Доступность ссылки

Ответ агрессору: насколько важно для Украины летальное оружие США?


Иллюстрационное фото

О готовности США предоставить Украине летальное оружие заявляют теперь не только эксперты, отставные политики, военнослужащие, но и действующие влиятельные деятели США. Один из них ‒ генерал военно-воздушных сил США Пол Селва. Выступая в Сенате, генерал решительно поддержал предоставление летального вооружения Украине. В ответ министр обороны Украины Степан Полторак заверил, что Украина готова принять летальное вооружение от США, как только там будет соответствующее политическое решение.

Военную поддержку Украины Соединенными Штатами обсуждаем с гостями передачи «Ваша Свобода»Игорем Козием, военным экспертом Института евроатлантического сотрудничества; Андреем Рымаруком, волонтером фонда «Вернись живым», бывшим военнослужащим; Александром Гольцем, российским военным экспертом.

‒ Господин Козий, что существенно может измениться на фронте, если будет политическое решение, если (будем называть вещи своими именами) президент Трамп даст добро на поставку летального оружия Украине, а не только влиятельные американские генералы?

Вооружение, которое сегодня обсуждается в высших кругах, однозначно может улучшить ситуацию. На каждый выстрел Украина уже будет способна отвечать не просто выстрелом, а точным выстрелом

Козий: По крайней мере, то современное вооружение, которое сегодня обсуждается в высших кругах, однозначно может улучшить ситуацию. Это, в первую очередь, будет связано с контрбатарейной борьбой. Радары, которые планируются как один из пунктов поставок, будут способны своевременно идентифицировать артиллерийские системы, которые размещены на большом расстоянии, то же самое с системами залпового огня. На каждый выстрел Украина уже будет способна отвечать не просто выстрелом, а точным выстрелом. Однозначно системы врага будут своевременно обезврежены. Это вооружение улучшит судьбу солдата на передовой, легче будет командирам тактического звена, количество жертв от этого будет уменьшаться.

Игорь Козий
Игорь Козий

​Радары, которые были в ВСУ, принадлежали в основном к радарам малой дальности. Из трех американских радаров один, к сожалению, исчез, почему и возникла при Обаме ситуация, целесообразно ли давать что-то серьезнее, так как оно может попасть в руки противника. Проблема не была бы такой страшной, если бы советское вооружение в течение 25 лет технически обслуживали, поддерживали. Ясно, что оно устарело, советское, однако тоже эффективно работало бы против того вооружения, которое есть сегодня на той стороне.

‒ Господин Рымарук, насколько сейчас оснащены ВСУ непосредственно на передовой, по Вашим наблюдениям?

Рымарук: К большому сожалению, приходится констатировать, что, кроме новых минометов «Молот» и нескольких единиц БТР-4, известных под названием «Буцефал», я не видел на передовой нового вооружения. На данный момент в Украине нет мощного серийного производства собственного оружия, боеприпасов или боекомплекта к новым видам оружия, которые могли бы более качественно и действенно противостоять врагу на востоке Украины.

Андрей Рымарук
Андрей Рымарук

‒ Почему так? Четвертый год войны! Пожары на складах, проблемы, которые накапливались десятилетиями, сказываются или, может, коррупция?

На сегодня «Укроборонпром» остается одной из самых коррумпированных организаций в Украине

Рымарук: В первую очередь, это коррупция. На сегодня «Укроборонпром» остается одной из самых коррумпированных организаций в Украине. Даже мировые аналитики констатируют этот факт. Во-вторых, это финансирование. Тот процент, который выделяем из госбюджета на армию, слишком мал. Если сравнить две таких военных структуры, ВСУ и Нацгвардия, то все спрашивают, почему Нацгвардия качественнее оснащена ‒ ее бюджета хватает, чтобы закупить новые БТРы, новую технику. К большому сожалению, количество военнослужащих и боевых подразделений в ВСУ в сотни раз больше, чем в Нацгвардии. Не хватает финансовых средств, чтобы их обеспечить.

Я не обвинял бы в этом непосредственно президента или министра обороны. Надо обвинять каждого гражданина Украины, который дает взятку, «отмывает» деньги, заносит «откаты». Это все делается везде. Это вавка, гнида, лишняя хромосома, которая сидит в наших генах, и мы ее никак не можем побороть.

‒ А это «хлебное перемирие» хотя бы на 15% соблюдается?

Рымарук: Это «хлебное перемирие» не соблюдается вовсе. На прошлой неделе мы имели четырех погибших, в начале этой недели ‒ не менее одного или двух. На прошлой неделе ‒ 10 раненых среди гражданского населения. Сегодня враг может пострелять на луганском направлении, а завтра более активно на донецком, послезавтра ‒ на мариупольском. Выборочные обстрелы, где нужно поддерживать этот локальный конфликт, происходят.

‒ «Укрспецэкспорт», структура, которая отвечает за экспорт украинского вооружения за рубежом, констатировала, что с экспортом все в порядке. Господин Козий, какой может быть экспорт вооружения, когда его на фронте не хватает? Или потом на эти деньги закупают?

Козий: Какие, простите, могут быть миротворческие операции, где наши боевые вертолеты и офицеры, при той войне, которая у нас происходит с Российской Федерацией? Президент просил некоторые виды вооружения, которых якобы не хватает: радары, беспилотные самолеты для радиоэлектронной борьбы, БМП «Брэдли», «Хамви», так называемые легкие тактические машины, которые могут служить для нас как противотанковый резерв, те же «Джавелины». А куда девается «Стугна» (противотанковый ракетный комплекс ‒ КР)? Просили уже тактическую закрытую связь. Как правило, российские средства РЭБ блокируют связь. Официально у нас такая любовь власти к народу, что мы не знаем, что происходит. Можем, как правило, получать информацию из западных ресурсов.

Существенно ситуацию на Донбассе это не изменит, если Украина не решится, вдохновленная этими поставками, военным путем изменить там статус-кво

Господин Гольц, по Вашему мнению, если США решатся на поставку именно летального вооружения ВСУ, то это изменит ход войны на Донбассе или нет?

Гольц: Говорить, что завтра-послезавтра президент примет решение и поставки начнутся, легкомысленно. Если это произойдет, то, подозреваю, существенно ситуацию на Донбассе это не изменит, если Украина не решится, вдохновленная этими поставками, военным путем изменить там статус-кво.

Александр Гольц
Александр Гольц

‒ Сколько у России еще ресурса поддерживать в различных формах боевиков на Донбассе? Во сколько обходится эта война России?

Гольц: Этого никто не знает. По сравнению с общим российским бюджетом это не очень существенно. Но каждый раз, как мы говорим о какой-то военной операции (Украина, Сирия, еще что-то), каждый раз говорим, что это в основном небольшая сумма. Но в совокупности это становится все более и более существенным. Сколько это стоит, не знаем. Мы не знаем, заключаются ли контракты с теми, кто называет себя «добровольцами», сколько стоят такие контракты, не знаем, по каким ценам осуществляется поставка вооружения и продовольствия. Поэтому всерьез говорить о стоимости операции не можем. То, что называется «геополитикой» в России, занимает важное место в головах российского руководства, я думаю, что финансовые соображения никогда не затмят желание чувствовать себя участником большой игры.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG