Доступность ссылки

Юрий Стець: Украинское радио в Крыму можно будет услышать на этой неделе


Иллюстративное фото

На этой неделе в Крыму можно будет услышать украинское радио. Об этом в интервью Радио Свобода заявил министр информационной политики Юрий Стець. По его словам, ведомство на своем сайте обнародует частоту, на которой можно будет услышать украинские программы на оккупированной территории. Юрий Стець также рассказал, что, по его данным, в настоящее время в оккупированном Донецке вещают 4 теле- и 1 радиоканал.

– Вы к нам пришли после отчета о первом формальном месяце работы вашего министерства. Представим, что перед вами – не я, а все ваши критики, которые говорили: зачем это министерство, что оно сделало. Назовите три ключевых достижения за этот месяц, о которых вам не стыдно сказать.

Юрий Стець
Юрий Стець

– Первое – нам удалось убедить европейское мировое сообщество, в том числе и общественные организации в Украине, что это не будет министерство цензуры. И ни одним своим поступком или словом я не пересек ту тонкую грань между контрпропагандой и цензурой. Это первое. Второе – нам удалось сделать большое количество социальных кампаний. По размаху эти кампании – например, относительно четвертой волны мобилизации – приравниваются по масштабам к кампаниям кандидатов в президенты на последних президентских выборах. И третье ключевое – мы не потратили ни копейки государственных средств за эти три месяца моей работы министра и месяц работы в Министерстве информационной политики (официальное ведомство заработало в январе 2015 года. – Прим. ред.), ни на что. Ни на социальные кампании, которые стоили нам там миллионов гривен, ни на функционирование министерства, ни награду мою или иных работников министерства, ни на офисы, ни на стулья, ни на аренду помещений, ни на разработку сайта – ни копейки государственных средств мы не потратили. Пока это – единственное министерство, которое может таким образом отчитываться относительно своей работы.

– Но материальное обеспечение вашего министерства есть какое-то?

– Есть, но это все – это меценаты, это люди... Например, нам сайт разрабатывали бесплатно наши друзья, помещения нам дало Министерство регионального строительства, за что большое спасибо Геннадию Зубко, вице-премьеру. Мебель мы свезли туда с моими советниками и заместителями из наших офисов, где мы раньше работали. Техника, оргтехника – это все равно нам предоставляют наши коллеги, друзья, которые понимают, что очень важно сейчас заниматься информационной политикой государства. Еще раз говорю: это – первый случай в истории исполнительного органа власти в Украине, который не просил денег у государства.

– Это сразу так задумывалось, что вы зарплату не будете получать?

– В первый день, когда меня назначили министром, я сказал, что нам нужно в год четыре миллиона гривен тех обязательных выплат, которые не может не осуществлять министерство. Это где-то в сотни раз меньше, чем расходы любых других министерств Украины за все время. Остальные средства мы найдем у доноров, у партнеров, у неправительственных организаций на функционирование программ министерства.

Так же я говорил о том, что на момент, когда мы формировали бюджет на этот год, у меня было гарантийных писем на 12 миллионов гривен на функционирование программ министерства от доноров, от коммерческих структур, которые понимали важность того, что нужно заниматься информационной безопасностью страны.

До этого момента ни копейки зарплаты я не получил
Юрий Стець

Итак, это в три раза больше, чем необходимо на первых порах работы министерства. Это я декларировал, так же, как декларировал, что это министерство не с раздутым штатом, нас будет максимум 29 человек, сейчас нас 9. Я говорил о том, что мы не будем получать зарплату, и мои советники также будут советниками на общественных началах. До этого момента ни копейки зарплаты я не получил. Даже с того момента, когда эта зарплата будет начисляться, все средства будут перечисляться в благотворительные фонды, которые занимаются волонтерскими организациями, для использования их на нужды зоны АТО.

– Еще относительно критиков: в этом месяце портал Vox Ukraine обнародовал рейтинг популярности различных министерств по итогам первых 100 дней работы правительства. Министерство информационной политики в этом перечне – как антигерой, в рейтинге ниже всего. Почему?

– Думаю, что надо еще посмотреть, каким образом он создавался, список экспертов. Вы увидите, что это – 10 блогеров, среди которых – те люди, которые, используя неконструктивную критику, говорят о том, что ничего в этом направлении не надо делать. Это не социологический репрезентативный опрос, поскольку большинство украинцев считает, что такой орган нужен, ведь защита информационного пространства – это, в первую очередь, обязанность государства.

– Но был и опрос общественного мнения для этого рейтинга.

– Я же говорю: можете посмотреть – достаточно субъективный рейтинг, поскольку там нерепрезентативный опрос. Более того, я не увидел ни одного аргумента – кроме того, что, мол, это министерство менее открыто, чем, например, Министерство инфраструктуры.

За время своей работы министром я дал раз в десять больше комментариев и интервью, чем любой другой министр, кроме Авакова, Полторака или премьер-министра Украины. Все документы, которые мы используем – от деклараций работников, не только министра, но и всех других, других документов – они есть в открытом доступе на сайте министерства. Любые программы, которые делает министерство – это исключительно по инициативе и под контролем общественности. Все советники, которые есть у меня как министра информационной политики, не назначались мной, как это было в практике всех органов власти в Украине все время, а выдвигались гражданским обществом. Например, советник по вопросам Крыма Сергей Костинский – это выдвиженец общественности Крыма, крымских журналистов и человек, которого рекомендовал Мустафа Джемилев. То есть я никого не назначаю – общественность мне назначает советников, и я с ними сотрудничаю.

Я не думаю, что в Украине было некогда столь открытое министерство. А все эти истории – они достаточно субъективны, потому что я видел перечень экспертов. Эти эксперты никогда в жизни не признают, что они сделали ошибку, критикуя появление такого министерства. Они просто не признают, потому что им надо будет признать все наработки, которые сейчас есть, которые я перечислил. Все эти критики – им, к сожалению, не хватит сейчас аргументов. И они просто вынуждены говорить: нет, не нужно – и все.

– Вы упомянули о Крыме. Как Министерство информационной политики будет удерживать эту тему в поле зрения общественности, и как вы будете пытаться донести информацию до жителей этой оккупированной территории?

– Первое, что я должен отметить, что первый официальный орган, который имеет свой интернет-ресурс в Украине, Министерство информационной политики, за неделю запустит не только англоязычную, русскоязычную, украиноязычную версию официального сайта, а будет так же сайт Министерства информационной политики на крымскотатарском языке. Пока что это – первая такая история всех органов государственной власти.

Мы не дадим возможности забыть ни здесь, внутри страны, ни в мире проблему Крыма и того, что Крым – это так же, как Волынская или Днепропетровская область – это часть Украины
Юрий Стець

Телеканал Ukraine Tomorrow будет иметь продукт на крымскотатарском языке, который будет вещать на весь мир, и продукт о Крыме. Мы не дадим возможности забыть ни здесь, внутри страны, ни в мире проблему Крыма и того, что Крым – это так же, как Волынская или Днепропетровская область – это часть Украины. У нас есть разработанные программы по покрытию Крыма, почти всего полуострова, украинскими радиостанциями. В общем, эту программу, я думаю, в вашем эфире может представить Сергей Костинский, советник министра по вопросам информационной политики Крыма. Есть очень много программ по защите журналистов, предоставления им юридической поддержки для работы здесь, с теми журналистами, которые выехали из Крымского полуострова на материк. Я могу об этом говорить часами.

– Есть ли сейчас возможность – вы сказали, например, об украинском радио в Крыму, – есть возможность сейчас пробиться туда украинскому радио и телеканалам?

– Да, я думаю, что во вторник вы увидите на официальном сайте Министерства информационной политики координаты и частоту, на которой будет вещать в Крыму украинская радиостанция. И я думаю, что много усилий придется потратить российскому агрессору для того, чтобы заглушить этот сигнал. Думаю, что у них ничего не получится.

– Относительно вещания на оккупированную часть Донбасса. Вот мы в феврале обращались к вам за комментарием. Вы говорили: есть два телеканала, которые пробиваются, например, в Донецк, и один радиоканал. Какая сейчас ситуация?

На Донецк вещает «5-й канал», «1+1», телеканал «Украина», «Эспрессо-ТВ» и «Радио 24»
Юрий Стець

– На Донецк вещает «5-й канал», «1+1», телеканал «Украина», «Эспрессо-ТВ» и «Радио 24». Вы знаете, что был определенный саботаж со стороны технических работников Луганского филиала концерна РРТ, сейчас открыто уголовное производство. Я думаю, что достаточно эффективно там правоохранительные органы поработают, чтобы люди, которые обслуживали каналы так называемых «ЛНР» и «ДНР», получили надлежащую оценку – от 8 до 15 лет.

– Но этот филиал все равно в Луганске и Украине не подконтрольный.

– Да. Но о том, что сейчас делается: на этой неделе создана комиссия по восстановлению вещания, под председательством Министерства информационной политики, в составе которой – представители Минфина, Минобороны, Министерства внутренних дел, концерна РРТ, Нацсовета по вопросам телевидения и радиовещания, других органов власти – СБУ, МВД. У нас есть конкретная программа, каким образом мы сможем это сделать. И эти наработки, которые есть сейчас, технические, позволят нам в частности дать сигнал на территориях, которые я называю «белыми пятнами», где мы не могли пока покрыть технически сигналом украинских телеканалов и радиостанций. Я не скажу, что это будет стопроцентное покрытие – говорить неправду я не буду, но то, что мы кардинально изменим эту ситуацию – я в этом убежден.

– Вы назвали каналы, которые должны вещать на Донецк...

– Я не назвал каналы, которые будут вещать. Я назвал каналы, которые вещают.

– Почему я использовала эту формулировку: мы спрашивали у человека, который вернулся от родителей в Донецке, какова ситуация с телевидением. И нам человек говорит: ты включаешь, например, второй канал, где был, скажем, «1+1», а там – не «1+1», там или какой-то сепаратистский канал, или российский канал. Это означает, что они как-то перебивают сигнал? Есть, возможно, какие-то технические хитрости для того, чтобы все же увидеть «1+1» и «Эспрессо»?

– Нет, это значит, что они использовали частоты и ресурс РРТ концерна – для того, чтобы запустить на этих частотах телеканала «ЛНР», «ДНР» и российские телеканалы. Но надо сделать всего лишь зеппинг – настроить телевизор на другие частоты, и там можно найти. Это просто элементарно: надо нажать автоматический поиск и он найдет.

– То есть вы имеете фидбэк, что эти каналы можно увидеть?

– Я имею видеоподтверждения из нескольких районов Донецка, где нашими спецслужбами сделан такой мониторинг. Эти видеоподтверждения выглядят следующим образом: машина, камера наезжает на название улицы, камера опускается вниз, и идет настраивание приемника в машине, где видно, что на определенной частоте вещает «Радио 24». Это касается телеканалов. То есть я не могу сказать, что весь Донецк охвачен этим сигналом, потому что там есть особенности рельефа – в частности, вы знаете, там есть терриконы – но треть Донецка имеет доступ к украинским СМИ в той или иной степени: или «Радио 24», или какой-то телеканал из тех, которые я назвал – «5-й», «Украина», «Эспрессо-ТВ» и «1+1».

– Может ли украинская сторона заниматься, скажем, глушением сепаратистских каналов и российских? Реально ли это и делается ли?

– Да. Может ли – пока не может, но имеет желание. И мы сейчас над этим работаем. У нас были качественные переговоры с нашими партнерами из Европы, представителями НАТО и США. Они предоставят такую техническую помощь, и мы это будем делать.

– Вы упомянули уже о концерне РРТ. Там были претензии относительно донецкого, луганского, я так понимаю, филиалов. Были замечания к гендиректору – он уже освобожден...

– Это не претензии – это сотрудничество с террористическими организациями, в случае руководителя луганской филиала концерна РРТ – это уже доказанный факт. То есть это не претензия. Это конкретное преступление против государства и посягательство на суверенитет.

– Но вопрос по луганскому этому филиалу: он остается в Луганске, а Луганск – под контролем боевиков.

– Да, но есть Лисичанск, где можно было бы развернуть активную работу по восстановлению вещания телеканалов минимум на освобожденных территориях. Но почему-то этого не делал луганский филиал РРТ, а обслуживали передатчики...

– Я имею в виду, уже сейчас, после того, как есть уголовное производство, уже можно?..

– Да, есть новый руководитель, и он этим активно занимается. Эти люди, которые сейчас сотрудничают с нами, из концерна РРТ, я могу отметить, что они очень эффективны, и человек, который работал первым заместителем у бывшего руководителя концерна РРТ, который сейчас выполняет функции руководителя РРТ, он достаточно активно включился в работу.

Я думаю, что такие вот примеры, когда люди что-то саботируют и затем получают за это в том или ином виде наказание, как то увольнение или привлечение к уголовной ответственности – это достаточно эффективный шаг. Так же, как и, например, выписка тем людям, которые позволяют себе включать на территории Украины, здесь, подконтрольной украинской власти, в кабельных сетях российские телеканалы, которые судом, напомню, запрещены для трансляции в Украине, – достаточно эффективно работает выдача им повесток. Например, в спецподразделение саперов на разминирование – вот, получив такую повестку, владелец кабельной сети достаточно долго будет решать, что ему было бы в этот момент лучше – делать бессмысленные шаги для трансляции российских телеканалов или все же защищать украинский суверенитет в той или иной степени.

– Относительно отчета по деятельности Министерства информационной политики – у вас там речь идет о программе доставки печатных СМИ на Донбасс. Объясните, во-первых, куда удается их доставлять, кто их доставляет, если вас – девять человек в министерстве, и это – населенные пункты на линии соприкосновения или, возможно, есть передача туда, на оккупированные территории?

С помощью спецслужб – в первую очередь, эффективной работы СБУ – нам удается переправлять туда, за зону столкновения, на ту территорию, которая пока временно оккупирована, украинские газеты
Юрий Стець

– У нас конкретные советники по конкретным вопросам. Что касается восстановления вещания и вообще зоны АТО – этим занимается заместитель министра информационной политики, советник министра обороны Татьяна Попова. Так же есть два советника, и каждый из них отвечает за отдельную область, – это Аня Коваленко, за Луганскую область, сотник Женской сотни Майдана, волонтер, которой я очень много помогаю, сейчас она имеет официальный статус советника. И так же Александр Бригинец, который отвечает за Донецкую область. Они не вылезают оттуда, из окопов, они делают вот эту мониторинговую миссию, и им поручена разработка логистики, доставку туда печатных средств массовой информации. Так же с помощью спецслужб – в первую очередь, эффективной работы СБУ – нам удается переправлять туда, за зону столкновения, на ту территорию, которая пока временно оккупирована, украинские газеты.

– А какие именно это издания? Это то, что создаете вы?

– Да, то, что мы сейчас делаем – это те газеты, которые мы печатаем. Это газеты, которые производятся и печатаются и Министерством информационной политики, и волонтерскими организациями, именно для периметра столкновения. Но сейчас задача стоит перед министерством разработать логистику системной доставки украинских еженедельников по всему периметру столкновения, в частности, с использованием возможности наших спецслужб доставки этих газет на территорию, пока не подконтрольную украинской власти.

– Были ли у вас идеи, возможно, как-то скоординироваться с различными изданиями?

– Логика в этом выглядит следующим образом: мы должны разработать логистику, то есть мы должны быть этим связующим звеном между журналистами и людьми, которые там живут. Как только мы разработаем эту логистику, как только поймем, что это может работать как система, я обязательно встречусь с главными редакторами украинских изданий. Моя просьба к ним будет звучать так: если у вас есть остатки газет – отдавайте нам, в системном режиме мы будем их там распространять; если нет – мы готовы привлекать меценатов к тому, чтобы допечатывать тиражи и так же их отправлять туда.

Но любая дискуссия должна быть конструктивной. Когда мы сможем предложить механизм, чтобы это был не просто разговор, тогда встретимся и это очень быстро проработаем.

Это касается, например, экспертного совета, который мы на этой неделе создали, по написанию концепции информационной безопасности, куда вошли известные медиа-юристы, журналисты, представители Института стратегических исследований, куда были привлечены эксперты НАТО и европейских стран – те люди, которые прорабатывали документы, касающиеся информационной безопасности, например, США или Прибалтики. Можно было бы много об этом говорить. Мне сейчас говорить проще, потому что это – созданный орган, который на следующей неделе проведет первое заседание, и мы начнем работать.

– Оно будет открытым?

– Оно будет, во-первых, открытое, потому что там есть представители гражданского общества – если они там есть, то это невозможно скрыть. Во-вторых, в мае мы представляем публично этот документ, эти наработки на обсуждение общества. В сентябре этим документом начнут заниматься депутаты, до конца года он должен стать законом. Это так же один из первых случаев, когда столь публично происходит важное для страны написание закона.

Но речь идет о чем: я мог бы неделю, две недели назад говорить, что «мы будем делать, мы будем делать». Мы смогли сделать механизм, мы смогли наладить коммуникацию, например с фондом «Возрождение», и уже сделав этот экспертный совет, начав работать, мы это представляем и публично об этом говорим. Это же должно касаться других направлений. То есть не имеем права говорить: вот, хотим... Мы разработаем логистику, встретимся с редакторами, дадим публично информацию, начнем работать.

– Относительно канала Ukraine Tomorrow: когда вы ожидаете его запуск? Какой информационный продукт вы ожидаете, что этот канал будет производить, чтобы он соответствовал вызовам, которые сейчас стоят?

Ukraine Tomorrow будет вещать на английском, русском, украинском, и там так же будут программы на крымскотатарском языке, программы о Крыме
Юрий Стець

– Было заседание правительства, на котором принято решение о передаче нам от Нацбанка телеканала БТБ. Симбиоз или синергия телеканала БТБ и канала УТР – это будет та база, на которой будет строиться канал иновещания Ukraine Tomorrow. Целевая аудитория – это более 20 миллионов украинцев, которые живут за пределами Украины, которые нуждаются как в глотке воздуха в информации альтернативной той, которую распространяют российские телеканалы, в том числе и сотни миллионов людей русскоязычных. Канал будет вещать на английском, русском, украинском, и там так же будут программы на крымскотатарском языке, программы о Крыме. Контент будут производить те люди, которые будут работать на этом канале, в частности я готов привлекать телепродукт, который производят и «Общественное телевидение» и другие – я их называю «информационные волонтеры». Это касается и Мацуки с «общественным телевидением Донбасса» (Алексей Мацука – также ведущий проекта Радио Свобода «Донбасс. Реалии». – Прим. ред.), это касается любого, кто готов присоединиться к этой работе.

– Одним из критиков тогда, когда ваше министерство появилось, была представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Дуня Миятович. На этой неделе Вы с ней встречались. Она изменила свою точку зрения?

– Я думаю, что об этом стоит спросить у нее, но тот релиз, который вы увидели, по факту свидетельствует о том, что мы нашли взаимопонимание, и она убедилась в том, что это – не министерство цензуры, а есть конкретные направления, делаются конкретные шаги, занимаются исключительно информационной безопасностью страны, и никак не каким-то образом внедрением давления на свободу слова или на профессию журналиста. Мы провели очень конструктивную встречу, я скажу, что мы вышли из этой встречи друзьями, партнерами.

– Есть каналы «Интер», «112», есть холдинг, в который входят газета и радио «Вести» – они заявляют о том, что власть на них давит. Канал «112» крутит рекламу, в которой заявляет о давлении. Вы считаете претензии регулятора к этим каналам обоснованными? Каким вы видите решение этой ситуации? Потому что они говорят, что идет наступление на свободу слова.

– Была моя пресс-конференция об отчете за 30 дней работы министерства и там был такой вопрос, что власть давит на телеканал «112», например. Там присутствовала журналистка телеканала «112», я прямо там, во время прямого эфира, спросил, испытывает ли она и журналисты телеканала какое-то давление от меня, введение цензуры, или посягательство на их профессию. Ее ответ был короткий: нет.

Я не буду никак, даже в мыслях, представлять себе, что я могу вводить цензуру
Юрий Стець

С моей стороны никаких противозаконных действий не будет. Я не буду никак, даже в мыслях, представлять себе, что я могу вводить цензуру. Но точно знаю, что я буду стоять постоянно на позиции защиты свободы слова. Одним из пунктов в положении о министерстве написано: защита свободы слова. Я точно буду другом и адвокатом журналистов в этих вопросах.

Комментировать другие органы власти – независимые, конституционные, регуляторные – такие как, например, Нацсовет, я не буду, потому что это будет политическое заявление. Я сейчас не политик, а чиновник, и у меня другая миссия.

– Когда ваше министерство появилось, вы тогда сказали, что оно будет существовать до тех пор, пока будет продолжаться антитеррористическая операция. Вы прогнозируете себе еще сколько месяцев работы?

– Я говорил не совсем так. Я говорил, что это – пункт номер один. Пункт номер два – это реализация миссии, которую мы наметили себе, четырех направлений работы министерства. Я говорил о том, что я собираюсь выполнить эту миссию до конца года и на 29 декабря, на свой день рождения, сделать себе такой подарок – выйти на публичную пресс-конференцию и сказать: смотрите, мы запустили все проекты, они работают, и теперь я с честью могу подать в отставку и уйти. Это будет хороший и яркий пример того, что политики не держатся за кресла, не наращивают себе этакие животы, не становятся большими, не покупают себе «мерседесы», не имеют секретарш и машин, а выполняют свою функцию – так же, как в любом европейском государстве, где министерство создается под конкретное исполнение задач. Выполняя их, оно ликвидируется. Я надеюсь, что мне удастся выполнить свою миссию до 29 декабря этого года. 29 декабря я приглашаю вас к себе на день рождения.

Оригинал публикации – на сайте Радiо Свобода

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG