Доступность ссылки

В Гаагское правосудие для Владимира Путина и российских журналистов американский фотограф и репортер Сергей Лойко не верит. Через месяц в Киеве он представит свою уже третью книгу о войне на Донбассе. На этот раз речь идет о сбитом в июле 2014 года в небе над Донбассом малайзийском «Боинге». В отличие от предыдущей книги о защитниках Донецкого аэропорта, новое произведение Лойко планирует выдать не только в Украине, но и в России. В Киев журналист приехал не только ради презентации, но и для переговоров об экранизации истории о 242 днях защиты аэропорта.

‒ Вы были в аэропорту Донецка, когда там шли ожесточенные бои. Однако сейчас на востоке (Украины ‒ КР) боевые действия носят в основном позиционный характер ‒ есть артиллерийские обстрелы и противостояния, однако нет продвижения вперед. Как и почему Россия изменила свое поведение в этой войне?

Путин никогда не признает своих ошибок, самое важное для него ‒ это «понты». Важнее, чем политика, чем человеческие жизни

‒ Они не знают, что делать с этим конфликтом, но не могут просто взять и уйти. Путин никогда не признает своих ошибок, самое важное для него ‒ это «понты». Важнее, чем политика, чем человеческие жизни. Самое главное для него ‒ это как он выглядит по телевидению, как он одет, как может поиграть мускулами. Это трагедия России, настолько маленький человек вступил в должность президента и теперь хочет отомстить всему миру, что он такой маленький.

Он не знает, что делать с Украиной ‒ войну Россия выиграть не может. Аэропорт стал реперной точкой, после которой даже в Кремле это поняли. Это у меня в первой книге ‒ российский генерал говорит, что если они пойдут дальше, то у них «донецкий аэропорт» будет на каждом километре. Потери уже тогда были неприемлемыми ‒ Путин хоть и «на понтах», но не дурак. Он понимает, что если в Россию пойдут тысячи гробов, то объяснить это разумно будет невозможно.

Война была нужна и до сих пор нужна Путину для того, чтобы отвлекать россиян от существующих проблем

Для захвата Донбасса нужна группировка в 100 тысяч человек и такое количество желающих Россия теоретически еще может найти. Но вспомните «зеленых человечков» в Крыму и в начале войны на Донбассе ‒ это была показуха. Можно оснастить и подготовить 30, максимум 50 тысяч человек. Но сотни тысяч таких «зеленых человечков» у них нет и быть не может. Для ведения настоящей войны Россия должна превратиться в Северную Корею, а это уже невозможно. Сегодня это просто страна воров и мошенников, которые хотят защитить свое право на коррупцию. Война была нужна и до сих пор нужна Путину для того, чтобы отвлекать россиян от существующих проблем.

И если для захвата Донбасса Путину нужно 100 тысяч человек, то для контроля за этой территорией ‒ гораздо больше, наверное, миллион. Поэтому для Путина сейчас главное ‒ поддерживать костер на востоке Украины. Ему нужно показать, что Майдан был вредным для Украины. Но на самом деле после Майдана в Украине есть независимые средства массовой информации, есть настоящая политическая жизнь, каждый может высказать свое мнение. Это развитие, которое требуется для построения демократического общества.

‒ В России Вас вызвали на допрос. С чем это было связано?

‒ Меня вызвали в прокуратуру, следователь по особо важным убийствам. Я долго не мог понять, кого я убил. Допрос был связан, в основном, с книгой «Аэропорт», а поводом стала моя фотовыставка в Москве. Ее сорвали какие-то казаки ‒ они принесли банку томатного сока, на которой написали «кровь детей Донбасса». Казаки облили фотографии из книги «Аэропорт», написали на них какую-то гадость, а потом порвали.

И на допросе меня спрашивали, как я фотографировал в аэропорту и о чем писала моя газета Los Angeles Times. Это была форма давления, и оно и сейчас идет ‒ дело вернули из Следственного комитета в прокуратуру. Я понимаю, что они не дураки ‒ если меня убьют или там посадят в тюрьму, то мировые тиражи моей книги «Аэропорт» вырастут в десятки, а может, и в сотни раз. Сегодня эта книга ‒ это моя охранная грамота в России. С ней уже ничего не сделаешь.

‒ Более года назад сообщали, что книгой «Аэропорт» заинтересовались в Голливуде. Удалось ли договориться об экранизации?

‒ Я не могу разглашать все детали, но на следующей неделе в Киеве вместе с украинскими кинематографистами мы встречаемся с руководством очень известной мировой киностудии, которая связана с очень известным режиссером. Он снимал и военные фильмы. И мы будем говорить об «Аэропорте». Синопсис сценария уже готов.

Моя книга для меня самое главное, что я сделал в своей жизни. Эта война мне дорого обошлась, и деньги для меня на втором месте

В свое время я отказал студиям Columbia и Sony, которые хотели приобрести права на обстоятельства моих статей в Los Angeles Times, которые получили вторую после Пулитцера журналистскую премию Overseas Press Club awards. Согласно контракту, они могли снимать кино с этими обстоятельствами без упоминания об Украине ‒ то есть мои истории могли бы быть в фильме о любой войне. Поэтому я сказал «нет» в ответ на предложенные 175 тысяч долларов. Честно говоря, я дурак, что отказался ‒ кино могло бы протолкнуть книгу вперед. Но я не торгую своими персонажами. Хотите снимать о них фильмы ‒ снимайте с моей книгой. Она для меня самое главное, что я сделал в своей жизни. Эта война мне дорого обошлась, и деньги для меня на втором месте.

‒ «Аэропорт» выпускало украинское издательство. Так же будет и с новой книгой «Рейс»?

‒ Она выйдет 16 мая в Киеве в том же украинском издательстве «Брайт Стар Паблишинг». Но надеюсь, что в августе «Рейс» будет опубликован в Москве. Выпустить ее планирует одно из самых интеллектуальных издательств. В новой книге действуют украинский и российский президенты, но фамилии у них немного изменены, поэтому издательство хочет представить книгу как триллер. Не сломают ли им руки после этого ‒ не знаю, они сначала хотят увидеть реакцию на украинское издание.

Обложка книги Сергея Лойко «Рейс»

Обложка книги Сергея Лойко «Рейс»

‒ У кого из героев новой книги реальные прототипы, насколько сюжет перекликается с реальностью?

Ощущение и дух того, что произошло с «Боингом», для меня были важнее, чем конкретные детали

‒ Это не документальная повесть. Ощущение и дух того, что произошло с «Боингом», для меня были важнее, чем конкретные детали. У меня, например, сбивают не рейс MH-17, а другой самолет. Американский президент из книги ‒ вообще женщина по имени Ребекка. Но там есть персонажи, которых легко узнать. Например, там есть «доктор Варя», которая вывозит детей из Украины. Эпизод о ней был написан за два месяца до гибели доктора Лизы, Елизаветы Глинки. Есть в книге российский писатель по фамилии Захаров. Эпизод с его участием я написал за месяц до того, как российский писатель Захар Прилепин объявил себя «политруком» нового подразделения.

Если первая книга из меня просто вырвалась, и я написал ее за месяц, то над новой я работал более полугода, причем работал вместе с большой командой. Вообще я этот сюжет вынашивал более 10 лет. Ранее, вместо сбитого «Боинга», жена и дети главного героя погибали во взрывах жилых домов в Москве в 1999 году. После их гибели главный герой, бывший оперуполномоченный милиции, начинает собственное расследование. Прототип главного героя ‒ это бывший российский милиционер, сбежавший из СССР и сейчас живущий в Лос-Анджелесе на своей яхте. Он был моим консультантом, когда я писал эту книгу. Жизнь гораздо интереснее, чем вымысел.

Главному герою «Рейса» на все наплевать. Он коррупционер, бывший полковник милиции, «крышевал» наркоманов и проституток. Он украл бандитский «общак», бежал в США, а жену с дочерьми ради безопасности отправляет в Великобританию. А через несколько лет, когда он решает наконец с ними встретиться, самолет с его семьей сбивают «Буком». Война пришла к человеку, которому было наплевать на нее. Она пришла к нему и убила его семью. Оскар Уайлд говорил, что не бывает плохих людей. Бывают люди, которые делают плохие вещи, а иногда хорошие. Мой герой когда-то был блестящим следователем. Он возвращается в Россию, вербуется в армию романтиков-добровольцев «русского мира» и начинает расследовать международное преступление. И здесь он встречается с американской журналисткой, которая также расследует трагедию с «Боингом».

Книга «Аэропорт» важна для России, но там ее читать не хотят ‒ миллионы зомби не могут поверить, что это правда написана

«Аэропорт» ‒ это все же документальная книга, процентов на 90. Аудитория ограничена теми, кто хочет что-то узнать о войне в Украине. Книга важна для России, но там ее читать не хотят ‒ миллионы зомби не могут поверить, что это правда написана.

А новая книга ‒ триллер и боевик. «Рейс» должен захватить внимание тех людей, которые не разбирались в войне. И после того, как они прочитают книгу, они начнут интересоваться, начнут докапываться до правды. Когда мне требовались консультации по уголовным вопросам, я читал целые страницы известному «вору в законе», который отсидел 12 лет за убийство. Меня также консультировали майор украинского спецназа и генерал-лейтенант украинских ПВО Игорь Романенко.

‒ Вопрос по расследованию, верите ли Вы, что виновные в убийстве 298 человек на борту малазийского «Боинга» попадут на скамью подсудимых, что их настигнет возмездие?

Ни президента России, ни российских журналистов, которые развязали эту войну, на скамье подсудимых никогда не будет

‒ Нет, не верю. Возмездие может настигнуть воров только в том случае, если Россия испытает крупное военное поражение. А этого не будет, потому что серьезной войны с Западом у России не предвидится, Путин на это не пойдет. Ни президента России, ни российских журналистов, которые развязали эту войну, на скамье подсудимых никогда не будет.

Их будет судить история, а наш герой хочет отомстить здесь и сейчас. Он бывший «оперуполномоченный» и знает, как отличить косвенные доказательства от прямых. Он действует значительно быстрее, чем правосудие в Гааге. Высоцкий пел: «Чистая правда со временем восторжествует, если проделает то же, что явная ложь».

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG