Доступность ссылки

Всемирная лихорадка. Что происходит с мировой экономикой?


2016 год начался с падения биржевых индексов по всему миру – от Китая до США. Продолжает снижаться и цена на нефть: баррель марки Brent стоит уже меньше 30 долларов. Падает также стоимость цветных металлов, курсы доллара и евро стабильно растут, а российская экономика все никак не может нащупать то дно, от которого она могла бы оттолкнуться.

Американский финансист Джордж Сорос считает, что такое резкое падение рынков связано с состоянием экономики мирового лидера – Китая, который пытается найти новую модель роста экономики. На этом фоне в первые четыре дня торгов на фондовом рынке США произошел рекордный обвал, какого не было 119 лет. Индекс Dow Jones, основной показатель деловой активности Америки, потерял 911 пунктов или 5%.

Также с начала 2016 года на мировых торгах основные сорта нефти подешевели на 3-4 доллара. Так дешево сырье в последний раз стоило десятилетие назад. Напрямую зависящая от цен на нефть экономика России снова ищет дно: за доллар дают уже более 76 рублей, за евро – около 83-х. Более того, аналитики пророчат российской валюте абсолютные антирекорды на уровне 90-100 рублей за доллар.

О том, почему лихорадит мировую экономику, и как кризис на финансовых рынках отразится на России и Украине, в эфире Радио Крым.Реалии мы говорили с украинскими экспертами – исполнительным директором фонда Блейзера Олегом Устенко и директором Европейской бизнес-ассоциации Анной Деревянко, а также директором Центра исследований постиндустриального общества (Россия) Владиславом Иноземцевым.

Радио Крым.Реалии/ Всемирная лихорадка. Что происходит с мировой экономикой?
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:24:47 0:00


– Вопрос исполнительному директору фонда Блейзера Олегу Устенко: что в действительности происходит с мировой экономикой? Идут естественные процессы, или же спекулянты просто решили подзаработать в первые дни 2016 года?

Устенко: Я считаю, что мы с вами являемся свидетелями того, как зарождается воронка нового мирового экономического кризиса. Она образовалась на двух континентах одновременно: даже самая мощная в Латинской Америке экономика Бразилии за прошлый год упала на 5%. На 2016-й прогноз для нее тоже неутешителен. Китай замедляет темпы экономического развития, и когда так называемые монстры развивающихся рынков начинают тормозить, когда к этому добавляется целый ряд геополитических проблем – ИГИЛ, Ближний Восток, Россия, – то все это пугает инвесторов. Они пытаются переждать в тихой гавани, которая одна на всех – это долговые расписки США и сам по себе доллар. Инвесторы уходят с развивающихся рынков и провоцируют еще большее падение тех же Китая и Бразилии. После этого они начинают бояться вообще всего, в том числе своих собственных рынков.

– Как быстро это происходит?

Устенко: Стремительно. Те процессы, которые раньше развивались бы месяцами, сейчас могут проходить за неделю. Например, когда китайский рынок наращивал по 150% в год, это казалось нормальным, хотя опытные игроки наверняка понимали: это невозможный, слишком быстрый рост. Когда китайский мыльный пузырь даже не лопнул, а просто начал надуваться меньшими темпами, эти игроки начали немедленно выводить свои деньги. Как только уходят крупные инвесторы, за ними следуют и мелкие, а потом начинается паника. Это то, что мы видели в Китае. Развивающиеся рынки могут падать очень быстро.

– Как эти процессы отразятся на Украине и России?

Устенко: Влияние на наши развивающиеся рынки будет негативным, и в целом больше других пострадают экономики, сильно зависящие от энергоресурсов. Цена на нефть падает не просто так, а из-за общего замедления темпов экономического роста. Спрос на энергоресурс уменьшается, а параллельно все пытаются вытеснить друг друга с нефтяного рынка. Саудовская Аравия конкурирует с Ираном, где-то на заднем плане ведут свою игру Венесуэла и Россия, и все выводят на рынок больше и больше сырья. В итоге спрос уменьшается, предложение увеличивается. Если вместо одной бабушки на рынке яблоки будут продавать сто бабушек, то цена будет совершенно другой – низкой.

– Можно ли сделать прогноз, как долго продлится это падение? И вообще, что нас ждет в ближайшее время?

Устенко: Конечно, тут сильный фактор неопределенности. Если считать происходящее зарождающейся воронкой кризиса, то остановить это уже нельзя. Она начнет втягивать все новые и новые экономики. Китай – самый крупный держатель долговых расписок США и золота. Что будет, если китайцы выбросят на рынок доллары или огромные запасы золота? Спрогнозировать это вряд ли возможно.

– Спасибо, Олег. Как этот кризис может сказаться на Европе, а также на взаимоотношениях ЕС, Украины и России? Это вопрос для директора Европейской бизнес-ассоциации Анны Деревянко. Уйдут ли богатые инвесторы из Китая в стабильную Европу?

Анна Деревянко
Анна Деревянко

Деревянко: Экономика США все же останется одной из ведущих, и они будут расти сильнее всего, потому что производят больше всех. Евросоюз будет испытывать трудности, потому что у входящих в него государств нет единого мнения по ряду вопросов. Удерживать правильный баланс им будет весьма непросто. Поэтому можно сказать, что Европа оказалась в заложниках у Китая и геополитических вызовов в целом. Тихих гаваней для инвесторов в этом и в следующем годах будет все меньше и меньше.

– В какой ситуации окажутся Украина и Россия?

Деревянко: Для России и сейчас все не очень хорошо. Цены на нефть падают стремительно и в ближайшее время вряд ли вырастут. Российская экономика будет испытывать все возрастающие сложности. То же относится и к украинской экономике: у нас тоже развит сырьевой экспорт, зависящий от цен на металлы и сельскохозяйственную продукцию. Металлургам в 2016 году придется туго. Спрос на их продукцию уменьшается, а предложение растет, поэтому приток валюты в Украину истощится. Он будет зависть от того, насколько оперативно металлурги и агропромышленный комплекс смогут найти себе клиентов, чтобы продавать хоть что-то.

– Этому может поспособствовать заработавшая с 1 января зона свободной торговли с Европой?

Деревянко: От этого могут выиграть и металлурги, и сельское хозяйство, но Евросоюз не может перекрыть собой дисбаланс на глобальном рынке. Я бы рассматривала Соглашение об Ассоциации как возможность создать в Украине новые отрасли. Для мелкого и среднего бизнеса этот кризис может стать настоящим прорывом, если предпринимателей, конечно, поддержит государство.

– Спасибо, Анна. Попробуем подвести черту вместе с директором Центра исследований постиндустриального общества Владиславом Иноземцевым. Как вы считаете, на мир действительно надвигается крупномасштабный кризис?

Владислав Иноземцев
Владислав Иноземцев

Иноземцев: Мне так не кажется, потому что на самом деле мировая экономика чувствует себя довольно неплохо. Конечно, прогнозы темпов роста уже пересматривают в сторону снижения, но оно незначительное. Глобальная экономика все равно вырастет на 3,1-3,9% в год. Это ни в коем случае не кризис!

– К России это тоже относится?

Иноземцев: В отличие от 2008 года, сейчас у России свой кризис, он вне мирового. Тот кризис пришел к нам из США и Европы, а в 2016 году мы во всей красе наблюдаем последствия экономической политики президента Владимира Путина, начиная с 2012 года. ВВП в 2015-м уже снизился почти на 4%.

– Но если цены на нефть вдруг вырастут, как надеется российское руководство, то и кризис прекратится?

Иноземцев: В данном случае не важно, чем обусловлен кризис, если это действительно кризис. Российская экономика в рецессии, и в 2016 году падение продолжится. Не стоит также забывать, что оно началось еще со второго квартала 2012 года, когда цены на нефть были высокими. Россия уже тогда медленно, но упорно сползала в кризис без всяких санкций. К этому привели все новые ограничения бизнеса, увеличение роли государства в экономике и неэффективные бюджетные расходы. В России просто нет предпринимательской активности, чтобы поднять экономику, у бизнеса нет мотивов развиваться, а госкомпании просто прожигают бюджетные деньги.

– Российское руководство много лет рассказывало, как борется с нефтяной зависимостью экономики. Если сравнивать, скажем, с 2000 годом, эта зависимость усилилась или ослабла?

Российское руководство, на мой взгляд, уже поняло тяжесть ситуации, но еще не до конца осознало масштаб проблем
Владислав Иноземцев

Иноземцев: Она выросла даже в сравнении с 2013-2014 годами. Российское руководство что только не рассказывало: и что в Украине нет российских военнослужащих, и что правительство мужественно сражается с нефтяной зависимостью. Как можно этому верить?

– Есть ли у российской экономики «запасной выход» в 2016 году?

Иноземцев: Российское руководство, на мой взгляд, уже поняло тяжесть ситуации, но еще не до конца осознало масштаб проблем. В 2008 году нефть дешевела и до 39 долларов за баррель, но очень быстро восстанавливалась, и с Россией ничего страшного не происходило. Видимо, сейчас они тоже считают, что ситуация может нормализоваться, что нужно просто подождать. С другой стороны, других вариантов и нет. Можно лишь абстрактно рассуждать о том, чтобы сократить объем производства нефти, но сейчас ни одна нефтедобывающая страна не готова к такому шагу. России нужно хоть как-то наполнять бюджет, и нынешнее правительство уж точно не в состоянии перестроиться на ходу и найти «запасной выход» из этого кризиса.

В ДРУГИХ СМИ

Загрузка...
XS
SM
MD
LG