Доступность ссылки

Кое-кто, может быть, помнит старый анекдот о хорошей новости и плохой. Я не буду здесь пересказывать этот анекдот в силу его сугубо скатологического содержания, но мораль заключается в том, что и хорошая новость, и плохая – в конечном счете одна и та же, все зависит от того, под каким углом ее рассматривать. А на ум анекдот приводят результаты только что прошедших всеобщих выборов в Нидерландах: с одной стороны, они придают оптимизма сторонникам гражданских прав и либеральных ценностей, с другой – опасений по-настоящему не рассеивают.

Многие ожидали на этих выборах победы крайне правой Партии свободы, которую возглавляет популист Герт Вилдерс, сторонник выхода страны из Европейского союза и непримиримый противник иммиграции, приравнявший Коран к Mein Kampf, отказывающий исламу в статусе религии и заявивший на одном из митингов, что Нидерландам "не нужно больше марокканцев". Это последнее заявление было сочтено разжиганием этнической розни и послужило поводом для судебного процесса. Вопреки ожиданиям партия Вилдерса вышла лишь на второе место, а первое сохранила за собой умеренно правая Народная партия за свободу и демократию премьер-министра Марка Рютте.

Нидерландский парламент – весьма многопартийный, и даже если бы Вилдерс получил большинство, респектабельные партии вряд ли вошли бы с ним в коалицию, без которой управлять королевством невозможно. Тем не менее, его поражение имеет символическое значение: избирателей, даже тех, кто в принципе сочувствовал Партии свободы, явно шокировали экстремистские высказывания кандидата, в Нидерландах живы традиции реальной терпимости и свободы. Вполне возможно, что сыграла свою роль неожиданная пассивность Вилдерса на заключительном этапе кампании и его отказ от участия в большинстве дебатов.

Но есть и универсальные факторы, влияющие на всю политическую атмосферу в Европе, где выборы ожидаются в ближайшее время и в странах, составляющих самый стержень ЕС. В первую очередь это последствия Брекзита и победы Дональда Трампа на президентских выборах в США, обнажившие тщету популистских обещаний даже в глазах тех, кто был склонен им верить. У британского правительства не осталось других вариантов выхода из ЕС, кроме "жесткого", грозящего экономическим ущербом и новым референдумом о независимости Шотландии. Американская администрация с первых же месяцев погрязла в собственной некомпетентности: ее борьба с иммиграцией из стран, где преобладает ислам, явно не учитывает конституционных позиций судебных органов, а хаотический демонтаж реформы здравоохранения грозит, как выяснилось, ударить в первую очередь по стержневому электорату Трампа.

В Европе с ее необъезженным руководством тот факт, что Нидерланды хоть и покачнулись, но все же устояли, будет второстепенным обстоятельством

Кроме того, накануне выборов Рютте получил неожиданную услугу от премьера Турции Реджепа Эрдогана, чье неуклюжее вмешательство во внутреннюю политику Нидерландов, попытка отправить туда представителей правительства для участия в националистических турецких митингах вызвала отрицательную реакцию со стороны большинства населения и укрепила авторитет правящей партии. Похожую реакцию мы видим сейчас в ФРГ, где Эрдоган отличился аналогичным образом и где предстоящие выборы будут чреваты гораздо более серьезными последствиями для судьбы Евросоюза. Правая националистическая партия "Альтернатива для Германии" в последние дни здесь понемногу теряет очки – видимо, и в силу вышеперечисленных факторов.

Однако оснований считать благополучный исход нидерландских выборов поворотным пунктом в судьбе Европы все же нет. Прежде всего потому, что в действительности партия Рютте хоть и сохранила большинство, но места в парламенте потеряла, тогда как Партия свободы, напротив, приобрела дополнительные. Кроме того, сам Вилдерс – явно менее искусный и более импульсивный политик, чем, скажем, глава французского "Национального фронта" Марин Ле Пен. Его риторика оттолкнула многих потенциальных избирателей, которые проголосовали за другие анти-истеблишментные партии со сходной программой, и это не сулит ничего хорошего в будущем.

Куда большее значение будут иметь выборы в Германии, где ультраправые больших шансов все равно не имели, но теперь депутатам Бундестага придется на них оглядываться. К тому же новый кандидат социал-демократов на пост канцлера Мартин Шульц идет практически вровень с Ангелой Меркель, а ведь именно в ее фигуре многие видят символ европейского либерализма в условиях популистской осады. Происходит это после того, как Меркель, похоже, простили чрезмерный гуманизм по отношению к беженцам. Такая смена коней на переправе вряд ли свидетельствует об уверенности в прежнем курсе. Впрочем, главным джокером в европейской колоде остается Франция. Марин Ле Пен – по-прежнему лидер всего крайне правого фланга на континенте, и ее оппонентом во втором туре неожиданным образом может, впервые за многие годы, оказаться Эммануэль Макрон, кандидат без всякого политического опыта. В этой завтрашней Европе с ее необъезженным руководством тот факт, что Нидерланды хоть и покачнулись, но все же устояли, будет всего лишь второстепенным обстоятельством.

Алексей Цветков, нью-йоркский публицист и политический комментатор

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

Оригинал публикации – на сайте Радио Свобода

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG