Доступность ссылки

«Терпение людей закончится через неделю» – житель Севастополя


Энергетическая блокада Крыма продолжается. Просмотрев несколько крымских и российских каналов, можно сделать следующие выводы. Тезис №1: «Да, тяжело, но мы прорвемся». Тезис №2 традиционный: «Нас никто не поставит на колени». Тезис №3: «Армия и все части Черноморского флота точно подключены к генераторам. Значит у них со светом все в порядке, значительно меньше порядка в объектах социальной инфраструктуры». И тезис №4: «Крымский хлебокомбинат увеличил выпуск хлеба, поскольку у мелких пекарен нет возможности выпекать хлеб». У нас первое включение из Севастополя.


– Скажите, как подается электричество в Севастополь? Сказали, что у Черноморского флота и всех частей все с этим в порядке. В порядке ли у местных жителей?

Житель Севастополя: У местных жителей нельзя сказать, что все в порядке, при том что электричество подается на три часа, с перерывом на шесть часов. То есть в одном из четырех районов города свет есть три часа. Вот собственно и все.

Как люди выживают? Если у тебя есть электричество три часа, то это значит, что продукты в твоем холодильнике могут испортиться?

Житель Севастополя: Ну, три часа есть свет, потом 6 часов нет света, потом снова есть, стараются как-то, но вообще настроение у людей не очень.

Школы, магазины, детские сады как работают или не работают, вчера был выходной объявлен?

Кто-то винит украинские власти, кто-то – всех на свете
Житель Севастополя

Житель Севастополя: Сегодня учатся школьники 5-11 классов, детские сады пока не работают и не учится младшая школа.

Как оценивают жители Севастополя эту энергетическую блокаду и действия тех, кто ее запустил, тех, кто взорвал опоры?

Житель Севастополя: Дело в том, что тут ситуация разная: кто-то винит украинские власти, кто-то – всех на свете, то есть люди просто озлоблены.

Как Вы думаете, сколько люди готовы терпеть энергетическую блокаду?

Житель Севастополя: Ну, судя по всему, терпение людей закончится через неделю.

А теперь о позиции российской власти. Крымский прокурор Наталья Поклонская завела уголовное дело в отношении неустановленного количества лиц по статье «теракт». Российский глава Крыма Сергей Аксенов также назвал крымский блэкаут последствием теракта:

«Мы подготовились соответствующим образом, у нас есть сейчас солнечная генерация, ветровая генерация, тепловая, мобильные дизельные генераторные установки обеспечивают на 30% снабжение Крыма. Это все социально значимые объекты, больницы, школы. Объекты тепло-водоснабжения работают в штатном режиме, работает аэропорт, транспортная инфраструктура».

А у нас – звонок радиослушателя.

– Доброе утро, я из Джанкоя, меня зовут Екатерина.

Екатерина, расскажите, что происходит в Джанкое, как подается электричество, как люди справляются с этим графиком?

Села приезжают в город на хлебокомбинат, даже мешками покупают хлеб, потому что им туда хлеб не привозят
Екатерина из Джанкоя

Екатерина из Джанкоя: Свет у нас по 3-4 часа, потом перерыв на 3-4 часа, мы уже немного приспособились, стараемся свой рабочий день как-то вписать в это русло. Школы-сады у нас вчера не работали, сегодня дети в садик тоже не пошли, потому что там электроплиты, кормить будет нечем. Ну, у кого детки дома, так брали с собой на работу. Проблемы с отоплением. Сейчас новые газовые котлы с электроподжигом, и они не работают в условиях отключения электроэнергии. На улице тепло, поэтому пока не мерзнем. Свечей в магазинах у нас нет, все раскупили. Села приезжают в город на хлебокомбинат, даже мешками покупают хлеб, потому что им туда хлеб не привозят. Хлебокомбинат наш работает, они запустили дизельный электрогенератор. Центральная районная больница тоже работает на генераторе, потому что там есть искусственная почка, которую нельзя прерывать, воду там запитали, наши пациенты не жалуются. А вот в селах, конечно, проблемы, там генераторов нет и работа только в дневное время, а медикаменты, которые должны были храниться в холодильниках, свезли сейчас в нашу ЦРБ и выдают по мере надобности. А так, собственно, город живет, люди работают.

Кстати, об отношении людей, я смотрел несколько сюжетов, которые вышли на крымских каналах и на российских, там браво отрапортовали, что, в первую очередь, военные объекты и Черноморский флот точно обеспечены электричеством, а вот гражданские объекты… не все так радужно. Как это воспринимают люди?

Екатерина из Джанкоя: Ну, люди надеются, что все наладится, вот дня 2-3 – и все наладится, люди говорят, что мы прорвемся, что в 90-е выживали и сейчас выживем. Ждем, когда к нам придет электричество из России, когда проложат кабель, и мы уже не будем зависеть от Украины, и чтобы не было таких вот вещей неприятных. Это, конечно, на совести этих людей… Конечно, стараются все это политизировать, как-то настроить. Наши крымские татары к этому точно так же отвратительно относятся. Здесь они также страдают, их дети не ходят в детские сады, те же проблемы с отоплением. Я общалась с людьми, они считают: не нужно придавать национальную окраску этому вопросу.

– Национальная окраска – штука понятная. Я вчера общался с инициаторами гражданской блокады Крыма, и они говорят: друзья, хорошо, вы говорите о детских садах, о школах. А почему никто не говорит о посаженном на 20 лет Сенцове? Почему никто не говорит о пропавших людях, о тех, кого нашли потом убитым? Почему никто не говорит об Афанасьеве, у которого показания против Сенцова были выбиты под пытками? Они считают, что это сопоставимые вещи, которые и стали причиной. Насколько такое мнение возможно у крымчан сейчас, по-Вашему?

Екатерина из Джанкоя: У нас такое мнение, собственно, не бытует, такого мы не слышим. Население наше об этом не говорит.

– Сейчас у нас на связи Феодосия. Дмитрий, расскажите, пожалуйста, как сейчас чувствует себя Феодосия, что со светом, как относятся граждане к тому, что происходит?

У нас свет есть только 4 часа в сутки рано утром
Дмитрий из Феодосии

Дмитрий из Феодосии: Чувствуют все по-разному. Свет подается у кого как, согласно графику. У кого – днем, у кого – вечером.

– То есть даже в рамках одного города в разных районах бывает разный график? Я правильно понял?

Дмитрий из Феодосии: Да, совершенно правильно.

– Как долго есть свет, и как долго его нет?

Дмитрий из Феодосии: Могу сказать только о нашем районе. У нас свет есть только 4 часа в сутки рано утром.

– Люди как-то подстраиваются под этот график? Поскольку были уже рассказы о том, что специально заводят будильники, например, на 4 утра или 5 утра для того, чтобы, например, умыться и постирать.

Я считаю, что разговоры о Сенцове немного спекулятивны. Этим они ничего не добьются
Дмитрий из Феодосии

Дмитрий из Феодосии: Совершенно верно, все именно так и происходит.

– Как относятся люди к энергоблокаде? Что говорят об этом? Кого обвиняют?

Дмитрий из Феодосии: Негативно, обвиняют «укров» и татар.

– Я вчера общался с инициаторами гражданской блокады Крыма и энергоблокады, в частности, они говорят: как же, мы отключили свет, да, но до этого на 20 лет посадили Сенцова, до этого были десятки пропавших людей, так же был Геннадий Афанасьев, у которого были под пытками выбиты показания против Сенцова. Это ли возможное возмездие?

Дмитрий из Феодосии: Я не думаю, что им от этого легче станет. Я единственное, в чем поддерживаю, – в том, что если захватили территорию, то будьте любезны ее снабжайте. В этом я согласен, но я не согласен с подрывом: во-первых, опор, во-вторых, я считаю, что разговоры о Сенцове немного спекулятивны. Этим они ничего не добьются.

– Сейчас у нас позиция крымской власти. Фрагмент заявления Сергея Аксенова:

«Совершен теракт, в результате которого Крым остался без электрической энергии. На сегодняшний день, правительством Российской Федерации и нами предпринимаются все меры для того, чтобы подать электроэнергию в сети потребителям».

У нас на связи Ольга Скрипник, правозащитница, крымчанка, ныне переселенец. Как Вы оцениваете последствия энергоблокады Крыма?

Ольга Скрипник
Ольга Скрипник

Ольга Скрипник: Мы расцениваем ситуацию, в первую очередь, не с политической точки зрения, а с точки зрения последствий для людей, и могут ли эти последствия привести к нарушениям прав человека. Прежде всего, нанесут ли ущерб здоровью жизни людей. Поэтому мы отслеживаем ситуацию с основными объектами жизнедеятельности. Это больницы, где ситуация вызывает определенные опасения, потому что почти все больницы работают на генераторах и только в ограниченном объеме. Дело в том, что генераторов не хватает на все отделения, поэтому общая установка – генераторы используются только на реанимации и операционные отделения и в отдельных случаях – на отделение интенсивной терапии. Та же ситуация в онкологическом центре Симферополя, генераторы работают только на два основных отделения. Есть сложности в Судаке, где, насколько нам известно, генераторов своих нет, и поэтому больница полностью зависит от перебоев электричества. Такая ситуация, конечно, может повлиять и создать серьезные риски для жизни людей. Пока у нас нет случаев, чтобы кто-то пострадал, но есть большое количество жалоб на то, что из-за отсутствия мобильной связи невозможно вызвать скорую помощь. Либо другие службы: пожарную…

– Считается, что если Крым аннексирован, то ответственность за него должны нести те, кто его аннексировал. Как Вы считаете, такая точка зрения может работать для крымчан сейчас?

Ольга Скрипник: Есть точка зрения, скажем так – международная. Если мы говорим об оккупации, понятное дело, что в целом на оккупирующую державу возлагают ответственность за эту территорию. Однако в данном случае мы говорим об Украине. С Украины полностью не снимается ответственность по международному гуманитарному праву, она остается покровительницей. Вопрос сегодня в том, что действия Украины выглядят, мягко говоря, нелогично. Если бы мы говорили, что Украина отключает электричество сразу, как только была совершена оккупация, тогда ясно, что Украина полностью отдала ответственность за эту территорию оккупирующей державе. Однако вместо этого проходит полтора года, Украина принимает, в том числе закон «Об оккупированной территории», статья 5 которого четко говорит, что Украина обязана сохранять все связи с Крымом, так как это ее территория, и поставлять туда электричество. Вдруг спустя полтора года она прекращает поставлять. Это напрямую с оккупацией не связано.

– Но почему же? Это же не действие официальной Украины. Это действие тех людей, которые организовали гражданскую блокаду.

Ольга Скрипник: Правильно. Если мы говорим о взрывах, тогда надо знать кто совершил взрыв. И нужно разделять: одно дело – решение Украины, и Украина сейчас будет принимать решение, будет ли продолжаться поставка электричества или нет – это одно. Если мы говорим о том, что на данный момент не поступает электричество, да, это в ходе определенных преступных действий. Эти преступные действия должны быть расследованы, потому что на сегодняшний день эти взрывы произошли, они несут риск и угрозу как для Крыма, так и для Николаевской, Херсонской и Запорожской областей, потому что эти действия преступны, и они должны быть расследованы. О том, что будет делать дальше Украина, неизвестно, потому что мы не знаем решения, будет ли дальше поступать электричество или нет. На сегодняшний день мы говорим, что в результате преступных действий электричество не поступает.

– Вы как правозащитник считаете, что должна Украина делать? Снова питать Крым и считать, что люди арестованы, многие пропали, многие убиты, крымских татар преследуют, но электричество должно быть или как раз наоборот?

Требовать защищать права человека с нарушением прав человека не совсем правильно
Ольга Скрипник

Ольга Скрипник: На сегодняшний день у нас освободили всех политзаключенных? Поэтому что касается методов, они немножко не совпадают с заявленными целями. Дело в том, что требовать защищать права человека с нарушением прав человека не совсем правильно. Но, естественно, в процессе переговоров с Российской Федерацией, если таковые возможны, нужно требовать освобождения политзаключенных и освобождения прав человека. Но меры, которые используются сегодня, мягко говоря, могут привести к тому, что Украина будет теперь рассматриваться как нарушитель прав человека. И это действительно довольно серьезно.

– У нас включение с Чонгара. На связи Лана Долленберг, наш корреспондент. Расскажите, что происходит по ту сторону блокированного Крыма? Как сейчас на блокаде?

Лана Долленберг: Сейчас я на блокаде. Здесь спокойная ситуация, в штатном режиме. Блокадники проверяют автомашины. Единственное, в селе, близлежащем к основному пункту Чонгара в одноименном селе Чонгар, были расклеены объявления по поводу завтрашней проверки региональных систем оповещений граждан, с включением электросирен и передачи учебной информации гражданской защиты по каналам телерадиовещания. В связи с этим население взволновано, думают о том, что эти объявления были расклеены с целью предупреждения и, возможно, эвакуацией населения. Либо же воспринимают это просто как попечение.

– Как Вы считаете, кто расклеил эти объявления? Есть ли такая информация у Вас?

Лана Долленберг: Да, я уточняла в райгосадминистрации, мне подтвердили, что это действительно учения МЧС, они были спланированными, и они будут проводиться периодически. И не связаны с информацией о возможном российском вторжении или чем-то подобном.

– Есть информация о возможном российском вторжении на материковую часть Украины из Крыма?

Мужчины совершенно спокойны и говорят, что российского вторжения быть не может: «Братья не могут воевать друг с другом, это уму непостижимо»
Лана Долленберг

Лана Долленберг: Тут люди периодически обсуждают такие варианты. Эта же информация появилась в социальных сетях.

– Была также информация от Ильи Кивы о том, что к админгранице с оккупированного Крыма подогнаны танки и даже системы «Град». Насколько местные жители боятся, опасаются? Как они к этому относятся?

Лана Долленберг: Я буквально вчера общалась с местными жителями, и их мнения разделились по гендерному признаку. Опрошенные мною женщины были взволнованы и высказывали свои опасения, что война может начаться, они боятся за своих детей. Некоторые говорят, что некуда прятаться, нет бомбоубежищ. И что делать – они не понимают. Если же говорить об опрошенных мужчинах, то они, в большинстве своем, совершенно спокойны и говорят, что российского вторжения быть не может. Я даже процитирую: «Братья не могут воевать друг с другом, это уму непостижимо».

– У нас на связи медиаэксперт Карен Мадоян, он жил в Грузии в моменты, когда там не было электричества. Расскажите о Вашем опыте выживания в таких условиях, и что бы Вы сейчас посоветовали крымчанам?

Карен Мадоян: Если говорить о моем личном опыте выживания в подобных условиях, то нужно сначала сказать, что ситуация жесткого энергокризиса в Грузии продолжалась в течение 10 лет. Фактически это были веерные отключения, как в столице – Тбилиси, так и по другим городам Грузии. Зимой ситуация осложнялась, естественно, тем, что люди в некоторых районах даже могли сутками не видеть электроэнергии, это касалось и столицы. Как вы знаете, в 1993 году, после того как окончательно и бесповоротно развалился Советский Союз и Грузия попала в ситуацию энергетической блокады и войны, все связи были полностью разрушены и страна фактически жила без света.

– Что важно сделать крымчанам, которые сейчас остались без света? Ваши советы?

Карен Мадоян: Все, что я могу посоветовать, – это приобрести какие-то предметы, которые помогут обогревать квартиры. Приобретать керосинки, которые можно использовать для обогрева и приготовления пищи.

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG