Доступность ссылки

Поэт и мир: 125-летний юбилей Анны Ахматовой отмечают в Петербурге


Анна Ахматова – рисунок Юрия Анненкова
«Анна Ахматова в пространстве мировой культуры» – так называется научно-практическая конференция, которая станет в понедельник одним из центральных событий празднования 125-летия поэтессы в Санкт-Петербурге. «Анна Ахматова и итальянские поэты ХХ века», «Об одной прогулке Анны Ахматовой в пространстве русской поэзии», «Ахматова и Джон Китс», «Ахматова и Элиот», «Анна Ахматова в эмигрантском творчестве Игоря Северянина» – это лишь малая часть из докладов, которые будут представлены в Российской национальной библиотеке. Докладчиками выступят филологи, литературоведы, исследователи из разных городов России и со всех концов света.

Поэзия Ахматовой обладает универсальностью, способной объединить людей разных культур: финский писатель и переводчик Марья-Леена Миккола собирается выступить с темой «Анна Ахматова в Финляндии», президент Китайской ассоциации по исследованию русской литературы, профессор Лю Вэнфэй – с докладом «Анна Ахматова в Китае», а голландский филолог-славист и писатель Кейс Верхейл – с рассказом о «Корнях Ахматовой в традициях христианского стоицизма».
Анна Ахматова, Николай Гумилев и их сын Лев, 1915 год
Анна Ахматова, Николай Гумилев и их сын Лев, 1915 год
Энтузиазм, с которым ученые, писатели и переводчики откликнулись на приглашение приехать в Петербург на юбилей Ахматовой, даже удивил директора Музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме Нину Попову:

– Мы вместе с Публичной библиотекой готовили эту конференцию и, честно говоря, не рассчитывали на большой отклик. Но оказалось, что всем это очень нужно – приедут больше 30 человек из разных стран. Основные ахматовские дни идут с 23 по 28 июня, но у нас в музее все началось гораздо раньше: в мае прошли первые презентации книг, 15 июня Константин Учитель открыл у нас инсталляцию «Хармс в гостях у Ахматовой», приуроченную к 75-летию выхода «Старухи». 23 июня в Публичной библиотеке пройдет академическая часть, а мы больше хотели неформального общения. Хоть наш круглый стол и открытая дискуссия носят то же название, что и конференция – «Анна Ахматова в пространстве мировой культуры», но нам было интересно узнать, что сейчас привлекает людей в Ахматовой, что больше читают, что актуально, поэтому мы пригласили еще и переводчиков, режиссеров и кинематографистов.

Ахматова и поэт Анатолий Найман, Комарово, 1965 год
Ахматова и поэт Анатолий Найман, Комарово, 1965 год
По словам Нины Поповой, кроме коротких сообщений и их обсуждения, в музее Ахматовой будут выступления в особом жанре – «Собеседник крупным планом»:
– По вечерам в разных помещениях и пространствах музея – в экспозиции, в большом зале, в кабинете Бродского – можно будет послушать одного из рассказчиков, который хочет предъявить свое знание, изучение, интерес и к Ахматовой, и к мировому культурному пространству, и понимание в этой связи сегодняшнего дня.

В рамках ахматовских дней в Фонтанном доме проходят три выставки: живописные работы Ирины Затуловской «К поэту в гости», выставка сотрудника Кунсткамеры Ефима Резвана «Драгоценности должны быть дикарскими» – о треугольнике «Ахматова – Модильяни – Гумилев» и выставка из фондов музея «Настоящий век»: портреты современников Анны Ахматовой». Портреты современников – это портреты века, начиная с того времени, когда Российская империя еще стояла, казалось, твердо и незыблемо, и никто и подумать не мог, чтобы она вскоре рухнула, «слиняла в два дня», по гениальному выражению Василия Васильевича Розанова. Это портреты людей, переживших вместе с веком все его катастрофы, носящих на лицах его печать.

Анна Ахматова – рисунок художницы Арины Орловой
Анна Ахматова – рисунок художницы Арины Орловой
Иконография самой Ахматовой в основном известна, но интерес к ее образу не ослабевает и у современных художников, причем не только российских. «Есть замечательный калмыцкий художник и скульптор Степан Батиев, он известен тем, что поставил памятник Хлебникову в калмыцкой степи, где поэт родился, – говорит филолог, специалист по Анне Ахматовой Ольга Рубинчик. – Он буддист, и к миру относится очень по-буддистски, при этом прекрасно понимает русскую поэзию, западную поэзию. Когда мы с ним познакомились этой осенью в Новгороде на хлебниковской конференции, он, узнав, что я ахматовед, сразу стал читать наизусть ахматовские ташкентские стихи – азиатская тема ему близка – и стихи библейского цикла. А потом он прислал мне оригиналы своих рисунков к библейскому циклу Ахматовой. И на меня эти рисунки произвели такое впечатление, что я стала думать, как бы выпустить альбом этих рисунков, может быть, вместе со стихами Ахматовой. Это настолько оригинально, настолько глубоко погружено в библейский мир и в то же время настолько современно и лаконично, что, мне кажется, сама Ахматова была бы довольна, увидев эти листы».

Но на конференции «Анна Ахматова в пространстве мировой культуры» Ольга Рубинчик будет говорить не о калмыцкой, а польской линии, ведущей к Ахматовой:
Анна Ахматова – рисунок Модильяни, 1910 год
Анна Ахматова – рисунок Модильяни, 1910 год

– Хотя Польша – не самая очевидная тема в ахматовской жизни, но когда этой темой начинаешь заниматься, становится ясно, что ракурсов так много, что хватит на многих исследователей. Одна из самых очевидных тем – ахматовские переводы. Она переводила Словацкого, Броневского, Шимборскую, Тувима. Славист и переводчик Анджей Дравич говорил, что поэтесса, видимо, немного знала польский язык, она постоянно сверяла подстрочники с оригиналами, сама она, кажется, говорила, что ей помогает знание старославянского языка. Я беседовала об отношении Ахматовой к Польше с внучкой Николая Пунина Анной Генриховной Каминской, и она говорила, что Ахматова переводила поляков с большим уважением. Поэт и переводчик Северин Полляк передавал также слова Ахматовой о том, что она читала много стихов итальянских и французских поэтов, но сейчас в мире можно считать новаторской только русскую и польскую поэзию. По-видимому, она имела в виду тенденцию к окостенению поэтических форм в мировой литературе и, в противовес этому, свободу поисков, характерную для России и Польши, – говорит Ольга Рубинчик.

Наверное, поэты и филологи никогда не перестанут спорить о том, возможен ли вообще перевод стихов на другие языки – многие склоняются к тому, что невозможен. Тем не менее интерес к поэзии Ахматовой во всем мире не ослабевает. Может быть, здесь «работает» магия не только стиха, но и образа поэта, ее личности, ее судьбы, спаянной с трагическими судьбами стольких людей, с потрясениями, которые испытала и из которых еще не до конца вышла Россия.

Радио Свобода

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG