Доступность ссылки

Сергей Никитин: Содержание Сенцова под стражей можно назвать политическим


Олег Сенцов

Москва – В окружном военном суде в Ростове-на-Дону начался суд над украинским режиссером Олегом Сенцовым. Как передает «Интерфакс», Сенцов отказался признать себя виновным, назвав свое дело сфальсифицированным по политическим мотивам. «Я не признаю себя виновным, заявил он. – Считаю дело политическим и сфабрикованным».

Ему инкриминируют создание в Крыму «террористического сообщества», якобы структурно принадлежащего к запрещенному в России «Правому сектору». Следователи утверждают, что Олег Сенцов и другие фигуранты дела «поджигали офисы пророссийских общественных организаций на территории полуострова, а также намеревались взорвать памятник Ленину».

Сам Сенцов категорически отрицает свою причастность к «Правому сектору» и настаивает, что у следствия нет иных доказательств против него, кроме данных под давлением показаний других фигурантов дела.

В Соединенных Штатах считают, что российские власти незаконно удерживают в заключении Олега Сенцова и Надежду Савченко. Как ранее подчеркивал директор пресс-службы Госдепартамента США Джефф Ратке, США не признают легитимной попытку России аннексировать полуостров, принадлежащий Украине, и призывают «незамедлительно освободить всех украинских граждан, задержанных в Крыму в ходе вторжения туда России».

​Мы попросили прокомментировать дело «крымских террористов» главу представительства Международной амнистии в Российской Федерации Сергея Никитина.

– Как вы в целом оцениваете процесс над Сенцовым? Почему суд решено проводить именно в Ростове-на-Дону, хотя следствие по делу шло в Москве?

– Мы пристально следили за всем тем, что происходило с Сенцовым. И теперь, когда его переэтапировали в Ростов, стало очевидно, что сделано это для того, чтобы убрать процесс подальше от пристального внимания СМИ, а также помешать работе дипломатического корпуса (Украины). На этом этапе, наверное, пока рано говорить что-то конкретное, собственно, по суду и его организации, но в ближайшее время мы обязательно выскажемся по этому поводу.

– Суд еще не успел толком начаться, а со стороны обвиняемых уже посыпались жалобы. Можно ли говорить о соблюдении прав арестованных?

– Пока не очень понятно, в каких условиях они там содержатся. И, не зная деталей, еще трудно судить о том, как развиваются события. Но мы в своих более ранних заявлениях уже отмечали, что Сенцова избивали, ему угрожали изнасилованием. Это происходило вскоре после его задержания в Крыму. И речь шла не только о нем, а также об Александре Кольченко и других арестованных в рамках данного дела. Поэтому мы требовали от российских властей незамедлительного, объективного и независимого расследования. У задержанных уже тогда возникали различные проблемы, в том числе связанные с тем, что у них не было возможности встретиться с украинским консулом. Мы требовали, чтобы их из Москвы вернули в Крым. Логично предположить, что если на самых ранних этапах расследования были многочисленные, с нашей точки зрения, нарушения прав арестованных, то, очевидно, и весь процесс будет проводиться в подобном духе, с попранием того, что называется справедливым судопроизводством.

Те, в чьих руках они сейчас находятся, понимают, что на самом деле свет прожектора направлен на них тоже

– Судья разрешил обвиняемым встречу с консулом, но уже после вынесения приговора. Как вы к этому относитесь?

– Конечно, у консула должен быть доступ к ним практически сразу, как только их задержали. Россия априори рассматривала их как своих граждан, однако Сенцов и другие себя таковыми не считали и требовали того, что им фактически положено по закону. Однако они все время сталкивались с какими-то отговорками. Это опять же вопиющее нарушение норм международного права.

– Сам Сенцов называет свое дело политическим. Есть для этого основания?

– Понятно, что его дело расследуется не в безвоздушном пространстве, что все это происходит на фоне фактически оккупации Российской Федерацией Крыма. И, очевидно, что содержание Сенцова и его товарищей под стражей действительно можно назвать политическим. Политика тут определенно присутствует, отсюда такая нервозность со стороны российских властей.

– С призывом освободить Сенцова выступили западные деятели культуры, режиссеры. На ваш взгляд, Москва вообще прислушивается к голосу мировой общественности?

– Сложно сказать. Москва избирательно прислушивается к общественному мнению. Есть масса причин, которые влияют на то, какая судьба ждет Сенцова, Кольченко и остальных. Конечно, тот факт, что поддержка им высказывается известными персонами, по крайней мере, создает обстановку, когда люди, находящиеся за решеткой, будут защищены в большей степени. Потому что те, в чьих руках они сейчас находятся, понимают, что на самом деле свет прожектора направлен на них тоже и что их дальнейшие злоупотребления и нарушения закона в конечном итоге станут известны широкой общественности... Утверждать, что подобная солидарность может привести к немедленному освобождению обвиняемых, вряд ли стоит. Но то, что она помогает правому делу, в этом нет никаких сомнений.

– А можно в такой обстановке верить в вынесение справедливого приговора?

– Мы всегда надеемся, то справедливость восторжествует. В первую очередь, это ответственность судьи, который должен руководствоваться законом. Но со всей определенностью можно сказать: то, что уже случилось до сегодняшнего дня, накладывает серьезный отпечаток на весь ход процесса и большого оптимизма нам не прибавляет.

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG