Доступность ссылки

Слезы маленьких: как живут крымские дети, оставшиеся без отцовской заботы


Дети Эмиля Джемаденова показывают фото с папой

После аннексии Крыма Россией ФСБ задержала на полуострове уже 25 мужчин, их дети остались без отцовской опеки. Для российских силовиков они – «экстремисты» и «террористы», правозащитники называют их политзаключенными, а в семьях они – мужья, отцы, братья. За ними приходили на рассвете, когда взрослые молятся, а дети спят, всех поднимали на ноги, переворачивали дома, уводили отцов.

Асия Джемаденова не знает, что такое отцовские объятия... его задержали за девять дней до рождения дочери

Маленькая Асия Джемаденова не знает, что такое отцовские объятия, бабашку (папа на крымскотатарском языке – КР) она не видела еще ни разу. Эмиля Джемаденова задержали за девять дней до рождения дочери. «Пока шел обыск, следователи писали, он постоянно переживал за меня, спрашивал: «Как ты себя чувствуешь?». Я держалась», – вспоминает день задержания жена Эмиля Джемаденова Лиана.

Отец Асии и двух мальчиков – Юсуфа и Юнуса – человек с двумя высшими образованиями, экспедитор-инкассатор банка. Он оказался в наручниках, его российские силовики считают членом запрещенной в России и аннексированном ею Крыму исламской организации «Хизб ут-Тахрир». Год мальчики не общались с отцом, часто пересматривают фотографии из прошлой спокойной жизни рядом с папой. С удовольствием вспоминают, как ездили семьей по магазинам, делали летний лимонад, бывали на море.

В ялтинской семье Сафие Куку было пять человек, когда два года назад забирали ее отца, правозащитника Эмир-Усеина.

«Как в сказке – всегда, чтобы добро появилось, должно быть какое-то зло, понимаешь?». «У нас папа – добро?». Я говорю: «Естественно»

«Пылинки с нее сдувал папа, никогда не повышал голоса, и тут папа плохой, папа в наручниках, какие-то чужие дяди говорят, что папа совершил преступление. Потом она поняла как-то сама, вот как ей объяснить, что происходит? Говорю: «Как в сказке – всегда, чтобы добро появилось, должно быть какое-то зло, понимаешь?». «У нас папа – добро?». Я говорю: «Естественно», – рассказывает жена Эмир-Усеина Куку Мерьем.

Арестованному правозащитнику почти два года не давали встретиться с семьей. Несколько месяцев назад родных пустили в СИЗО, условия содержания отца шокировали детей.

Семья Энвера Мамутова
Семья Энвера Мамутова

«Софик у нас редко плачет, а тут она у него спросила: «Когда ты вернешься?». И он сказал: «Наверное, нескоро». Она расплакалась. Потом зашел Бекир с братом Эмир-Усеина, и через 15 минут брат на руках вынес Бекира, зеленого. Он потерял там сознание. Потом быстренько привели в чувство я говорю: «Что случилось, что?». А он: «Там было очень душно и грустно», – вспоминает о встрече Мерьем.

Второе свидание дети перенесли уже легче. Расспрашивали отца – где он молится и где спит, не могли понять, что же такое нары. Коснуться отца дети не смогли, общались через толстое стекло по телефону с помехами.

«Он говорил мне: «Я тебя очень сильно люблю». И еще просил всем «селям» передавать», – пересказывает слова отца маленькая Сафие Куку.

В семьях арестованных братьев Абдуллаевых: у одного – пять, у другого – четверо детей. Заключенные Теймур и Узеир – тренеры по тхэквондо, чемпионы Украины и Европы, их задерживали с особой жестокостью. Старший сын Теймура до сих пор помнит, как били отца.

«Ударили его – прям лицом об пол ударили. Кровати переворачивали сильно, чуть аж не сломались эти кровати. Потом они еще учебники мои ковыряли, посмотрели и кинули. Потом туда пошли, там тоже все вещи перевернули, что мы ходить не смогли нигде», – вспоминает сын Теймура Абдуллаева Умар.

Семья Теймура Абдуллаева
Семья Теймура Абдуллаева

Младшие дети спрашивали родителей: «Почему пришли эти люди и будут ли их убивать?». И сегодня тот день сказывается на душевном состоянии малышей.

«Часто бывает такое, что они во сне плачут, буквально недавно второй сын, семилетний, говорит: «Дай мне номер ФСБ, я хочу позвонить и сказать, чтоб они вернули папку», – сдерживая слезы произносит жена Теймура Абдуллаева Алиме.

Зато в зал суда, чтобы увидеть отцов хотя бы во время заседания, российское правосудие детей не пускает. Объясняют: «Психика травмируется».

«Интересный момент, а когда в 6:00 били в нашу дверь, кто-нибудь думал об их психике?!» – возмущена Мерьем Куку.

Раньше дети часто плакали, теперь – больше задают вопросы

Дети пытаются увидеть своих отцов в момент, когда тех подвозят и выводят из здания суда. Сыновья и дочки кричат в спину силовикам: «Отпустите». Родители замечают, что раньше дети часто плакали, теперь – больше задают вопросы.

«Говорит: «А бывают вот военные, полиция, которые преступников ловят?». Я растерялась, говорю: «По идее, они для этого и созданы». Умран мне рассказывал, как приснилось ему, что Мухаммада забрали в тюрьму и посадили в камеру к бабаке, а потом пришли якобы к нему и говорят: «Ах... ты проказничал», его тоже забрали, и к бабаке посадили», – делится жена Айдера Салединова Гузель.

Семья Теймура Абдуллаева
Семья Теймура Абдуллаева

Вопросы о правосудии и справедливости – не детские, да и игры у этих ребят взрослые.

«Соседские мальчишки, лет семи-десяти, слышу, играют в суды. У них есть свой адвокат – Курбединов (Эмиль), у них свой журналист – Наумлюк (Антон). После судов они брали интервью друг у друга. Мне было очень интересно – кого же они судят? И, обратившись к судье, я спросила: «Скажите, кого вы судите?». А судья мне в ответ: «Мы не судим людей верующих, честных, правильных, мы судим преступников, воров, тех, кто оскорбляет и обзывается», – пересказывает диалог с судьей понарошку жена Теймура Абдуллаева Алиме.

Семьям, оставшимся без кормильцев в Крыму, помогает фонд «Бизим балалар» (в переводе – «Наши дети»). С малышами работают психологи, для семей собирают материальную помощь, помогают активисты и физически: ремонт, покупки. Сегодня «Бизим балалар» взяли шефство над сотней детей. Эта сотня еще маленьких, но уже повидавших многое, людей, лишена отцовской опеки.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG