Владимир Путин одновременно хочет быть и не быть Леонидом Брежневым. Как и Брежнев, он хочет стать долгоиграющим руководителем мировой сверхдержавы, которую все боятся и уважают. В то же время он не хочет быть главой окостенелого, разлагающегося режима.