурса: Полностью. У нас закрыты внешние рынки, не работает банковская система, а наш экспорт в пять раз упал в цене. Соответственно, наша экономика нуждается в драйверах роста, и пока они не включились, нам нужна помощь извне. Мы сегодня самая дешевая рабочая сила в мире, удобно расположены – все эти преимущества есть. Если запустить процесс приватизации, в Украину придет много инвесторов, но его нужно запустить! Пока этого не происходит, мы проедаем кредиты не только МВФ, но и США, Евросоюза, Всемирного банка и ЕБРР, который также привязаны к программе МВФ. На 2016 год общая сумма этой программы – 10 миллиардов долларов. То есть мы сейчас можем поставить на кон эту огромную сумму и не выиграть ничего. Понятно, что к Арсению Яценюку есть претензии, а Наталья Яресько была бы прекрасным премьер-министром. Но пусть все, кто в парламенте ратует за нового премьера, принесут полный список Кабмина и 226 подписей. Этого же нет! Договорившись со всеми фракциями, вы можете предложить очень удобного премьера, но он будет предназначен не для реформ, а для распила. Если бы мы завтра провели перевыборы, то и тогда бы не получили парламент, где есть 226 голосов за Наталью Яресько и все ее инициативы.
– Когда могут запуститься упомянутые вами драйверы роста украинской экономики?
Фурса: Минимум через полгода после начала приватизации. У нас есть ограничения Национального банка, которые мешают выдавать нормальные кредиты, но снять их нельзя, пока мы не запустим входящий денежный поток, а он, в свою очередь, запускается приватизацией. Без этого старта ничего хорошего не получится. Есть надежда, что правительство сегодня прислушивается к МВФ, потому что народные депутаты этого не делают. На их фоне любые министры выглядят мудрецами. В парламенте экономического здравомыслия нет в принципе, но оно, хочется надеяться, есть у Арсения Яценюка и у Петра Порошенко.