Доступность ссылки

Шевкет Кайбуллаев о Втором Курултае: Мы не давали повода нас бояться


Федор Стоянов

Симферополь – В преддверии II Всемирного конгресса крымских татар Крым.Реалии продолжают серию интервью с участниками Второго Курултая крымскотатарского народа, состоявшегося в Симферополе в июне 1991 года. Сегодня своими воспоминаниями о событиях 24-летней, которые стали поворотными в современной истории полуострова, делится участник национального движения крымских татар, член Меджлиса и главный редактор газеты «Авдет» Шевкет Кайбуллаев.

– Чем вы занимались в преддверии Курултая, какие функции на вас возлагались?

– Надо сказать, что еще в советское время мы как участники национального движения ставили перед собой задачу создания определенной организации, которая была бы законным представительным органом или институцией крымских татар. Я был в тех инициативных группах, которые ставили перед собой вопросы организации национального движения. Конечно, многие, особенно представители старшего поколения, этого не хотели. Они думали, что та система, которая существует, более безопасна, чем то, что мы предлагаем. Но времена меняются, и уже в 1989 году взгляды той группы, к которой я принадлежал – инициативная группа имени Мусы Мамута (крымскотатарский гражданский активист, совершивший самосожжение в 1976 году, – авт.), – сформировались в создание Организации крымскотатарского национального движения (ОКНД). Я был избран в Центральный совет ОКНД, где возглавлял международный отдел.

Шевкет Кайбуллаев о Втором Курултае крымских татар (видео)
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:01:31 0:00

Мы всегда ставили вопрос не просто организации, а чтобы национальное движение было мобильным, оперативным и представительным – со своими периодическими изданиями. Одним из таких был информационный бюллетень инициативной группы имени Мусы Мамута, который начал издаваться в 1983 году. В 1984 году стали издавать журнал «Къасевет». В те же годы зародилась идея издания газеты. Тогда впервые в нашем кругу прозвучало слово «Авдет». Но мы не смогли организовать печать газеты, решив оставить это на тот момент, когда вернемся в Крым. Так и случилось: в 1990 году вышел первый номер газеты в Бахчисарае.

В те годы я также был председателем симферопольского регионального отдела ОКНД. Конечно, вопросы организации Второго Курултая не могли пройти мимо меня. Я в самом начале не был активным участником организации национального съезда, больше занимался практикой. А вот другие – такие известные личности, как Решат Джемилев, Сервер Омеров, – продвигали идею проведения Курултая. Соответственно, нас это обязательно должно было привлечь. Поэтому мы также начали принимать участие в организации Второго Курултая.

Спустя годы можно сказать, что институт Курултая оправдал себя, народ его воспринял. За эти 20 лет мы выросли и смогли провести прямые тайные выборы делегатов Курултая. До этого они были двухступенчатые: сначала на собраниях избирали делегатов конференции, а на конференции выборщиков – делегатов Курултая.

– От какого региона вас избрали делегатом Курултая в 1991 году?

– Я был избран на конференцию выборщиков в симферопольском регионе. Тогда вместе со мной избирался первый муфтий Крыма Сеитджелил Ибрагимов.

– Расскажите о наиболее ярких воспоминаниях о Втором Курултае.

– Представьте себе, что большую часть сознательной жизни мы использовали все, чтобы достичь того уровня организованности. И вот он достигнут, несмотря ни на что. Мы хотели некой государственности в форме автономии, не думая о каких-то привилегиях и должностях.

В первом составе Курултая было много интеллигенции, известных ученых – интеллектуальный уровень делегатов был высокий. Но мы не ставили перед собой задачу набрать именно таких людей, потому что среди участников были и делегаты, которые пожертвовали собой, своим здоровьем, здоровьем своей семьи. Поэтому Курултай состоял из делегатов-практиков, которые могли в экстремальных условиях четко мыслить, принимать решения и действовать. А также делегатов, которые могли критически мыслить, готовить какие-то решения и так далее. Конечно, все это воодушевляло, давало определенные возможности и силы идти дальше.

– Почему крымскотатарское движение спустя 24 года после проведения Второго Курултая не смогло добиться главной цели – создать в Крыму национальную автономию крымских татар?

– Добиться поставленной цели можно многими путями, каждый раз ты исходишь из своих потенциальных возможностей, духовной подготовленности и численности населения. В нашем случае, еще будучи в инициативной группе имени Мусы Мамута, мы проводили анализы этой ситуации, и тогда я четко убедился, что нам придется выстраивать некие институции предгосударственного уровня. Таковым было и ОКНД. Затем появились Курултай, Меджлис, Муфтият, общественные организации, газеты, журналы, телевидение и так далее. То есть первые институции предгосударственного характера мы создали. Но, к сожалению, мы не успели – в целом как народ создать следующие предгосударственные институции. Например, это мог быть общественный суд. Мы не смогли бы, конечно, его выстроить в классической форме, но, исходя из наших внутренних потребностей, мы могли бы использовать часть норм, которые регулировали бы наши взаимоотношения между собой, ссылаясь на наши обычаи, в том числе и религиозные. Это не значит, что должен быть Шариат. Это общественный суд – порицание, я бы так сказал. Но мы не смогли его создать, так как были дискуссии, споры, готовность была, к сожалению, на не очень высоком уровне.

Еще одна институция – некая финансово-экономическая система. Так вот если бы мы хотя бы эти две институции организовали, то смогли бы доказать всему мировому сообществу, что способны создать государство, что мы не раз доказывали своими нормами взаимоотношений с тем населением, которое проживает в Крыму. Мы никогда не давали повода нас бояться. Достаточно было поддержки 25% населения, которое согласилось бы с созданием этих систем.

– Через две недели в Анкаре пройдет II Всемирный конгресс крымских татар (ВКТТ). Какие у вас ожидания?

– Я не буду оригинальным. В данной ситуации Конгресс может сыграть очень важную роль в нашей истории. Помимо сближения крымских татар, проживающих в разных частях мира, Конгресс мог бы стать неким институтом лоббирования наших интересов в политико-правовых сферах. Этой функции мы ожидали и от I Всемирного конгресса, и от Курултая, и вообще от любой инициативной группы. Это не новая идея, но мы к ней приближаемся. При этом Конгресс ни в коем случае не должен заменять Курултай и Меджлис.

– На ваш взгляд, необходимо ли делегатам Конгресса избрать нового президента (в настоящее время ВККТ возглавляет председатель Меджлиса Рефат Чубаров)?

– Сейчас во главе Конгресса должен быть человек, который наиболее авторитетен, имеет веское слово, и его воспринимают как некий образ крымских татар. Человек, у которого есть принципы и которого уважают. Есть у нас такой человек?

– Под ваши характеристики подходит Мустафа Джемилев.

– Да, конечно. Если судьба распорядится, и я буду принимать участие в Конгрессе, то я эту мысль выскажу. Пусть на год-два или три, но Мустафа Джемилев должен свои качества и возможности вместе с нами применить.

– Как долго нынешний Курултай будет находится в таком состоянии, как сейчас?

– Я думаю, что такие ситуации, как сейчас, всегда заканчиваются договоренностями. На каких-то уровнях сильные мира сего обсуждают как дальше жить. Если нас услышат, то вопрос Крыма не просто как территории, но и тех субъектов, в первую очередь, крымских татар, также будет рассмотрен. В этом ракурсе мы от декларации неких прав перейдем к их реализации. Тогда и будут ставиться вопросы легализации Курултая и Меджлиса, как законного представительного органа крымскотатарского народа.

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG