Доступность ссылки

Бизнес в Крыму: история абсурда


Специально для Крым.Реалии, рубрика «Мнение»

Последняя громкая новость из условной рубрики «экономические известия полуострова» связана с полной национализацией самого крупного банка республики – РНКБ. Теперь он на 100% принадлежит Российской Федерации через Росимущество.

Краткая история банка такова: в 2014 году кредитное учреждение продали предприятию «Вода Крыма», подконтрольному нелегитимным крымским властям, а в начале 2015 года перепродали частной структуре ООО «КЭР».

Банк побыл условно частным всего год – и теперь снова переходит в руки властей, правда, уже не местных, а федеральных. Очевидно, что правительство России сделало такой ход, пытаясь добиться контролируемой вручную финансовой стабильности и предотвратить возможные кризисные сценарии, связанные с коррумпированностью крымской триады (Белавенцев – Аксенов – Меняйло), которая активно продвигает «Генбанк», на 50% принадлежащий республике.

После почти двух лет стараний привлечь в Крым российских инвесторов местные чиновники растеряли былой оптимизм

В итоге получилась странная ситуация. Самым большим банком полуострова де-факто управляют федеральными властями, а вторым по величине – местные. Недоверие к частным компаниям, от которых может зависеть стабильность бытового финансирования крымчан и сохранность государственных денег, – налицо.

Это первый и, возможно, самый показательный штрих, характеризующий деловую культуру в республике.

Кажется, после почти двух лет стараний привлечь в Крым российских инвесторов местные чиновники растеряли былой оптимизм. А все потому, что встреченный бурными овациями проект по созданию в республике свободной экономической зоны со льготными условиями для бизнеса не привел ровным счетом ни к чему.

Российские предприниматели изначально смотрели на Крым с недоверием. А после применения санкций сделали все возможное, чтобы их сети не ассоциировались с республикой

Российские предприниматели изначально смотрели на Крым с большим недоверием из-за его неопределенного международного статуса. А после применения западных санкций крупные европейские, украинские и российские компании и вовсе сделали все возможное, чтобы их деловые сети не ассоциировались с республикой.

Последние скандалы с международными брендами Coca-Cola и Pepsi (московские офисы в своих рекламных материалах разместили Крым на общей карте РФ – КР) – прямое тому подтверждение.

Невзирая на уход крупного бизнеса, крымская недвижимость какое-то время пользовалась спросом у москвичей и жителей других российских миллионников, ведь купить жилье в курортном регионе по довольно низким (на тот момент) ценам было действительно интересно.

Но очень скоро ситуация ухудшилась. Почти весь республиканский бизнес встал. Что же на самом деле помешало его развитию (или сохранению)? Прежде всего, проведенная черт знает как национализация, отсутствие широкого представительства российских банков, но самое главное – маленький, бедный местный рынок.

Два миллиона неплатежеспособных людей, которые сидят на государственных дотациях, никому не нужны. Кроме дистрибьюторов, которые привозят продукты из России и вымывают зарплаты бюджетников

Два миллиона неплатежеспособных людей, которые сидят на государственных дотациях, никому не нужны. Кроме дистрибьюторов, которые привозят продукты из России и вымывают зарплаты бюджетников. Но в этом случае речь идет не о бизнесе, а о системе частных поставок. Государство дает деньги – предприниматели кормят и обеспечивают полуостров всем необходимым.

Неразборчивых турецких бизнесменов, которые хотели прийти на крымский рынок, «слили» самостоятельно – из-за политического конфликта между государствами.

Последней каплей стал блэкаут (и всевозможные блокады полуострова). Ну кому захочется тратить деньги на создание своего дела в Крыму, если там нет элементарных условий для его ведения? И, конечно, дело Олега Зубкова (владельца зоопарка «Сказка»), доказавшее, что политическая лояльность к российским властям вовсе не спасает от самодурства местных властей.

В общем, неудивительно, что за эти два года крымское правительство не смогло найти бизнесменов, которые захотели бы вести дела в республике, учитывая спорный статус полуострова, перманентные отключения света, санкции и неправомерную приватизацию.

Но есть другой, более важный вопрос: почему крымские власти сводят развитие бизнеса к привлечению инвестиций и крупных компаний из России? А как же местная инициатива?

В ядерной воронке деревья не растут

Для развития бизнеса необходимы четкие правила игры. Хорошо, если существует развитое правовое государство – с сильными и независимыми судебными учреждениями, адекватной налоговой системой и потенциально большим рынком сбыта. Но при высоком уровне коррупции достаточно хотя бы фиксированных правил игры – даже при этих условиях деловая активность моментально оживет.

До аннексии в Крыму было 120 тысяч частников, а сейчас, почти через 2 года – всего 60 тысяч

До трагических событий весны 2014 года количество предпринимателей на полуострове составляло внушительное число – 120 тысяч частников, а сейчас, почти через 2 года после аннексии, – всего 60 тысяч, да и то с учетом предпринимателей, работающих по патентной системе. И это после внедрения довольно масштабной программы микрофинансирования бизнеса, которая многих подтолкнула попытать счастья на крымском рынке.

Причиной нежелания светить свой бизнес являются высокие налоги, которые ИПшникам полагается платить даже в том случае, если они ничего не зарабатывают. В 2016 году минимальная сумма обязательных страховых отчислений (за себя) составит более 23 тысяч рублей. Заметьте, при нулевых доходах.

Но это только то, что лежит на поверхности. Глубинная причина кроется в специфике крымского предпринимательства.

Сейчас на внешние рынки не попасть, да и продавать там нечего, ведь Крым практически ничего не производит

Раньше кто-то торговал джинсами, купленными в Украине и дешево доставленными общенациональным перевозчиком, кто-то таким же нехитрым способом организовывал сбыт комплектующих для компьютерной техники. Денег это давало немного, но люди учились зарабатывать на открытом рынке, ментально входя в рыночную экономику. Население училось навыку продаж, с которого начинается совершенно любое дело. Теперь же такая школа жизни – непозволительная роскошь.

На внешние рынки не попасть, да и продавать там нечего, ведь Крым практически ничего не производит.

С российским рынком тоже незадача. Формально он для крымчан открыт, но у полуострова нет никаких устойчивых экономических связей с РФ. Ну кто мог вообразить, что когда-то понадобится везти продукты из Крыма в Краснодар или Москву? Это же экономически нецелесообразно. Как и весь крымско-российский проект.

Поэтому тема делового развития полуострова, превращения его в Силиконовую долину, промышленный центр или передовой сельскохозяйственный регион – это одна большая фикция, «покраска облаков» для федеральных чиновников и СМИ. Бизнес делается не там, где прикажут, а там, где для него есть подходящие условия.

Максимальная открытость экономики, низкие налоги, минимальные контролирующие функции у властей, сильные независимые суды, хорошая территориальная логистика – есть ли что-то из этого в Крыму?

Вместо этого – государственные банки и хор «Маленькие прокуроры».

Лев Абалкин, крымский политолог

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

В ДРУГИХ СМИ




Recommended

XS
SM
MD
LG