Доступность ссылки

В день референдума мы готовили вареники


Поделитесь тем, что видели и что знаете, пишите нам на email: krym_redaktor@rferl.org

Исмаил Кырымлы

О том, что в Крыму появились зеленые человечки, узнал около половины пятого утра, из смс-сообщения от знакомой, которая проживает возле площади Ленина. Она написала, что слышны выстрелы, и какие-то люди в военной форме зашли в Совмин. Из окна она все это видела.

Прочел и сразу открыл новостную ленту, узнал, что над Совмином и Верховной Радой АРК вывешены российские флаги. Тогда мы с товарищем пошли в город, увидели, что, действительно, висят флаги, увидели «самооборону» Крыма, которая собиралась там уже патрулировать город. Увидели милицию, которая оцепила этот район. Мне звонили из разных изданий, интересовались, что происходит в Крыму. Действительно, в этот момент было страшно…

Тогда размышляли, как долго провисит на этих зданиях российский флаг – недельку или месяц. Конечно, понимали, что такой дерзкий поступок «самооборона» не смогла бы совершить, их бы оттуда выбили силами местной власти. То, что это были военные, мы поняли позже. Поняли насколько ситуация патовая, и что никто штурмовать здание не будет.

Помню, через несколько дней собрались в Украинской православной церкви Киевского патриархата, и она стала нашим опорным пунктом, куда могли прийти наши активисты. Там собрались и вышли впервые на акцию к памятнику Тарасу Шевченко. В дальнейшем в этом месте стали собираться на акции. Площадь Ленина была занята «самообороной» и поэтому потеряла свою актуальность. Все наши акции перешли к памятнику Тарасу Григорьевичу.

Страница "Евромайдан-Крым" в соцсети Facebook
Страница "Евромайдан-Крым" в соцсети Facebook

Как сказать, было ли произошедшее неожиданным? Ведь накануне ходили слухи, что Крым будет оккупирован, звучали высказывания об отделении. И 23 февраля на митинге это чувствовалось. Когда «самооборона» Аксенова отмечала День защитника отечества, это по сути было началом, потому что их впервые собрали так много и готовили к этим событиям. В дальнейшем, когда картинка сложилась, мы все поняли. На сайте «Русского единства» был объявлен сбор людей, проводился рекрутинг. Мы по этому поводу звонили в милицию, в милиции нас заверили, что все хорошо. Мы обращались, в том числе через акции, к киевским властям, чтобы те обратили внимание на Крым. Мы выходили на протесты под здание Верховной Рады Автономной Республики Крым, где пророссийски настроенные люди напали на нас и сорвали митинг.

Враг действовал по плану, мы не совсем понимали его конечную цель, понимали, что они хотят отделиться от Украины и перейти в состав России, но как это будет, в какие сроки и какими методами, – мы не понимали

Да, я могу сказать, что это было неожиданно. Но если бы в то время было уделено должное внимание Крыму, этих последствий можно было избежать. После 27 числа киевские власти оказались бессильны в разрешении крымского вопроса. И мы остались один на один с внешним врагом. Враг действовал по плану, мы не совсем понимали его конечную цель, понимали, что они хотят отделиться от Украины и перейти в состав России, но как это будет, в какие сроки и какими методами, – мы не понимали. К сожалению, мы были не настолько сильны и больше ориентировались на международное сообщество, которое в то время не принимало особо каких-то решений, и тем самым эта ситуация осталась нерешаемой. В тот момент сложно было увидеть какой-то выход.

Я до этих событий был активистом крымского Евромайдана, и после появления зеленых человечков было принято решение, что мы будем бороться за территориальную целостность Украины. В том числе было создано движение «Женщины Крыма за мир», которые выходили к воинским частям и всячески поддерживали военных, оставшихся в блокаде в воинских частях.

Особо знаковым местом был штаб Военно-морских сил на улице Павленко в Симферополе. На одном из митингов на наших женщин напала крымская «самооборона», порвали плакаты. Рядом была милиция, которая просто наблюдала, и было такое ощущение, что милиция защищает не людей, а сам процесс атаки «самообороны» на женщин. Женщин, которые стоят за мир, атакуют мужчины… Очень жаль, что эта ситуация произошла, жаль, что милиция в такой ответственный момент предала собственный народ.

Что я испытывал, когда происходила оккупация? Чувствовал обиду, что мы беспомощны. Та же милиция говорила совсем по-другому. Одни и те же люди в разной обстановке потеряли свою человеческую сущность. С самого начала Майдана мы с ними согласовывали все акции, все происходило без каких-либо эксцессов. После оккупации с ними уже было тяжело о чем-то говорить.

Вареники как протест

Изначально референдум планировался на 25 мая, потом срок к его подготовке сокращали. Вернее, дата 25 мая была озвучена, чтобы все в Киеве расслабились, подумали, что есть еще время. А на самом деле никто не собирался растягивать подготовку к референдуму.

После каждой нашей акции начали пропадать люди. Последнюю акцию провели 15 марта и объявили, что не идем на референдум, а идем готовить вареники. Это был наш тихий протест. Тем самым мы хотели сказать, что для нас воскресение – это обычный день, это не праздник и какое-то знаменательное событие. Местные власти пытались придать этому дню какою-то помпезность и торжественность, мол, наконец-то, вернулись в Россию. Мы же хотели показать, что это обычный день, в который бы будем готовить кушанья, угощать гостей. Посыл был таков, что давайте готовить вареники, блюдо украинской кухни, пока не запретили их, как и все украинское.

Также был посыл к Киеву и международному сообществу, что в Крыму не все пошли на референдум, и есть те, кто не считает так называемый референдум действительно волеизъявлением народа. Есть люди, которые бойкотируют референдум, есть люди, которые сидят дома и готовят вареники. Своего рода вареничный флешмоб. Вареники – это был протест.

Я уехал из Крыма 18 марта, в день подписания указа о создании двух новых субъектов Российской Федерации. Уезжал, думал, что еду на недельку, максимум, на две, не брал с собой вещи. Но выехать было нужно, потому что уже начались гонения, преследования, были похищены люди. Когда уезжали, думали, что ситуация сейчас решится, и мы вернемся. К сожалению, с этого времени прошел уже почти год.

На данный момент не вижу никаких шагов, которые особо повлияли бы на вопрос возвращения Крыма в состав Украины. Да, есть санкции, но они появились из-за войны.

Но за Крым нужно еще побороться…

Исмаил Кырымлы, крымчанин

Мнения, высказанные в рубрике «Свидетельства оккупации», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Поделитесь тем, что видели и что знаете, пишите нам на email: krym_redaktor@rferl.org

В ДРУГИХ СМИ



XS
SM
MD
LG