Доступность ссылки

Депортация крымских татар как геноцид: исторический аспект


12 ноября 2015 года Верховная Рада Украины приняла постановление «О признании геноцида крымскотатарского народа». Автору статьи пришлось заниматься данной темой и как исследователю-историку, и в качестве заместителя председателя Специальной комиссии по изучению геноцида крымскотатарского народа и преодолению его последствий, образованной на IV сессии Курултая (национального съезда) в декабре 2005 года.

Квалификация депортации и постдепортационного периода истории крымских татар как акта геноцида имеет традицию и в публицистике, и в выступлениях активистов демократического и крымскотатарского национального движений.

Одной из первых статей, вышедших после принятия Конвенции о геноциде (естественно, на Западе) была статья публициста-эмигранта, бывшего крымчанина Георгия Александрова под названием «Истребление крымских татар». Она появилась в парижском журнале «Социалистический вестник» в 1950 году.

Любые параллели и упоминания о депортации в контексте Конвенции о геноциде были чреваты серьезными последствиями

В ней автор дал недвусмысленную оценку политике советского режима в отношении этого народа: «Коммуно-фашисты в СССР, осуществляя строительство своей чудовищной карикатуры на социализм, не останавливаются для достижения своих целей перед физическим уничтожением не только отдельных «классово-чуждых» групп населения, но и целых народов. Одним из наиболее ярких примеров этой политики, которая в международном праве после войны получила название «геноцид» (истребление народности) и за которую вождей наци судили и осудили на казнь в Нюрнберге, является систематическое и планомерное истребление крымских татар, произведенное советской властью».

Написать так можно было лишь вдали от СССР. Любые параллели и упоминания о депортации в контексте Конвенции о геноциде были чреваты серьезными последствиями. И особое мужество нужно было, чтобы сказать об этом с трибуны суда над активистами национального движения.

Мустафа Джемилев
Мустафа Джемилев

Мустафа Джемилев (сегодня – председатель Специальной комиссии Курултая по изучению геноцида крымскотатарского народа) в своем «Последнем слове» на суде в 1966 году (49 лет назад!) высказался о подлинных причинах выдвинутых ему обвинений: «Сотрудники КГБ взбешены тем, что мы собираем статистические данные о погибших в местах ссылки крымских татарах, что собираем материалы против садистов-комендантов, которые издевались над народом в годы сталинщины и которые, в соответствии с Уставом Нюрнбергского трибунала, должны предстать перед судом за преступления против человечности».

Петр Григоренко
Петр Григоренко

Защитник крымских татар Петр Григоренко в 1968 году в своей легендарной речи обратился к ним со словами: «То, что с вами сделали в 1944 году, имеет вполне определенное название. Это чистейшей воды геноцид – один из тягчайших видов преступления против человечества...».

Айдер Бариев
Айдер Бариев

Арестованному в том же 1968 году активисту национального движения Айдеру Бариеву вменялось в вину то, что в одном из документов он указывает: «В отношении крымских татар в СССР применяется политика «геноцида».

Термин «геноцид», образованный от греческого genos – «род, племя» и латинского caedo – «убиваю», ввел в обиход польский юрист, по происхождению еврей, Рафаэль Лемкин в книге «Axis Rule in Occupied Europe», изданной в Вашингтоне в 1944 году.

9 декабря 1948 года Резолюцией ООН была принята международная Конвенция «О предупреждении преступления геноцида и наказании за него».

Статья II документа содержит дефиницию того, что же такое геноцид: «…Под геноцидом понимаются следующие действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую:

а) убийство членов такой группы;

b) причинение серьезных телесных повреждений или умственного расстройства членам такой группы;

c) предумышленное создание для какой-либо группы жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное фактическое уничтожение ее;

d) предотвращение деторождения среди членов группы;

e) насильственная передача детей из одной человеческой группы в другую».

Так есть ли различие между геноцидом Гитлера – а именно преступления нацизма инициировали принятие Конвенции о геноциде – и массовыми депортациями народов Сталина? Правомерно ли сталинские акции против целых народов относить к геноциду?

Неприхотливая нацистская идеология цинично и откровенно пропагандировала принципы ненависти к отдельным народам и группам – евреям, цыганам, славянам, коммунистам, поставив во главу мира фигуру истинного арийца – «белокурую бестию», высшее и самое совершенное достижение человечества. Те, кто отличался от этого прекрасного идеала, уничтожались нацистами без малейшего зазрения совести и душевных терзаний…

Генеральный прокурор СССР Андрей Вышинский выступал обвинителем на крупнейших показательных процессах конца 1930-х годов и одновременно был главным советским юристом

Сталинская идеология была гораздо более изощренной. Не было народов более счастливых, чем советские, не было Конституции более демократичной, чем сталинская… Парадоксально, но факт: Генеральный прокурор СССР Андрей Вышинский выступал обвинителем на крупнейших показательных процессах конца 1930-х годов и одновременно был главным советским юристом – специалистом по конституции. Как справедливо отмечает историк Элен Каррер д`Анкосс, сталинскую систему права можно определить как кодификацию произвола и террора, в этой системе «террор и беззаконие обрели силу закона».

Демократия по-сталински пропагандировала принципы интернационализма и равенство всех народов. Но это вовсе не мешало сталинскому режиму обрекать некоторые из них на погибель. У Сталина не было необходимости выстраивать иерархию ценности человеческой жизни в зависимости от национальных и иных идентификационных признаков, ибо в системе, построенной Сталиным, ни конкретный человек, ни народ ровно ничего не значили. Все было подчинено интересам Государства. Следовательно, как для убийства отдельных людей, так и для уничтожения целых народов требовалось изыскать лишь одну мотивацию, легитимирующую эти действия, – «в интересах Государства».

Руководствуясь при подборе жертв только им понятными критериями, те, кто непосредственно формулировал эти самые «интересы» (Сталин и его ближний круг), постоянно расширяли «список» тех, кто «в интересах Государства» подлежал уничтожению.

В создаваемой Сталиным империи от Тихого океана до берегов Атлантики крымские татары и еще с десяток других народов были отнесены в разряд «неблагонадежных»

Хотя оба диктатора преследовали одинаковую цель – мировое господство, у Сталина для осуществления своей idеe fixe – построение Великого государства, – не было необходимости оформлять свои замыслы в форму завиральных расистских обоснований. В создаваемой Сталиным империи от Тихого океана до берегов Атлантики крымские татары и еще с десяток других народов были отнесены в разряд «неблагонадежных». А дальше уже по классической формуле – «кто не с нами, тот против нас» и «если враг не сдается, то его уничтожают».

В этой связи очень точно, на мой взгляд, выразился французский историк Пьер Видаль-Наке, который применительно к депортации крымских татар употребил термин «полицид» – преследование не только по этническому, но по политическому признаку.

Геноцид по-сталински – это геноцид исключительно на деле и в фактах. Но тщетно искать прямые указания на уничтожение, они замаскированы под красивыми и правильными лозунгами, а сам вождь при этом мимикрирует то под одну, то под другую благообразную личину – например, «строгого, но справедливого Отца народов».

Сталинский режим не только вконец запутал современников, но и обеспечил себе почитателей на многие десятилетия вперед

В высшей степени лицемерный сталинский режим не только вконец запутал современников (вспомним мандельштамовское «мы живем, под собою не чуя страны»), но и обеспечил себе почитателей на многие десятилетия вперед – уже после того, как стали известны поистине чудовищные цифры преступлений Сталина против собственного народа. И для того, чтобы «поймать за руку» этого серийного убийцу ХХ столетия, изобличив его в очередном преступлении – геноциде крымскотатарского народа, необходимы неопровержимые улики и доказательства.

И они обнаруживаются в многочисленных свидетельствах очевидцев и ранее строго секретных официальных документах, давая основания без каких бы то ни было натяжек квалифицировать депортацию как акт геноцида в отношении крымскотатарского народа…

Окончание следует

  • Изображение 16x9

    Гульнара Бекирова

    Историк, кандидат политических наук. До 2014 года работала в Крыму на крымскотатарском телеканале ATR и преподавала в Крымском инженерно-педагогическом университете. С ноября 2014 года – автор исторической колонки «Страницы крымской истории» на Крым.Реалии. Автор и ведущая программы «Тарих седасы» («Голос истории») на телеканале ATR, член Украинского ПЕН-центра. Автор десяти книг, сценарист шести документальных фильмов, множества статей и публикаций в украинских и зарубежных СМИ. Лауреат Международной премии им. Бекир Чобан-заде, финалист книжного рейтинга «Книжка року-2017».  Заместитель председателя Специальной комиссии Курултая по изучению геноцида крымскотатарского народа.          

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG