Доступность ссылки

Агрессия до Гааги доведет: когда Россию будут судить за преступления в Украине?


Президент России Владимир Путин (в центре), министр обороны России Сергей Шойгу (слева), начальник Генштаба Вооруженных Сил России Валерий Герасимов (справа)

Президент России Владимир Путин (в центре), министр обороны России Сергей Шойгу (слева), начальник Генштаба Вооруженных Сил России Валерий Герасимов (справа)

Аннексия Крыма признана агрессией России против Украины – говорится в отчете прокурора Международного уголовного суда в Гааге от 15 ноября. Захват полуострова назван международным военным конфликтом между странами: несмотря на то, что открытого боя не было, российский военный персонал все же использовался для установления контроля над территорией. После этого отчета российский президент Владимир Путин отозвал подпись России под Римским статутом Международного уголовного суда.

Украинский юрист-международник Борис Бабин развенчивает мифы вокруг так называемого Гаагского трибунала и объясняет, что значит последний отчет:

До суда дело о российской агрессии, скорее всего, дойдет, но через 5-10 лет

– Хочу отметить, что словосочетание «Гаагский трибунал» придумали у нас – на самом деле, такого вообще нет. Есть Международный уголовный суд. Дела готовит к рассмотрению прокуратура, которая находится там же, в Гааге, и именно прокуратура определяет, будет ли вообще суд. Украина дважды обратилась туда в 2014-2015 годах с заявлениями о признании юрисдикции, а также попросила рассмотреть дела по Майдану и по российской агрессии. То, что мы сейчас обсуждаем, – всего лишь формальный отчет прокуратуры в Гааге, который не имеет юридической силы. Однако он говорит о том, что до суда дело о российской агрессии, скорее всего, дойдет. Правда, произойдет это через 5-10 лет, не раньше.

Российский юрист-международник Глеб Богуш, со своей стороны, отмечает, что речи о суде между Украиной и Россией быть не может:

– Международный уголовный суд не судит государства, зато, безусловно, нужен как раз для того, чтобы судить тех преступников, которые не хотят, чтобы их судили. Правда, непосредственное расследование ситуации в Украине суд еще не начал, почему именно – надо спросить у прокурорской канцелярии в Гааге. Что касается скорости рассмотрения, она бывает разной: в деле по конфликту в Грузии, на мой взгляд, просто потеряли семь лет, но в то же время после событий в Ливии уголовное производство запустили всего за несколько месяцев. Пока что в украино-российском деле до этого далеко, но повод для разбирательства уже обозначен.

Резкую реакцию российского руководства на отчет гаагской прокуратуры Борис Бабин не считает неожиданной:

– Уже после отчета по конфликту в Грузии в 2008 году Россия всячески демонстрировала готовность порвать связи с международным уголовным судом, так что нынешний отказ от Римского статута – просто выполнение давних обещаний. Я напомню, что Россия так и не ратифицировала этот договор, но, как и Украина, подписала его в свое время. Теперь россияне свою подпись отозвали. С нашей страной сложнее: мы тоже не ратифицировали Римский статут, но отдельно признали юрисдикцию Международного уголовного суда по всем событиям, связанным с российской агрессией. Все, кто совершил преступления на территории Украины, подлежат суду, что бы там ни делала Россия. Отзыв подписи под Римским статутом ей никак не поможет.

Кроме того, 15 ноября комитет Генассамблеи ООН принял резолюцию о нарушениях прав человека в захваченном Крыму. Теперь формулировка «временная оккупация Крыма и Севастополя Россией» считается официальной во всех документах ООН. Борис Бабин отмечает, что последствия этого события для России более плачевны, чем отчет гаагской прокуратуры.

Мы видим запуск большого механизма, остановить который сможет лишь деоккупация Крыма

– За голосованием в комитете должно последовать голосование самой Генассамблеи в декабре. Победа Украины здесь заключается в том, что текст резолюции уже нельзя поменять, равно как и снять с повестки дня. Вопрос в том, как проголосуют разные страны, в том числе воздержавшиеся в комитете. Впрочем, юридически резолюция ни к чему не обязывает: государства могут использовать ее в своих решениях, например, при введении санкций, а могут не использовать. Зато для самой ООН резолюция станет обязательной, то есть организация будет выделять средства на мониторинг ситуации в Крыму, публиковать отчеты и так далее. Мы видим запуск большого бюрократического механизма, остановить который сможет лишь деоккупация Крыма.

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...

Loading...

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

XS
SM
MD
LG