Доступность ссылки

Эксперты говорят о растущих угрозах «Исламского государства» для Центральной Азии


Скриншот видео, размещенного в Сети группировкой "Исламское государство". Персонажи видеоролика – предположительно выходцы из Таджикистана

В опубликованном 20 января 16-страничном отчете ICG, под названием «Зов Сирии: радикализация в Центральной Азии», рассматривается социально-политический контекст роста радикализации в регионе.

Директор Проекта ICG в Центральной Азии Дейрдре Тайнан говорит, что «Исламскому государству» (ИГ) легче вербовать людей в Центральной Азии, чем в соседнем Афганистане и Пакистане.

– Кажется, что в регионе укоренилось неисполненное желание политических и социальных перемен. Бедные или богатые, образованные или нет, молодые или взрослые, мужчины или женщины – нет единого образа сторонника ИГ, – говорит Дейрдре Тайнан.

По данным отчета, около двух-четырех тысяч мужчин и женщин из Центральной Азии прониклись радикальными идеями и отправились сражаться или поддерживать группировку ИГ.

Скриншот опубликованного в Сети видео о детях, предположительно выходцах из Казахстана, проходящих военную тренировку на подконтрольных ИГ территориях.
Скриншот опубликованного в Сети видео о детях, предположительно выходцах из Казахстана, проходящих военную тренировку на подконтрольных ИГ территориях.

Этнические узбеки, в том числе граждане Узбекистана и жители Оша в южном Кыргызстане, предположительно являются самой крупной группой выходцев из Центральной Азии, сражающихся вместе с ИГ. Их численность может составлять до двух с половиной тысяч человек. В ИГ также вступили этнические кыргызы, казахи, туркмены и таджики.

Результаты исследования показывают, что хотя единого образа центральноазиатских боевиков в ИГ не существует (это молодые и старые, богатые и бедные, мужчины и женщины), но есть объединяющий их общий фактор – «усталость от социальных и политических обстоятельств».

Как кажется, ИГ успешно использует эти чувства, и в отчете отмечается, что, в особенности в Узбекистане, люди, которые бы не вступили в такие джихадистские группировки, как «Талибан» или «Исламское движение Узбекистана», тяготеют к ИГ, считая его новым предопределенным политическим порядком. ИГ также рассматривают как всемирную цель, как «принципы, а не колониализм», приводят в отчете слова одного имама из южного Кыргызстана.

Разнородный состав и причины отъезда

Власти государств Центральной Азии зачастую не могут признать, что ИГ привлекает широкие слои общества.

«Там 17-летние парикмахеры, состоявшиеся бизнесмены, женщины, которых бросили мужья и завели себе других жен в России, семьи, уверенные, что их детей ждет лучшее будущее в халифате, молодежь, бросившие учебу школьники и студенты университетов. Всех их вдохновляет вера в то, что ИГ является значимой альтернативой постсоветской жизни. Некоторые хотят сражаться, другие – только поддержать», – говорится в отчете.

Скриншот размещенного в Интернете видео о выходцах из Казахстана, вступивших в ряды исламистских боевиков в Сирии.
Скриншот размещенного в Интернете видео о выходцах из Казахстана, вступивших в ряды исламистских боевиков в Сирии.

Отчет также показал, что мощным инструментом вербовки в Центральной Азии является техника «из уст в уста»: после того как в один член семьи уезжает на территории, контролируемые ИГ, за ним следует еще несколько.

Не существует единого источника радикализации в Центральной Азии – некоторые принимают радикальные взгляды в Турции или во время работы (зачастую нелегальной) в России, других вербуют в религиозных школах Египта, Саудовской Аравии или Бангладеш.

Большинство центральноазиатских боевиков, так же как и многие другие боевики, в том числе европейцы, въезжает в Сирию через Турцию.

Почему люди из Центральной Азии хотят покинуть свою родину и присоединиться к ИГ в Сирии? В отчете говорится, что основным притягивающим фактором является идеологическая приверженность концепции джихада. Побуждающими факторами являются чувство религиозной или этнической дискриминации со стороны государства (в особенности в южном Кыргызстане), а также предрасположенность к отчуждению, вызванная слабым государственным и религиозным образованием.

Вступившие в ИГ женщины приводят свои причины: одна женщина, опрошенная для составления отчета, сказала, что ее муж и друзья были «против религии, против ислама», другая – мать троих детей – сказала, что ИГ борется «за религию».

Угроза возвращения боевиков

Опасения последствий возвращения центральноазиатских боевиков домой после сражения на стороне ИГ являются приоритетной проблемой безопасности в Центральной Азии, говорится в отчете.

Скриншот размещенного в социальной сети "ВКонтакте" видео, в котором рассказывается о казахстанцах, сражающихся в Сирии.
Скриншот размещенного в социальной сети "ВКонтакте" видео, в котором рассказывается о казахстанцах, сражающихся в Сирии.

Многие боевики уже никогда не вернутся из Сирии, потому что умрут в сражениях, но те, кто хотел бы вернуться домой, испытывают сильный страх и не доверяют полиции.

Директор Программы по Европе и Центральной Азии ICG Пол Куинн-Джадж говорит, что, хотя угроза возвращения боевиков всё еще невелика, властям необходимо «тщательно оценить долгосрочную опасность, которую несет джихадизм для региона, и предпринять превентивные действия сейчас».

Чтобы предотвратить угрозу от возвращения и провести успешную реабилитацию возвращенцев, в отчете рекомендуют перенять опыт полиции стран Европы и Азии по реабилитации бывших радикалов. В то же время в отчете отмечается, что «способность полиции в Центральной Азии перенять и внедрить [этот опыт] подрывается слабыми государственными структурами и недоверием к полиции».

Также отмечается, что «подход нулевой терпимости» к возвращающимся боевикам, который можно ожидать от спецслужб Казахстана и Узбекистана, может привести к тому, что возвращающиеся боевики и сторонники ИГ поедут не в свои страны, а в Кыргызстан.

Еще не поздно заняться проблемой

В ноябре власти Казахстана резко отреагировали на публикацию видеоролика ИГ, в котором было показано, как этнические казахи, включая детей, проходят идеологическую и военную подготовку. Видеоролик, так же как и показавшие его сайты, подвергся блокировке. Этот запрет затронул и соседний Кыргызстан – Бишкекское новостное агентство было заблокировано за показ видеоролика.

Ранее в этом месяце в Казахстане заявили, что герои недавнего видеоролика (также запрещенного в Казахстане), в котором показана сцена казни мальчиком двух мужчин, не являются гражданами Казахстана.

Скриншот видеоролика, в котором показана сцена казни мальчиком, предположительно выходцем из Казахстана, двух мужчин, называемых «агентами ФСБ».
Скриншот видеоролика, в котором показана сцена казни мальчиком, предположительно выходцем из Казахстана, двух мужчин, называемых «агентами ФСБ».

– Ответ на вызовы ИГ угрожает большому количеству свобод, не только свободе слова. Риск в том, что, создавая менее свободные общества, власти незаметно подталкивают людей к радикализму. Можно заявить, что если бы власти в Центральной Азии сделали приоритетом свободу слова, свободу убеждений и позволили религиозный плюрализм на гораздо более ранней стадии, то меньше людей прошли бы маргинализацию до того уровня, на котором ИГ кажется заслуживающим доверия, – сказал Дейрдре Тайнан Азаттыку.

Несмотря на опасения радикализации в Центральной Азии, Дейрдре Тайнан говорит, что для властей в Центральной Азии еще не поздно заняться этой проблемой и найти более подходящие ответы.

– Им бы понадобилось пересмотреть действующие законы и проверить, насколько эффективными являются их стратегии безопасности. Лучший обмен информацией между полицией Центральной Азии и их международными коллегами, скорее всего, дал бы лучший результат, чем блокировка видеороликов, – говорит Дейрдре Тайнан.

Оригинал публикации –​ на сайте Радио Азаттык

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG