Якуб Лайхтер
На замерзшем полигоне на востоке десяток женщин, бывших украинских заключенных, готовят к выполнению задач с использованием дронов на передовой.
«Купо» направляет квадрокоптер на посадку. Ее освободили из тюрьмы в обмен на службу в батальоне «Шквал» – военном подразделении, сформированном из бывших заключенных.
«Купо» управляет дроном на полигоне
«Я долго пыталась вступить в армию», – говорит «Купо», когда другая женщина взяла в руки пульт и дрон снова с гулом взлетел над деревьями.
«С 2023 года я подавала документы повсюду, – вспоминает бывшая заключенная, – даже тогда, когда в армию начали принимать заключенных, женщин не брали».
По ее словам, 46 бригад отказали ей, прежде чем в тюрьму, где находилась «Купо», приехали рекрутеры из батальона «Шквал» 59-й бригады Вооруженных сил Украины.
Рекрутеры отсеяли тех, кто был физически непригоден к службе, а также заключенных с наркотической зависимостью или тех, кто совершил тяжкие преступления, такие как изнасилование или неоднократное убийство.
По словам «Купо», около 100 женщин вызвались служить в батальоне, однако приняли только около 20.
«Многие женщины до сих пор ждут», — говорит «Купо».
Один из вариантов эмблемы батальона «Шквал» на рукаве женщины-военнослужащей, бывшей заключенной
Нет смысла сидеть в тюрьме. Нужно быть полезным. Думаю, я могу внести свой небольшой вклад в большую победу«Купо»
«Купо» осудили в возрасте 23 лет при обстоятельствах, о которых она отказывается рассказывать. После пяти лет заключения она пообещала себе не терять зря ни одного дня, говорит она.
«Нет смысла сидеть в тюрьме. Нужно быть полезным. Думаю, я могу внести свой небольшой вклад в большую победу. Все будет хорошо, даже в худшем случае», – говорит «Купо».
Согласно условиям освобождения «Купо» из тюрьмы, она получит свободу при условии, что прослужит в армии «до конца войны» с Россией. Однако многие из осужденных не продержатся так долго. Этих бойцов ждут задачи с высоким уровнем риска в самых опасных районах линии фронта.
Женщины здесь проходят подготовку к разведывательным операциям, что менее рискованно, чем штурмовые задачи пехоты, которые поручают многим бывшим заключенным.
К нашему разговору присоединяется инструктор с полигона: «Для вас пехота – это крайняя мера». Одна из женщин отвечает: «Мы покажем результаты не хуже, чем мужчины».
«Купо» кивает головой в сторону группы пожилых мужчин, бывших заключенных, которые тренируются неподалеку. «Я думаю, что даже лучше», – шутя замечает она.
Женщины-военнослужащие, недавно освобожденные из тюрьмы, во время учений на востоке
Большинству женщин на этом полигоне около 20 лет, а вот мужчины здесь, бывшие заключенные, уже давно достигли среднего возраста. По мере того как война затягивается, Украина сталкивается с трудностями в поиске достаточного количества мотивированных мужчин для боевых действий. И поиск человеческих ресурсов заходит все дальше.
Эти мужчины прошли месячное обучение и сейчас находятся в режиме готовности. Приказ, который отправит их на первое боевое задание, может поступить в любой момент.
Под громкие команды инструктора один из бывших заключенных садится, чтобы передохнуть. Ему дали позывной «Француз», потому что он несколько раз бывал во Франции.
«Для меня это тяжело, – говорит мужчина, – в моем возрасте это тяжело». Ему скоро исполнится 58 лет.
«Француз» утверждает, что его подставили коррумпированные полицейские в Грузии, где он был заключен под стражу, а впоследствии экстрадирован в Украину. По словам мужчины, он вызвался в ряды ВСУ почти сразу после возвращения на родину.
«Француз» (слева) и «Сява» (опирается на дерево) наблюдают за дроном во время тренировки
Не мы пришли к ним, это они пришли к нам«Француз»
Среди ряда других причин мотивом воевать «Француз» называет месть России.
«Не мы пришли к ним, это они пришли к нам», – сказал он.
Его родной город расположен в Луганской области, которая сейчас находится под российской оккупацией. Там он и его семья на протяжении многих поколений работали на шахтах. В начале войны его жена уехала во Францию и живет там вместе с дочерью.
«Когда война закончится, я очень хочу поехать с «Сявой» в Париж», – сказал «Француз», указав на стоящего рядом военнослужащего – бывшего заключенного, с которым он делился сигаретой.
«Да, во Францию!» – восторженно воскликнул «Сява».
У военнослужащих, бывших заключенных, перерыв на перекур
«Сява» за пределами Украины бывал только в Польше, и то еще в далеких 1990-х годах.
«Меня там задержали. У меня при себе было оружие – пистолет», – сказал мужчина, добавив, что после трех дней в польской камере его вернули в Украину. На тот момент ему было 16 лет, и в Украине он снова попал в переделку. По его словам, последние 35 лет он провел в тюрьме.
«В моем городе меня все знают как бандита», – говорит «Сява».
Мы знаем, куда идем. Все понимают, что это не будет легкой прогулкой по лесу«Сява»
Бывший заключенный отмечает, что именно стремление к достоинству и смыслу жизни побудило его сменить тюремную робу на военную форму. Тем не менее, никаких иллюзий относительно того, что его ждет, он не питал.
«Мы знаем, куда идем. Все понимают, что это не будет легкой прогулкой по лесу, – говорит «Сява». – Я настроен оптимистично, но также готов к худшему».
Спустя три недели после того разговора «Сява» получил свободу – но заплатил за нее слишком высокую цену.
Во время своего первого боевого выхода он получил тяжелое ранение, в результате чего ему ампутировали обе ноги и большинство пальцев на руках.
БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: Заключенные едут на войну. В чем разница их вербовки в Украине и РФ?