Доступность ссылки

Арсен Жумадилов о своем переезде к Саакашвили, проблемах с Розенко и возврате Крыма


Киев – Глава отдела обеспечения деятельности уполномоченного президента Украины по делам крымскотатарского народа Арсен Жумадилов неожиданно покинул свой пост и сейчас готовится возглавить Беляевский район Одесской области. В интервью Крым.Реалии он рассказал, почему им было принято такое решение, и дал оценку своей работе в офисе Мустафы Джемилева.

– Арсен, вы уже назначены на пост главы Беляевской РГА, либо еще продолжается конкурс?

– По состоянию на сегодня я прошел все этапы отбора на уровне Одесской ОГА, общественные слушания в райцентре – в городе Беляевка. Вчера было собеседование в администрации президента, которое я тоже прошел. Сейчас остались некоторые формальные моменты сбора документов, их подачи по некоторым инстанциям. После этого ориентировочно в недельный или двухнедельный срок, судя по всему, должно быть назначение.

– Почему вы решили пойти на эту должность, и как это произошло?

– В начале июня, когда господин Саакашвили был назначен на должность главы Одесской облгосадминистрации, вся Украина слышала, что будет объявлен конкурс на замещение 26 должностей глав районов Одесской области. Было сказано, что конкурс будет открытым, прозрачным, честным и не будут приниматься звонки от сильных мира сего, от влиятельных лиц. При этом будет акцентироваться внимание на том, чтобы у человека было соответствующее образование, опыт. Когда я услышал об этом, решил подать свою кандидатуру.

Неполное восстановление прав крымскотатарского народа не всегда является заложником нежелания украинского государства что-либо делать

Дело в том, что за без малого год работы в администрации президента мне стало очевидно, что нерешение проблемы возвращения Крыма и, соответственно, неполное восстановление прав крымскотатарского народа не всегда является заложником нежелания украинского государства что-либо делать. Часто это связано с отсутствием возможностей и ресурсов украинского государства. Если требовать от кого-либо решения каких-либо проблем, необходимо понимать, что у этого «кого-либо» должны иметься ресурсы.

Уже очевидно, что вялая политика украинского государства по Крыму, невозможность защитить крымских татар в Крыму связана, в первую очередь, с отсутствием ресурсов – а именно с отсутствием правильно выстроенного, эффективного, некоррумпированного государства, которое ориентировано на интересы своих граждан, государства с сильной экономикой. Для этого сегодня необходимо поддержать украинское государство в целом, а затем уже рассчитывать на то, что оно сможет предпринять что-то действенное и по Крыму в том числе. С этим и связано мое решение перейти на должность, которая не будет напрямую связана с проблематикой Крыма. Цель – через усиление украинского государства способствовать возвращению Крыма в состав Украины и, соответственно, полному восстановлению прав крымскотатарского народа.

– Все-таки Одесская область не Крым и вы, скорее всего, гораздо хуже знаете особенности этого региона. У вас уже есть представление о том, что происходит в Беляевском районе и чем вы там будете заниматься.

Я кризис-менеджер. Мне не столь принципиально, где работать, сколько принципиально то, с чем работать. Есть четкий и внятно очерченный круг обязанностей, и на уровне законодательства, и на уровне практики – понятный всем круг обязанностей и сфера ответственности. Во-вторых, на реализацию этих обязанностей нужно иметь необходимые полномочия. Они тоже есть.

Я удовлетворен всем, что связано с урегулированием статуса крымскотатарского народа как коренного народа Крыма и Украины

Есть проблематика, которая специфически связана с данным районом. Необходимо в первые же дни проанализировать всю имеющуюся ситуацию, провести аудит: что есть, что делается хорошо, что делается не очень, что вообще не делается. Необходимо посмотреть, кем это делается, кто эти люди, за что они ответственны, кто себя скомпрометировал, кто, наоборот, имеет хорошую репутацию и не замаран в коррупционных схемах и сделках. На основании этого аудита в первые же дни предпринимаются действия для того, чтобы создать правильную динамику.

В этом нет ничего хитрого, это не ядерная физика. Это классический менеджмент – то, чему я обучался. Это то, в чем у меня есть более чем семилетний опыт работы в корпоративном секторе, а с недавних пор, как вы знаете, и в государственном секторе.

– Как вы оцениваете этот опыт работы в государственном секторе? Какие бы вы отметили основные достижения на посту управделами уполномоченного президента по делам крымскотатарского народа?

– В первую очередь, я удовлетворен всем, что связано с урегулированием статуса крымскотатарского народа как коренного народа Крыма и Украины. Вы знаете, что буквально с первых недель своей работы мы провели конференцию в Киево-Могилянской академии, где мы актуализировали этот вопрос. По результатам этой конференции было принято заявление, в котором было два пункта: создать рабочую комиссию по разработке законопроекта о статусе крымскотатарского народа и создать аналитический центр «Крымские студии» при Киево-Могилянской академии. Хочу сказать, что и первый, и второй пункт реализованы с лихвой.

Это будет ежегодный доклад, в котором мы будем фиксировать все достижения и упущения, связанные с обеспечением прав крымскотатарского народа как в Украине, так и в Крыму

Мы разработали не только законопроект о статусе крымскотатарского народа, но и законопроект о поддержке самобытности караимского и крымчацкого народов. На первом этапе мы разработали эти законопроекты с экспертами в Украине, а на втором этапе мы их проработали с международными организациями, в том числе с женевским офисом управления верховного комиссара ООН по правам человека. Буквально две недели назад у нас состоялся последний раунд технических консультаций по этим законопроектам с экспертами из Женевым. Сегодня готовятся окончательные тексты. При этом, вы знаете, сейчас работает конституционная комиссия, и президент Порошенко сказал, что необходимо обратить внимание на раздел об АРК и уважить право крымскотатарского народа на самоопределение. Это означает, что есть определенные нюансы в плане тайминга, и, вполне возможно, законопроект о статусе крымскотатарского народа будет вноситься в Верховную Раду, когда будут приняты соответствующие изменения в Конституцию Украины. Есть сложный политический процесс, и я думаю, что срочности с внесением этого законопроекта в Раду не будет.

Второе, что я могу отметить: мы подготовили доклад под названием «Крымскотатарский народ на пороге 2015 года». Это будет ежегодный доклад, в котором мы будем фиксировать все достижения и, наоборот, упущения, связанные с обеспечением прав крымскотатарского народа как на материковой Украине, так и в оккупированном Крыму.

Третье. Мы наладили работу с обращениями гражданами. Все знают, как к нам обратиться. У нас есть страница в Facebook, у нас есть e-mail и телефоны, которые доступны, по которым всегда отвечают специалисты на вопросы наших сограждан. За период моей работы к нам обратились сотни человек с абсолютно разными вопросами, которые либо решали, либо как минимум актуализировались для соответствующих органов.

Мы не смогли актуализировать вопрос, чтобы наше Министерство социальной политики упростило свои процедуры для получения статуса депортированного нашими согражданами

Четвертое – это работа со СМИ. Наша страница в Facebook очень читаема, цитируема и используется для донесения необходимой информации.

Конечно, есть определенная внутренняя кухня администрации президента. Это означает, что все вопросы, связанные с крымскотатарской и крымской проблематикой, за эти 300 дней работы мы не просто актуализировали, но и инициировали процессы, которые позволили выносить крымскую проблематику на более высокий уровень.

– А какие основные недоработки в работе офиса уполномоченного вы бы отметили?

– Есть два пункта, на которые я бы обратил внимание абсолютно честно. Первое – это реализация закона «О восстановлении прав лиц, депортированных по национальному признаку». Мы намеревались, но не смогли результативно актуализировать вопрос с тем, чтобы наше Министерство социальной политики стало более открытым и упростило свои процедуры для получения статуса депортированного нашими согражданами. Закон был принят еще в апреле 2014 года, и с тех пор он, по сути, остался на бумаге. В первую очередь, причина кроется в очень сложной процедуре получения статуса, которая была утверждена правительством еще до формирования нашего отдела. Мы активно взаимодействуем с Минсоцполитики, но пока не могу сказать, что мы установили конструктивную обратную связь. Скорее, идет процесс настраивания взаимопонимания, и это расшаркивание затягивается на многие месяцы.

Второе – это то, что связано с образованием и функционированием крымскотатарского языка. Он всегда был заложником решений Министерства образования и науки АРК. При всем уважении к тем из чиновников, которые честно выполняли свои функции, за это время крымскотатарский язык не получил должного развития в силу того, что был сдерживающий фактор на уровне Симферополя. Сейчас, как мы понимаем, этого сдерживающего фактора в природе не существует. Значит можно реализовать все задуманное. В частности, осуществить переход с кириллицы на латиницу – это решение принято Курултаем еще в 1992 году и поддержано Верховной Радой АРК в 1993 году. Но мы сегодня уже в 2015 году, а крымскотатарский язык отображается в основном кириллицей, которая, по мнению экспертов, крайне неудобна для отображения специфики этого тюркского языка. Мы, со своей стороны, инициировали этот вопрос, провели круглый стол на базе «Крымских студий». Мы приняли ряд решений, но опять же не смогли конструктивно сработаться с Министерством социальной политики. Средства, предусмотренные программой расселения и обустройства депортированных лиц, могли бы пойти на решение этих потребностей, но все это уперлось в какие-то непонятные для меня бюрократические процедуры.

– По моим впечатлениям, когда заходит речь о политике Украины по отношению к Крыму, больше всего президента Порошенко критикуют за отсутствие целостной стратегии по возвращению полуострова под контроль Украины. Ваш отдел – это главное профильное подразделение, касающееся Крыма, и, по идее, именно вы должны быть ответственны за создание этой стратегии. Пытались ли вы это делать? Почему этой стратегии до сих пор нет?

– На самом деле мы поднимали вопрос стратегии реинтеграции Крыма неоднократно. Но я хочу сказать сразу, что здесь основной стейкхолдер – орган, который отвечает за этот процесс, – это, скорее, Совет национальной безопасности и обороны Украины. И в администрации президента есть также структурные подразделения, которые отвечают не столько за дела крымскотатарского народа, а за Крым в целом. Они взаимодействуют с СНБО именно по данному вопросу. Мы с ними все это время пребывали на связи. Мы проявляли свою готовность включиться в процесс. Но при этом мы осознавали, что инициировать и стать его основным стейкхолдером мы не сможем в силу ограниченности своих полномочий. Все-таки это значительно выходит за рамки наших полномочий.

Мы плотно взаимодействовали с Генпрокуратурой Украины и прокуратурой АРК, чтобы они отчитывались за свои действия

Мы бы поддержали этот процесс при условии, что он уже реализуется определенным уполномоченным органом, но стать основным органом его реализации мы просто-напросто не сможем.

При этом мы не ждали, пока будет такая стратегия, и старались инициировать маленькие шаги в нужном направлении. В частности, недавно было создано управление МВД Украины по Крыму. Это было ответом на письмо, которое направил наш отдел министру внутренних дел Авакову. Либо, например, мы плотно взаимодействовали с Генпрокуратурой Украины и прокуратурой АРК для того, чтобы они отчитывались за свои действия и это их стимулировало их к более активным и эффективным действиям по вопросам, связанным с Крымом.

– Уже известно, кто заменит вас в офисе уполномоченного

– Нет, неизвестно. Это открытый вопрос, который будет решаться уполномоченным.

– Что сказал Мустафа Джемилев, когда вы сообщили ему о решении уйти и возглавить райгосадминистрацию в Одесской области?

– Он сказал, что это далековато от Крыма. Потом он сказал, что это понадобится, поскольку, когда мы будем более плотно работать либо в Крыму, либо на юге Украины в целом, то будут востребованы кадры, у которых есть соответствующий опыт управления территориями.

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG