Доступность ссылки

Олег Панфилов: Иисус, Ленин, автомат


Олег Панфилов

Однажды я увидел фотографию. На крыше администрации одного из «новоросских» городков боевик в камуфляже поднимает на флагштоке три флага. Первый – красное полотнище с каноническим портретом Иисуса. Второе – тоже красное, с серпом и молотом. Третье – флаг «Донецкой народной республики».

Флаги – всегда суть идеологии, отражение мировоззрения и мозготворчества людей, которые «чистят себя под ними». Так Владимир Маяковский образно пытался объяснить суть большевистской революции и революционного запала, светлых целей тов. Ленина. Революционный поэт, написавший стихотворение на смерть вождя, предполагал, что может быть с ленинскими идеалами. И был прав. И дело даже не в Ленине, а в традициях – извращать, портить, а потом выдавать за «особый путь».

Похоже, на крыше администрации происходил обряд, который бы какой-нибудь современный умник назвал психоделической шизофренией. Три идеологически противоречащих друг другу флага стали своеобразным символом состояния мозговой каши в головах оккупантов. Чем же хотят завлечь население Восточной Украины? Представьте себе.

По идее, поднятие флага должно сопровождаться обрядом. Вначале молитва во славу Господа, любви и всепрощения. Стройные ряды сепаратистов произносят хором десять заповедей, казачий сотник читает Евангелие, хор пулеметчиков поет «Отче наш».

После поднятия второго флага – с серпом и молотом, тот же сотник читает фрагмент «Капитала» Карла Маркса, хор поет «Интернационал», а группа поддержки из местного населения показывает антирелигиозную инсценировку 1919 года, с маскарадными толстопузыми попами и монахами. Над толпой взвивается транспарант «Религия – опиум для народа».

Третий флаг, на котором в центре изображен герб российской империи, взвивается под пение «Боже, царя храни». Народ начинает толкаться, расспрашивая, кто царь. Часть массовки, изображавших большевиков, ведут на расстрел. Казачий сотник опять на коне, машет шашкой и рубит хор за пение нечестивой песни.

И тут появляется наконец он. Тихий человек в белогвардейской шинели и с пистолетом Стечкина на боку. Народ успокаивается, шепотом разнося имя. «Стрелок, Стрелок» – разносится над площадью. Произнесшего настоящую фамилию вождя – «Гиркин», тут же забивают на месте. «Стрелок» мягко прокашливается и скороговоркой говорит – «господа-товарищи», чтобы никого не обидеть.

Но тут на площадь врывается группа людей со свастикой и аббревиатурой «РНЕ» на рукавах. Толпа подвинулась и настороженно прислушалась. «За жидами приехали», – говорит кто-то. «И чернож...ыми», – добавляет механик Рашид. «Трусы с Гиркина будут снимать, проверять», – хихикает алкаш Вася. И сразу осекается, увидев как на площадь входит еще одна колонна – красный верх, черный низ. На красных хоругвях написано – «Суть времени».

«Бандера, бандера», – понеслось по городку. Сутулый человек в очках и сталинской шинели на Бандеру похож не был. Народ успокоился и приготовился слушать очередного выступающего.

- Товарищи, – взвизгнул сутулый, – Я – Кургинян.

Народ стал нервно посматривать по сторонам, определяя расстояние между товарищем Кургиняном и РНЕ – успеет ли убежать.

- Товарищи, – опять взвизгнул Кургинян, хочу рассказать вам о русской козе.

- Ишь ты, козопас Кургинян, – ехидно сказала селянка Галя и сложив руки на большой груди, приготовилась слушать.

- Смысл движения «Суть времени» заключается в том, чтобы заново построить отношения с козой, первыми найти её в лесу и уговорить козу, чтобы она ехала дальше. Она обиделась, она огорчилась. Это священная коза. Очень важная. А может быть, она потом и превратится в скакуна и во всё что угодно, – никто не знает. Но пока что вопрос в том, чтобы эту козу спасти. Потому что кому-то хочется забить козу раньше, чем надобность в ней обнаружит всё человечество. Вот об этой кривой русской козе развития. О величии русской трагической судьбы, от которой вас хотят отвернуть и отвратить.

Минут пять на площади было тихо. Замолкли даже фашисты из РНЕ. Только пенсионер Иванченко Иван Иванович тихо простонал: «От, падлюка, как брешет красиво». На него зашикали, пытаясь осмыслить услышанное. Кургинян в это время стирал пену со рта, довольно поглядывая на застывших людей. Пока из толпы не донесся крик Пашки-фарцовщика.

- Слушай, козел, а кто твою козу кормить будет?

Люди сразу оживились, послышались первые смешки, потом хохот. И вот уже над городком стоял дикий шум. Автоматная очередь в воздух всех успокоила. Когда на трибуну поднялся новый оратор, народ опять зашумел – «дед мороз приехал». Оратор посмотрел на съемочные группы российского телевидения и кивнул головой – мол, начинайте снимать. В толпу крикнул только одно слово – «щаз вам будет конституция».

- Мы, Верховный совет Донецкой народной республики, ощущая себя неотъемлемой частью Русского Мира как русской цивилизации, общности русских и других народов, оставаясь приверженными идеалам и ценностям Русского Мира и чтя память предков, проливших кровь за эти идеалы и ценности и передавших нам любовь и уважение к общему Отечеству, исповедуя Православную веру (Веру Христианскую Православную Кафолическую Восточного Исповедания) Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) и признавая ее основой основ Русского Мира.

После этих слов практически все дружно повернули головы в сторону Кургянина и Гиркина, как бы мысленно одного проверяя на кафоличность, с другого, опять таки мысленно, снимая трусы. Кто-то подозрительно стал разглядывать флаг с серпом и молотом. Старая учительница Берта Соломоновна охнула и прошептала: «Опять надо уезжать». Народ заволновался вновь.

- Так в містечку 80 відсотків українців, який Руський мир?

Стало тихо. Только на флагштоке трещали под порывами ветра три флага. На самом деле, на площади их было намного больше – красный советский, черно-желто-белый монархический, красный с диагональными синими линиями – «новоросский», красные с лимонками, красные со свастиками и хоругви с Иисусом.

Не покидает ощущение, что в России случился жесточайший кризис психиатрии и многие люди, вдруг назвавшие себя политиками, не могут избавиться от тяжелой идеологической шизофрении

Такое ощущение, что там собрались все, кто в России был против Путина. На самом деле, оказалось, что сейчас они все за Путина. И вопрос о том, кого монархисты хотят видеть царем, отпал сам по себе.

Можно написать сколько угодно душещипательных историй о «русской козе» и «русском мире». Можно привезти еще 50 грузовиков с оружием и несколько тысяч наемников. Наконец, можно сочинить еще один, четвертый по счету текст конституции «Донецкой народной республики». Можно похитить и убить еще несколько десятков человек. Можно. Но что изменится?

Меня не покидает ощущение, что в России случился жесточайший кризис психиатрии и многие люди, вдруг назвавшие себя политиками, не могут избавиться от тяжелой идеологической шизофрении.

У этого заболевания есть причины: после распада СССР и потери коммунистической идеологии советского происхождения, различные люди в разной степени начитанные и убеждающие сами себя в собственном мессианстве, решили спасать мир. Для спасения в советское время применялось оружие. Оно и сейчас есть в избытке. Однако спасать следует всегда под лозунгами, чтобы люди поверили и поддержали. В СССР спасали под логунги – «Мир во всем мире». А сейчас – непонятно .

Случился идеологический вакуум – под лозунгами социализма уже мало кто хотел воевать и погибать. Тогда на помощь пришли те самые «политологи» и «эксперты», которых в советское время никто всерьез не воспринимал, по причине психического расстройства. Сейчас они стали предлагать новый миф, за который ухватился Кремль.

Если проследить за лексиконом Путина все 14 лет, то обнаружится, что процесс поиска новой идеологии шел, но туго и в больших сомнениях. Первые год-полтора Путин много говорил о демократии и свободе слова. Запад зачарованно следил за выступлениями «молодого русского лидера», предвкушая близкое сожительство и объединение одной шестой суши в единое цивилизованное пространство.

Но так было недолго. Путин усыпил бдительность Запада и начал восстанавливать непонятно что. Ем хотелось чего-то большого – от края до края. Он напоминал, что распад СССР – большая трагедия, но не всем на постсоветском пространстве это нравилось. СНГ благополучно умирал, ОДКБ не работал, ШОС уснул в крепких объятиях Китая, к Таможенному союзу присоединились лишь две страны, остальные опасливо приглядываются. Все меньше и меньше желающих быть соучастником и наблюдателем того, как Путин станет великим и могучим.

Политические шизофреники не давали Путину покоя и он сдался. Он понял, что другого надежного пути к вершине славы собирателя земель нет. Если земли не хотят опять стать советскими, то будут русскими. Даже если эти земли совсем не русские и никогда ими не были. Но шизофреники ласково шептали Путину – давай, не трусь, мы тебе и план сделаем, и программу напишем, и хоть какую конституцию сваяем, и народом поможем. Благо, что шизофреников в большой стране статистически всегда много.

Когда смотришь на происходящее в Восточной Украине, то закрадывается еще одно подозрение. Может это такой план у Путина – избавиться от всех – левых и правых радикалов, монархистов и лимоновцев, фашистов и кургинянцев, любителей пострелять и профессионалов поврать? Ну не может быть, чтобы из скопления людей с разными взглядами и диагнозами получилось что-то дельное. Или все-таки россиянам так и не удастся подавить в себе многовековое желание захватывать и подавлять? И придумать, наконец, свою мясорубку или пылесос.

P.S. В тексте приведены фрагменты реальных документов – из произведений Сергея Кургиняна и проекта конституции «Донецкой народной республики». Не верите – проверьте в интернете.

Олег Панфилов, профессор Государственного университета Илии (Грузия)

Взгляды, изложенные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG