Доступность ссылки

Сегодня я – крымская татарка


Иллюстрационное фото

20 мая 1944 года на стол народного комиссара по внутренним делам Лаврентия Берии легла телеграмма: «Докладываем, что начатая в соответствии с Вашими указаниями 18 мая с.г. операция по выселению крымских татар закончена сегодня, 20 мая, в 16 часов». В нескольких строках этого отчета — история, которая коснулась целого народа, история людей, которые должны были покинуть свои дома за считанные минуты, а назад смогли вернуться только... через 40 лет.

40 лет упорной борьбы за жизнь. 40 лет жестоких испытаний и потерь.

40 лет неугасающей надежды и неутомимой веры в то, что однажды в один прекрасный солнечный день их нога вновь ступит на святую благословенную родную землю

40 лет неугасающей надежды и неутомимой веры в то, что однажды в один прекрасный солнечный день их нога вновь ступит на святую благословенную родную землю.

«Мы с детства слушали рассказы о прекрасной земле, о нашем родном крае, о Родине. Мы мечтали, бредили Крымом: горами, лесами, морем, ущельями и озерами»…

«Я помню, еще в пятилетнем возрасте бредил идеей вернуться на свою историческую родину. Как-то нашел винную бутылку с этикеткой, где были нарисованы крымские горы и море. Отодрав ее, я всем показывал в детсаду, с гордостью заявляя: «Это моя Родина. Я крымский татарин и хочу вернуться на родную землю»…

«Мы скоро вернемся — эти слова можно было часто услышать в домах крымских татар в местах депортации. Люди жили на чемоданах с надеждой, что скоро увидят родные Чатырдагъ и Къара дениз (Черное море) вживую, а не на картинках или по воспоминаниям родителей»…

И еще тысячи таких историй. Историй, в которых не нужно имен. Ведь в них мечта каждого крымского татарина – однажды вернутся – стала единой мечтой всего многострадального народа.

И они вернулись. Сквозь горе и боль, потрясения и утраты народ все же завоевал свое право жить на Родине

И они вернулись. Это был длинный путь домой. Многочисленные попытки обрести родную землю заканчивались очередной высылкой. Сквозь горе и боль, потрясения и утраты народ все же завоевал свое право жить на Родине.

«Наше детство и юность прошли в Узбекистане. Друзья, учеба, работа, вся жизнь теперь оставлена, и неизвестно, что нас ждет. Жажда родной земли сорвала нас с места и привела в Крым, как только это стало возможным. Наша длинная-длинная дорога домой наконец закончилась. Я встала на колени перед дочкой и долго говорила ей о том, как хорошо, что мы вернулись и что ничего, что теперь изменится наша жизнь и будет нам очень трудно обживаться и искать новых друзей. Я говорила долго и непонятно, и совсем по-взрослому, говорила больше для себя, а не для нее. Моя маленькая доченька смотрела на меня, плачущую, широко раскрытыми карими глазами, в которых отражалась желто-рыжая степь в лучах горячего июльского заката. В траве гудели тысячи насекомых, и запах полевых трав так был похож на тот, что удивительным образом снился мне с детства… я понимала, что наш путь и закончен, и только начат. Вернулись к тебе, Крым, твои семена, разлетевшиеся по свету. Истинное всегда возвращается», – так описывала радость возвращения своего народа на Родину Алие Кенжалива.

...Сегодня они вновь мечтают о Крыме: «Хочется ли вернутся? Конечно. Это же Родина... душа тянется туда. Ты там рос, тебе постоянно хочется там быть. Друзья, воспоминания о первой любви... все осталось в Крыму».

Они так же, как и тогда – на чемоданах с надеждой: «Мы не живем здесь, а временно проживаем... пока Крым не вернем в Украину»

Они так же, как и тогда – на чемоданах с надеждой: «Мы не живем здесь, а временно проживаем... пока Крым не вернем в Украину».

И так же, как и много лет тому назад, неутомимо верят в свое возвращение. «Знаете, моего отца в 5-летнем возрасте с семьей вагонами вывезли в Среднюю Азию. Он там вырос, я там вырос. Я с самого детства знал, что моя Родина – это Крым, хоть я там и не бывал. На старости лет я уговорил отца вернуться. Мы снова попали на свою Родину, и было такое ощущение, что никто никогда отсюда и не уезжал. Теперь уже моей дочери пять лет. Она рисует Крым, она плачет, вспоминая Бахчисарай... И это при том, что здесь (в Дрогобыче, Львовская область – авт.) безумно нравится, она дружит здесь с детьми и чувствует себя спокойно. Мы не то чтобы верим или не верим, мы знаем, что мы вернемся. Рано или поздно. Мы всегда возвращаемся. Бог нам дает эти испытания не просто так. Нам тяжело, но мы становимся сильнее. Наш народ одолевал и не такое, и это мы сможем одолеть. И мы обязательно вернемся!»

И если, читая эти строки, их боль на секунду стала нашей болью, их борьба на миг стала и нашей борьбой, тогда мы все сегодня крымские татары

Сегодня крымскотатарский народ вновь в борьбе за свою историю, свободу и Родину. За право сохранится и остаться собой. За право жить и умереть на земле своих предков и будущих поколений крымских татар. И они готовы вновь пройти через тысячи испытаний и потерь. Ведь за пределами Крыма у них земли нет.

И если, читая эти строки, их боль на секунду стала нашей болью, их борьба на миг стала и нашей борьбой, тогда мы все сегодня крымские татары.

Сегодня я – крымская татарка.

Тамара Музычук, историк

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG