Настоящее Время

«Это наши общие дети» – как в грузинском селе вместе живут армяне и азербайджанцы

В грузинском селе Ходжорни вместе живут армяне и азербайджанцы. Гусейн Абдурахманов, учитель местной средней школы, преподавал одновременно и в армянском, и в азербайджанском секторе. «Это наши общие дети», – говорит учитель

Мирный план для Карабаха: «Статус, возвращение беженцев и безопасность»

Как можно урегулировать карабахский конфликт?

Новая версия гибели парома «Эстония»: обнаружена пробоина, о которой никто не знал

Премьер-министр Эстонии заявил о возобновлении расследования катастрофы

Бетонная ностальгия. Архитектура Белграда как символ социалистической утопии

Настоящее Время рассказывает, почему в Сербии жива ностальгия по бывшей Югославии и какую роль играет в этом архитектура

Панацея или «фуфломицины»? Что известно о российских препаратах от коронавируса

Корреспондент Настоящего Времени Тимофей Рожанский поговорил с экспертами и врачами, которые рассказали, что известно об этих препаратах.

Путин и «размены»: будет ли он торговаться и с кем

Как будет реагировать на вызовы мировой политики Владимир Путин?

Проблемы с российскими лекарствами от COVID-19: «Они очень токсичны»

Можно ли назвать российское лекарство от коронавируса эффективным?

Конфликт в Нагорном Карабахе: «Миротворчество России ни к чему не привело»

Почти неделю в Нагорном Карабахе продолжаются бои между вооруженными силами Армении и Азербайджана

Аресты спортсменов в Беларуси: «Бессистемная истерика»

Почему многие спортсмены становятся все заметнее в протестном движении Беларуси?

Деанонимизация силовиков в Беларуси: «Разрисовывают машину, перестают здороваться с семьей»

Насколько успешна может быть кампания по деанонимизации силовиков в Беларуси?

Столкновения в белорусских регионах: «Население накапливает злость»

Каковы настроения белорусов в регионах страны?

Нагорный Карабах: 30 лет противостояния

30 лет назад в Нагорном Карабахе начались трагические события, которые привели к полномасштабной войне между армянами и азербайджанцами. Этот конфликт унес жизни десятков тысяч людей и не разрешен до сих пор. Статус региона так и не урегулирован.

Газопроводы и геополитика. Могут ли Россия и Турция повлиять на происходящее в Нагорном Карабахе?

Может ли Россия повлиять на Армению и Азербайджан – а значит, и на конфликт в Нагорном Карабахе – за счет поставок энергоносителей?

Семейное насилие в Казахстане: «Бить по рукам тех, кто распускает руки»

Почему в Казахстане не могут справиться с домашним насилием?

«Москва может не успеть подготовить своего клиента на кресло в Минске»

Как Москва реагирует на протесты в Беларуси и готова ли к переговорам с кем-то, кроме Лукашенко?

«Обвал режима в Беларуси начнется, когда Путин поймет, что Лукашенко опять его обманывает»

Почему Беларусь не пойдет по пути Венесуэлы и как поведет себя Кремль в критической ситуации

Протесты в Беларуси: «народная инаугурация Тихановской»

Отравление Владимира Кара-Мурзы: «Положить конец кремлевскому вранью»

Что показало расследование отравления Владимира Кара-Мурзы и почему ФБР не предоставляет материалы дела?

«Чтобы ты не финансировал насилие». Бойкот компаний, связанных с Лукашенко

Мобильное приложение позволяет определить, связан ли производитель того или иного товара с действующим президентом Беларуси

Инаугурация Лукашенко и протесты: «Стратегия властей – зачистить улицы»

Почему белорусские силовики жестко разгоняют протестующих?