Доступность ссылки

Европа изменила акцент: мы боремся не только за Украину, а за собственную безопасность, – эксперт


Киев – 10 февраля вступает в силу решение Кабмина о введении пограничного режима в зоне проведения АТО и отдельных районах Херсонской и Харьковской областей. Пограничники надеются, что введение такого статуса позволит патрулировать территории с большими полномочиями. Согласно правительственному решению, сотрудники Госпогранслужбы отныне наравне с МВД и СБУ смогут не только контролировать перемещение лиц и транспорта, но и привлекать к ответственности нарушителей режима. Однако, как заявил в интервью Радио Свобода содиректор программ внешней политики и международной безопасности Центра Разумкова Алексей Мельник, Украина сейчас все равно не в состоянии контролировать тот участок границы с Россией, который проходит по территории, контролируемой сепаратистами, но сейчас, впервые за последние месяцы Киев получил сигнал, что он в конфликте с агрессором не одинок.

– Можно сбиться со счета, сколько Россия переправила на Донбасс так называемых «гуманитарных конвоев», которые украинские пограничники осмотреть не в состоянии. Учитывая решение о пограничном режиме, как думаете, это поможет обезопасить Донбасс от поставок нового оружия извне?

– Во-первых, Украина сейчас не в состоянии обеспечить контроль над тем участком границы, который проходит между территорией, контролируемой сепаратистами, и Россией. Это примерно 400 км границы. То, что Украина может и должна делать – это установить контроль, максимально возможный, над какой-то административной границей.

Сейчас нужно признать, что это почти государственная граница между Крымом и Украиной. Это одно из тех мест, куда приходит оружие или так называемые «добровольцы»

Сейчас нужно признать, что это почти государственная граница между Крымом и Украиной. Это одно из тех мест, куда приходит оружие или так называемые «добровольцы». Там уже установлен этот контроль. Надо принять максимальные меры, чтобы не было оттуда «перетока». А то, что касается пограничного контроля с зоной АТО, то, в первую очередь, следует обезопаситься от проникновения оружия и диверсантов на территорию, контролируемую сепаратистами, и в конце концов – территорию Украины. Речь идет не только о диверсантах, а также о «коллекционерах оружия», которые среди прочего могут перевозить оттуда или для продажи, или с целью собственного использования, или сувениров... Сейчас на линии фронта много трофейного оружия.

– Активизация пророссийских боевиков на Донбассе свидетельствует, что Путин серьезно думает ехать с дополнительными «козырями» на переговоры в Минск завтра. Или Кремль решил добиться своего на поле боя?

– Конечно, происходит поднятие ставок перед переговорами. Единственное, что не понятно ни для кого до конца, чего собственно Путин добивается? Такой определенный иррационализм в его действиях. На конференции Обама и Меркель вчера тоже отмечали, что пока никто не может даже понять – чем его (Путина – Прим. ред.) можно было бы остановить, кроме силы.

– К слову, об упоминавшейся встрече Обамы и Меркель. Можно наверное выделить один ключевой тезис о том, что все-таки Европа стала более острой в своих оговорках относительно угрозы именно европейской безопасности. Насколько для Украины это показательно, что летальное оружие Западом может быть все же предоставлено?

Существенно изменилась риторика при обсуждении кризиса. Этот кризис уже не называется «украинским»
Алексей Мельник

– Вчера было два ключевых мессиджа, как вы сказали. Один я хотел бы еще раз повторить. Существенно изменилась риторика при обсуждении кризиса. Во-первых, этот кризис уже не называется «украинским», это украинско-российский кризис. Во-вторых, Меркель несколько раз, в том числе и вчера в Вашингтоне, четко отметила, что мы не боремся только за Украину – мы боремся за нашу собственную безопасность, то есть это наш собственный интерес. Я хочу сказать, что это произошло совсем недавно, потому что буквально месяц-два назад все говорили о том, что нужно помогать Украине, а сейчас уже четко изменился акцент на то, что нам нужно помогать себе, потому что это наш интерес.

Второй ключевой тезис, который вчера подтвердили, это то, что никакие разногласия между Европой, в том числе Германией, и Соединенными Штатами не способны подорвать евроатлантическую солидарность в принципе. Они могут иметь какие-то споры на тактическом уровне. Должен быть такой четкий сигнал Путину. Он сильнее, чем боевики, которых он засылает. То есть это то, чего Путин должен испугаться, но посмотрим.

Оригинал публикации – на сайте Радіо Свобода

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG