Доступность ссылки

Марк Фейгин: цель российских властей – лишить меня адвокатского статуса


Марк Фейгин

С 18 августа российский адвокат Марк Фейгин не имеет права на выезд за пределы Российской Федерации. Такое решение было утверждено Управлением федеральной службы судебных приставов по Москве. Марк Фейгин утверждает, что подобные меры приняты с единственной целью – остановить его международную деятельность по защите крымских татар.

Адвокат ранее выступал на стороне защиты в деле Pussy Riot и Надежды Савченко, теперь представляет интересы национального лидера крымских татар Мустафы Джемилева в деле против ФСБ о запрете Джемилеву въезда на территорию Крыма. Марк Фейгин также выступает в суде в поддержку замглавы Меджлиса Ильми Умерова, которого российские власти в Крыму судят за «сепаратизм».

И пока официальных комментариев российской стороны нет, Марк Фейгин рассказал Крым.Реалии почему, на его взгляд, принято такое решение и как оно повлияет на судьбу дел крымских татар.

Сможете ли вы посещать Крым?

Крым я могу посещать, но этот запрет сильно ограничит мою работу в качества адвоката по защите крымских татар с профессиональной точки зрения

– Крым я могу посещать, потому что они считают это территорией России. Но этот запрет сильно ограничит мою работу в качества адвоката по защите крымских татар с профессиональной точки зрения. Потому что только в Крыму, только в суде защитить их, того же Ильми Умерова и других подзащитных, невозможно.

Будете ли вы продолжать дела крымских татар, в частности, Ильми Умерова?

– Да, конечно, я буду продолжать это дело и смогу поехать в Крым, буду представлять его интересы в суде – по обжалованию действий следствия, ходатайствам, которые будем заявлять. В этом смысле ограничения не действуют. Но я не смогу теперь, например, действовать в интересах крымских татар в международных организациях, как правительственных, так и неправительственных, с которыми у меня уже есть договоренность относительно информирования, мониторинга ситуации в Крыму с крымскими татарами.

По сути, вы делаете более широкую работу, нежели адвокатская защита?

Проблемы возникают в значительной степени из-за изоляции Крыма. Туда не ездят ни международные представители, ни дипломатические, ни консульские представители, ни представители прессы. Там вакуум полнейший

– Да, ведь проблемы возникают в значительной степени из-за изоляции Крыма. Туда не ездят ни международные представители, ни дипломатические, ни консульские представители, ни представители прессы. Там вакуум полнейший, и кроме нескольких независимых источников – того, что вы пишите и некоторые другие, больше там нет ничего. Приходится челночным образом ездить в международные организации – ПАСЭ, ОБСЕ. Я был в Страсбурге, в Брюсселе в Европарламенте. Эти визиты связаны с тем, что мы передаем туда документы, отдельные жалобы в тот же Европейский суд по правам человека. Приходится эту работу выполнять непосредственно самому, ее некому перепоручить.

То есть этот запрет ограничит вашу международную деятельность в делах?

– Это постановление связано, прежде всего, с тем, чтобы я не занимался делами крымских татар, не выносил сор из избы, не рассказывал о репрессиях в отношении крымскотатарского народа. Других причин для этого ограничения нет вообще.

– Получается, это политическое решение?

– Несомненно. Конечно, вы же видели, и в деле Савченко я много ездил и в США и по Европе, меня приглашали в парламенты. Мне приходилось преодолевать и информационно-пропагандистскую блокаду Кремля. Савченко как военного сначала обвиняли в убийстве двух журналистов. Знаете, как сложно было за два года переломить это отношение?! Так и крымским татарам сейчас вешают ярлык диверсантов, террористов, сторонников ИГИЛа. И, конечно, нужно разъяснять, что происходит в Крыму. Ведь поездки всяких марионеток типа Мариани из Франции или других парламентариев, близких к Путину и Кремлю, не решают проблему мониторинга ситуации. А дела крымских татар должны получить международный размах для того, чтобы быть решенными в пользу прав человека.

– Были ли другие попытки ограничить вашу деятельность?

У меня были планы поехать в конгресс США, встретиться по вопросу крымских татар с рядом парламентариев. Я теперь этой возможности не имею, но это не страшно – поедет Николай Полозов или кто-то еще, кого не смогли ограничить подобным образом

– Конечно, и не раз. Были попытки возбудить дело, и вот сейчас ничем не обоснованное решение – ограничение выезда – оно преследует те же цели. Они предлагают мне обжаловать решение в суде. Конечно, я подам соответствующее заявление. Но ведь и дураку понятно, что это сроки, они критично важны. Может, через год они снимут это ограничение на выезд, но дела крымских татар не ждут. У меня были планы поехать в конгресс США, встретиться по вопросу крымских татар с рядом парламентариев. Я теперь этой возможности не имею, но это не страшно – поедет Николай Полозов или кто-то еще, кого не смогли ограничить подобным образом.

Вы уже высказывались, что это может быть первым шагом к фактическому ограничению вашей свободы. Какие могут быть еще шаги?

– Они хотели бы лишить меня адвокатского статуса в России и несколько раз уже пытались это сделать, но это встречало законные препятствия со стороны Адвокатской палаты. Палата не давала на это согласия. Эти заявления сыплются как из рога изобилия, но, видимо, этот путь не эффективен, поскольку статуса адвокатского меня так и не лишили.

Возможно, они прибегнут к каким-то другим действиям, чтобы, пользуясь возбужденным каким-либо уголовным делом типа по экстремизму, все же лишить меня этого статуса – вот их цель.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG