Доступность ссылки

Анна и Люба не просто сестры, но и лучшие подруги с детства не общаются почти 3 года. Анна живет в Одессе, а ее сестра Люба в Крыму. С началом событий на Майдане и аннексии Крыма одесситка Аня превратилась для сестры в «бандеровку», «фашистку» и «предательницу».

Анна Грабарчук – совладелец одесского ателье по пошиву одежды, известного своими украинскими национальными костюмами, а также соорганизатор городского «Мегамарша вышиванок».

Анна Грабарчук
Анна Грабарчук

Уже почти три года Анна не общается со своей сестрой из Крыма, которая после аннексии полуострова сменила украинский паспорт на российский. Люба – тоже патриот, но чужой страны. Аннексия Крыма и военная агрессия России в Украине стали причинами распавшихся семей и прервавшихся родственных связей. Яркий тому пример – история сестер Анны и Любы.

– Анна, расскажите немного о своей семье.

– Я родилась в Одессе. У моей мамы отец погиб при обороне Киева, был первый муж, потом мама вышла замуж повторно, переехала из Крыма в Одессу, и так мы тут оказались. Сестра (Люба – КР) – крымчанка, она родилась в Судаке. С детства мы практически каждое лето ездили к ним в Крым, там родственников очень много. В детстве наши отношения с сестрой были прекрасными. Никогда не было каких-то разграничений: вы – крымчане, а вы – одесситы.

Крымские сестры Анны Грабарчук ‒ Надя и Люба (справа). Судак, Новый Свет, 1986 год
Крымские сестры Анны Грабарчук ‒ Надя и Люба (справа). Судак, Новый Свет, 1986 год

– Как начали меняться ваши отношения с сестрой в конце 2013 – начале 2014 годов?

– Когда мы по телевизору наблюдали за событиями на Майдане в Киеве, у меня стучали зубы, меня просто колотило, плакала, эмоций была масса, не знала, что вообще делать. И тут я с утра захожу в Интернет и смотрю, как моя сестра пишет: «Вы майданутые», и понеслось...

Первая реакция – я оторопела. Как-то неожиданно и неприятно, когда по-другому ко всему этому относишься, когда общаешься с очевидцами из Киева, и тут вдруг моя сестра так...

Я себя поймала на мысли, что не достучусь до сестры

Было недоумение. ​Написала, чтобы она немного призадумалась, проанализировала. Уже не помню дословно, что получила в ответ, но мне было ужасно неприятно. Были очень нехорошие высказывания. И я себя поймала на мысли, что я до нее не достучусь. Будто заборчик какой-то появился между нами.

Муж мой тогда позвонил супругу моей сестры, а тот – крымский татарин, хотя сейчас тоже пишет в соцсетях: «Я счастлив и горд, что я русский».

Потом он стал куме звонить, мужу кумы, стал проводить долгие разговоры, пытался что-то объяснить. И мы тогда поняли, что это бесполезно.

Когда вы с сестрой общались в последний раз?

– 7 апреля 2014 года, в день ее рождения. Я сестре пожелала стать мудрее и взрослее. Пора выходить из детского возраста, пора думать своей головой, принимать какие-то решения. «Я желаю тебе стать мудрее», – сказала я. На что она мне ответила: «Вот спасибо, что ты мне испортила мой день рождения». На этом у нас с ней отношения прекратились полностью.

Вы не хотели бы позвонить сестре, пригласить ее в гости, помириться? Все же 3 года прошло, может, что-то поменялось?

– Не думаю, должно больше времени пройти. Кроме того, если в Крыму что-то поменялось в худшую сторону, она никогда не признается. Их же предупреждали. А они ждали газ с неба, деньги оттуда же, они поверили.

Я не знаю подробно, как они сейчас живут и насколько им стало лучше или хуже. Есть определенная информация, исходя из которой я понимаю, что не в лучшую сторону жизнь изменилась, но и у нас же не сильно изменилась. Мне нечем крыть.

Так и не надо хвастаться, пусть приедут и посмотрят, как вы живете.

Не каждый человек способен открыто признать, что ошибся

​– Я думаю, что они это уже поняли. Но надо иметь такую черту – уметь признать свою неправоту. Для этого нужна сила воли и сила духа. Взять и сказать: «Как это мы могли повестись на такую ерунду?» Но не каждый человек способен открыто признать, что ошибся.

Я думаю, у крымчан такая общая идея витает, но никто не говорит этого вслух. Они это замалчивают и уходят в «глубокую несознанку».

Как думаете, почему в таком случае крымчане не могут сказать: «Ребята, нас кинули, нам обещали, мы поверили, простите, если можете»?

– Так они и продолжают верить! Я читала на их форумах: «Надо подождать, кому сейчас легко? Медведев же сказал, надо подождать, потерпеть».

Кто-то говорил, что если в Крым приедут из Уругвая и скажут, что мы вам сделаем высокие зарплаты, они будут за уругвайцами бегать: «Введите армию Уругвая!»

Вот когда они увидят, что Украина совершила прорыв, тогда скажут: надо к своим ехать. Пока особо похвастать нечем, они будут сидеть и ждать денег от России.

Анна Грабарчук с мужем
Анна Грабарчук с мужем

Хотели бы вы сейчас обратиться к сестре, что-то донести до нее?

– Могу, но не хочу. Пусть люди немножко похлюпаются в том дерьме, которое они сами избрали. Мы тоже в своем хлюпаемся, никто не спорит, у нас своего хватает. Но мы хотя бы пытались из него вылезти. А они сами туда залезли. Пусть еще немножко посидят. Может, я грубо говорю, но для меня еще тот момент не настал.

Делать через «не хочу» – ни к чему хорошему это не приведет. Мы разругаемся еще больше. Я не могу сказать, что мы сейчас в мире, но, возможно, тогда все прекратится навсегда. Со временем, может, что-то изменится, появятся новые идеи, воздух изменится. Я пока выжидаю.

– Испортились ли у вас отношения еще с кем-то, кроме сестры?

Риторика изменилась совершенно в другую сторону. Мы уже «бандеровцы», «майданутые» и так далее

​– Да. Например, с троюродным братом моего мужа, который живет в Новороссийске. Мы с ним начали переписываться в Интернете как раз перед всеми событиями. Потом произошел Майдан, и у меня сложилось впечатление, что человека этого убрали и на его место поставили прямую противоположность. Потому что риторика изменилась совершенно в другую сторону. Мы уже «бандеровцы», «майданутые» и так далее.

Я его спросила: «В каком мире ты живешь?». Он ответил, что если бы мог, взял бы оружие и пошел бы в Крым отстаивать Россию. Я не понимаю, кого от кого он собрался защищать? Туда зашли российские войска, от кого мирных жителей защищать? От каких «бандеровцев»?

Испортились отношения у меня и с братом, который тоже живет в России. Раньше каждый август-сентябрь он приезжал к нам в Одессу. Обожал украинскую кухню. Говорил, что запах Одессы и ее атмосфера – это лучшее, что может быть.

Я спросила брата: «Ты придешь убивать меня и моего ребенка?» Он ответил: «Что ты мне глупости говоришь?» Но не сказал «нет»

​После Майдана и событий в Крыму мы с ним вступили в дискуссию. Я ему говорю: «Происходящее – это же объявление войны? Как ни крути: если государство на высшем уровне принимает решение ввести свои вооруженные силы на территорию другого государства, это война. И не будет ли такого варианта, что тебя, как бывшего военного, призовут. Скажи мне: тебя пришлют сюда, в Одессу, ты придешь убивать меня и моего ребенка?».

Он ответил: «Что ты мне глупости говоришь?» Но не сказал «нет». Я допустила, что если мне человек не сказал «нет», значит, он может сказать «да». Если возникнут определенные события, которые его к этому приведут. Значит, он может это сделать, он допускает эту мысль. Мне стало страшно от этого.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG