Доступность ссылки

«Кроме войны, нет никакого механизма вернуть полуостров под контроль Украины» – Олег Волошин


Олег Волошин

Павел Новиков

На Генеральной ассамблее Совета Безопасности ООН за Украину проголосовало 177 стран. На ближайшие два года она становится непостоянным членом Совбеза. Об этом журналист радио «Крым.Реалии» Павел Новиков говорил с Дмитрием Кулебой, послом по особым поручениям Министерства иностранных дел Украины.

Радио Крым.Реалии/ Членство Украины в Совбезе ООН
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:24:42 0:00


– Дмитрий, президент назвал голосование за Украину как непостоянного члена Совета безопасности дипломатической победой, а что на практике может добиться Украина в Совбезе, ведь Россия все равно не утратила право вето?

Дмитрий Кулеба: Право вето действительно остается за Россией, и мы не сомневаемся, что она продолжит его цинично использовать. Тем не менее, есть и другие, более важные инструменты работы и, я бы сказал, борьбы, которые дает нам Совет безопасности. Прежде всего, это возможность самим инициировать рассмотрение тех или иных вопросов на повестке дня и таким образом не позволять вопросы Крыма и вопросы агрессии на Востоке уводить в тень под давлением других вопросов международной безопасности.

– То есть Украина может поднимать разные вопросы, а что по сути, получать очередную порцию «беспокойств»? Есть ли шанс изменить систему вето в Совете безопасности ООН и таким образом дальше продвигать расследование или какие-то более позитивные для Украины решения в отношении и Донбасса, и Крыма?

Дмитрий Кулеба
Дмитрий Кулеба

Дмитрий Кулеба: Если мы реалисты, то должны признать, что нет сейчас шансов каким-то образом отменить или ограничить право вето для державы, постоянного члена Совбеза ООН, но наше присутствие в Совете безопасности позволит нам активно продвигать инициативу про такое ограничение, чтобы рано или поздно это обязательно состоялось. Потому что если ничем не заниматься, то ничего и никогда не произойдет. Есть еще важный момент: Совет безопасности – это глобальная международная дипломатическая площадка, и, осуществляя там свои дипломатические комбинации, мы сможем за счет более широкого поля для маневра защищать собственные интересы. Я понимаю, что все хотят результатов уже завтра, но Совет безопасности дает нам дополнительный инструмент, что б результат был послезавтра.

– Итак, Украина стала не постоянным, но членом Совета безопасности на ближайшие два года. Поговорим на эту тему с политологом-международником, бывшим директором информационного департамента Министерства иностранных дел Украины Олегом Волошиным. Скажите, перспектива защиты прав крымскотатарского народа на уровне ООН, защита украинских прав на Крым на уровне ООН – насколько они вероятны, насколько они велики?

Олег Волошин: Украинским гражданам в очередной раз вешают лапшу на уши, потому что ничего общего наше непостоянное членство в Совете безопасности ООН со сроками и конкретными возможностями возврата Крыма не имеет. Сегодня вообще любой реалистично мыслящий политолог скажет, что, кроме войны, которая неприемлема по понятным причинам, нет никакого механизма в обозримом будущем вернуть полуостров под контроль Украины.

Что же касается защиты прав крымских татар, то украинская дипломатия не использует для этого гораздо более действенные и меры, и площадки, в частности, организацию Исламская Конференция, поскольку нужно не забывать, что крымские татары пользуются – в силу своей конфессиональной принадлежности – огромной поддержкой Турции и других исламских государств. Мы не являемся членами Исламской Конференции, но могли бы стать наблюдателем. Россия входит в Исламскую Конференцию, например. На нашей территории граждане-мусульмане могли бы претендовать на статус наблюдателя в этой организации. То есть мы не используем этот механизм, мы не проводим никакие крупные конференции в Европе по этой тематике. Первый всемирный съезд крымских татар прошел снова-таки на территории Турции, а не Украины. Самую крупную мечеть на территории Европы почему-то открывают в Москве, но никакую мечеть мы не открываем в Херсонской области для беженцев – крымских татар. То есть на практике мы ничего не делаем – мы только делаем красивые яркие заявления и вешаем украинским избирателям лапшу на уши, говоря, что мы что-то делаем. И любой из реалистично мыслящих дипломатов вам абсолютно это подтвердит.

Извините, Совет безопасности ООН не ради нас одних существует
Олег Волошин

А что говорит Президент – это смешно. По любому поводу мы будем собирать Совет безопасности ООН, будем вести себя, как мальчик, который кричит «волк!». Нужно не забывать, что в ООН около двухсот государств, и, если мы будем постоянно собирать такую серьезную структуру, как Совет безопасности просто для того, чтобы пожаловаться, а не предложить какие-то конкретные, понятные, реалистичные решения, нас просто перестанут серьезно воспринимать. Естественно, что мы этого делать и не будем – нам просто наши старшие партнеры дадут щелбаны. Потому что никто не подозревал, что от Украины как непостоянного члена Совета безопасности будут сидеть какие-то истеричные барышни. Все ждут ответственного поведения и того, что Украина будет участвовать в решении других, не связанных собственно с нами, мировых вопросов повестки дня. Это и конфликты в разных странах Африки, и гуманитарные ситуации, и экологические кризисы. Извините, Совет безопасности ООН не ради нас одних существует.

– И существует достаточно давно. Есть еще один вопрос относительно возможных путей развития дипломатических – в частности, в рамках ООН – стратегий. Представители Меджлиса крымскотатарского народа говорят, причем говорят с обидой, что Украина в свое время не уделила достаточно внимания и не сделала так, чтобы крымскотатарский народ был постоянным участником Форума по вопросам коренных народов. По мнению Меджлиса, если Постоянная комиссия по вопросам коренных народов будет включать в себя крымскотатарскую делегацию, это позволит отстаивать права крымскотатарского народа и позволит каким-то образом влиять на Российскую Федерацию. Кстати, вспомним, что сама Россия своих представителей иногда даже чисто физически не выпускает для участия в этом Форуме. Как вам кажется, насколько работа в этом направлении может быть продуктивной и перспективной?

Олег Волошин: Ну вот, абсолютно справедливое замечание со стороны крымских татар. Действительно, мы настолько боялись крымскотатарского сепаратизма, что абсолютно ничего не делали в этом направлении. Вообще это длинный гипотетический разговор.

Я вам скажу, что на самом деле любой сценарий возврата Крыма Украине подразумевает, что в Крыму должна быть создана широкая крымскотатарская автономия. Иначе, кроме примитивных отсылок к тому, что когда-то в 1991 году нам Крым достался именно в этих границах, никаких других оснований, с точки зрения решения таких конфликтов, нет.

Все очень просто: подавляющее большинство славянского населения Крыма руками и ногами за Россию
Олег Волошин

Все очень просто: подавляющее большинство славянского населения Крыма руками и ногами за Россию. Кто там оккупирован, кто страдает от оккупации? Конкретный народ, который имеет исторические права на эту территорию, который не имеет другого дома, для которого эта территория является элементарным условием выживания. Поэтому мы должны поддерживать крымских татар фактически, если хотим вытолкнуть Россию оттуда. Речь не идет о создании какой-то крымскотатарской республики, это тоже не вариант, но как минимум о широкой автономии.

Если кто-то думает, что возврат Крыма в Украину станет возвратом в унитарность – этого не будет. Дай Бог, чтобы этот возврат произошел, но Крым вернется совершенно в другом статусе. И крымские татары будут иметь самые широкие права и будут с Киевом разговаривать по другим правилам. Потому что – извините, у нас был шанс управлять этим полуостровом так, как мы хотели. Мы все это профукали. Потом мы его не обороняли, ни одного выстрела не было сделано в его защиту. Эта власть бездарно Крым «слила». В апреле прошлого года, когда подписывался в Женеве знаменитый Меморандум об урегулировании конфликта, где были Украина, Россия, западные страны, Крым вообще выпал. Там прозвучал только Донбасс, и господин Дещица, министр иностранных дел на тот момент, подписался под документом, где вообще не упоминается Крым. На переговорах во всех форматах – нормандском и других, где участвует Порошенко – Крым не звучит. Ничего нынешняя власть не делает, чтобы Крым вернуть.

– Крым выносится за скобки, действительно. Наверное, последний вопрос, касающийся предоставления крымскотатарскому народу больших полномочий, большей автономии. Я сейчас цитирую, например, Тамилу Ташеву, руководителя организации КрымSOS, которая занимается переселенцами (она сама является крымской татаркой): насколько справедливо, что Украине стоило бы сейчас организовать местные голосования и избрать, условно говоря, правительство украинского Крыма в экзили. Разместить его в Херсонской области. Местные советы крымских городов в экзили – и тоже разместить их на границах Крыма, чтобы показать, что тут есть органы власти, хоть они и не могут иметь доступа к своим городам.

Олег Волошин: Абсолютно верно. Разумные государства, которые хотят побороться за души, настроения и умы людей, а не просто за абстрактную территорию, они именно таким образом и действуют. К сожалению, все наши ура-патриоты, если мы посмотрим их высказывания по Донбассу и по Крыму, говорят о территории. И это трагично. Потому что с той стороны – люди, со своими взглядами, заблуждениями и часто отличными от их взглядов и взглядов промайдановской части нашего общества настроениями. Поэтому, если мы действительно хотим вернуть Крым и Донбасс, нам давным-давно нужно искать активистов. Не маргинальных. Потому что для Донбасса промайдановские активисты – это маргиналы, это активисты, которые не приемлют российскую оккупацию, но при этом высказываются о том, что на Донбассе должны быть особые права для русского языка и так далее. Из активистов создать альтернативную администрацию или автономный орган по Донбассу, а из крымских татар, и не только из них, безусловно, а и из украинцев этнических, из армян, из греков, из русских, караимов, крымчаков…

– Но это очень малые нации.

Мы что, возвращаем Крым только для татар? А что делать со всем славянским населением?
Олег Волошин

Олег Волошин: Постойте, по крымским татарам возникает следующий вопрос: какой процент они составляют в Крыму. Мы что, возвращаем Крым только для татар? А что делать со всем славянским населением?

– Вот это и был мой следующий вопрос. Если мы считаем, что на территории Крымского полуострова должна быть автономия – национально-культурная или еще какая-то – крымскотатарского народа, потому что это действительно единственная их родина, то что делать со славянским и неславянским, но и не крымскотатарским населением? Как его привлекать в Украину?

Олег Волошин: Во-первых, мы можем получить там гражданскую войну. Мы все помним, какие напряженные отношения, в том числе и с этническими украинцами, были у крымских татар в течение 90-х – начале 2000-х годов. Все эти драки за рыночки на Ай-Петри, за землю, за все остальное. Я знаю настроения многих моих знакомых, которые терпеть не могут Путина, но так же не любят и крымских татар. Они считают: хрен редьки не слаще, и мусульмане – это другие оккупанты. То есть надо очень тонко ко всему этому подходить. Я говорю, что мы крымским татарам должны пообещать и наметить эту модель. Но в реальности мы понимаем, что Крым – это гораздо больше, чем крымские татары. Их в Турции живет в несколько раз больше, чем в Крыму, поэтому в принципе весь полуостров не может быть крымскотатарской автономией. Значит надо выделить какие-то районы, там Бахчисарай, что-то еще, там, где они компактно проживают, и говорить об этом. А всем остальным предложить что-то другое. Тем же русским предложить автономию для русских. Иначе мы никак не решим этот вопрос.

– Если вы говорите, что Украина должна была бы пообещать какую-то отдельную национально-культурную автономию для крымскотатарского народа, отдельное какое-то предложение, с расширенными правами для этнических русских, для этнических украинцев, для представителей других наций, в конце концов, не будет ли это набор каких-то не связанных между собой автономий и примерно то же, что сделала сейчас Россия, пообещав три государственных языка в Крыму, а де-факто, имея один?

Олег Волошин: Ну, тут уж, извините, Россия – авторитарное государство, и крымчане уже убедились, что это такое сходить на один референдум и попасть в страну, где референдумов нет в принципе. Но мы другое государство. Вообще, если у нас есть сила вернуть Крым военным путем, тогда все это можно не обсуждать.

– Но военного пути у нас нет.

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG