Доступность ссылки

Специально для Крым.Реалии

Заявление президента России Владимира Путина о передаче украинской военной техники из Крыма – оскорбительный жест с глубоким психологическим подтекстом. Кремль пытается всучить Украине то же самое, что ранее предлагали Латвии в ответ на территориальные претензии – «уши от мертвого осла».

Почти неделю украинские политики, эксперты и пользователи социальных сетей обсуждают предложение Владимира Путина по поводу украинской военной техники, оставшейся на аннексированном полуострове. Глава российского государства на встрече с руководителями СМИ в редакции «Комсомольской правды» заявил, что готов передать имущество, отметив, что оно пребывает в «плачевном состоянии». Высказывание Путина «разогнали» по федеральным телеканалам, газетам и информационным агентствам. Отечественные политики, военные и эксперты сошлись во мнении, что предложение российской стороны неприемлемо для Украины. При этом началась дискуссия вокруг вопроса о том, является ли техника, оставшаяся в Крыму, «хламом» и «металлоломом» или нет.

Некоторые попытались найти в предложении Путина очередной «хитрый план» или «многоходовку», но тут все гораздо прозаичнее. Дабы понять, что именно произошло на самом деле, нужно вернуться в 2005 год – к концу первого президентского срока Владимира Путина. Именно с этого периода грубость и беспочвенные обвинения в адрес соседних стран стали визитной карточкой кремлевской внешней политики. В мае того года Путин встретился с журналистами в редакции «Комсомольской правды» (совпадает даже место действия). Ему задали вопрос по поводу претензий Латвии на территории Пыталовского района в Псковской области. Комментируя требования латышей, Путин допустил ряд жестких высказываний. «Не Пыталовский район они получат, а от мертвого осла уши», –​ заявил тогда российский президент. Владимир Путин добавил, что после крушения СССР Россия «отдала десятки тысяч километров своих исконных территорий», а притязания соседей на спорные участки земли и заявления латвийских политиков он назвал «бреднями».

Предложение Владимира Путина вернуть Украине военную технику из Крыма – это символические «уши мертвого осла»

За год до этого страны Балтии «убежали» в НАТО, и Кремль начал весьма болезненно реагировать на любые упоминания о Латвии, Эстонии или Литве. Видимо, Владимир Путин полагал, что «мертвый осел» будет наиболее обидным «подарком» для властей этих стран. Как показала история с Крымом и Донбассом, россиян в первую очередь злило, что из-за НАТО они не успели предъявить территориальные претензии прибалтам. Притязания Риги на владение Пыталовским районом были лишь поводом для грубостей. Но тогда, в 2005 году, столь необычная резкость со стороны Путина удивила даже журналистов кремлевского пула. Они привыкли к некоторым вольностям президента вроде реплики «мочить в сортире», касавшейся нейтрализации боевиков на Кавказе, или «она утонула» – фразы, которую Путин обронил в интервью известному телеведущему Ларри Кингу. Вопрос касался судьбы подводной лодки «Курск». Журналиста интересовало, что именно произошло с субмариной, и он получил лаконичный ответ: «Курск» ушел под воду. Все эти информационные сюжеты так или иначе касались внутрироссийских дел. Удивление было вызвано тем, что в истории с Пыталовским районом Путин впервые публично дал столь жесткую отповедь иностранным государствам. В европейской дипломатической практике подобный тон считается неприемлемым.

Следующий показательный эпизод произошел в 2007 году во время встречи Владимира Путина с канцлером ФРГ Ангелой Меркель в сочинской резиденции «Бочаров ручей». Российской стороне было хорошо известно, что она побаивается собак. Путин вел переговоры с Меркель, усадив ее около своего домашнего питомца – лабрадора Кони. Немецкой гостье было явно некомфортно беседовать в присутствии большой собаки. В начале 2016 года Владимир Путин в интервью немецкому изданию Bild сообщил, что попросил у канцлера прощения за «участие» Кони в переговорах.

С началом «русской весны» хамство в отношениях с другими государствами стало неотъемлемым элементом кремлевской политической культуры

Предложение Владимира Путина вернуть Украине военную технику из Крыма – это символические «уши мертвого осла». Равно как извинения перед Ангелой Меркель за присутствие лабрадора на переговорах – всего лишь формальность, но с жестким политическим подтекстом. Важно, что президент не приказал своим подчиненным вывести собаку из зала, зная, что немецкому канцлеру весьма неприятно находиться с Кони в одной комнате. Лабрадор «терроризировал» Ангелу Меркель все то время, что продолжался разговор. Тогда некоторые прокремлевские комментаторы с еле скрываемой радостью намекали, что Владимир Путин эффектно «поставил на место» лидера крупной европейской державы.

Теперь глава государства пытается «указать место» Украине, которая каждый раз ускользает из рук кремлевских властителей. Путину нужна эффектная победа над украинцами. Разгромить Украину военными средствами не получилось. Поэтому Москва пытается отыграться на противнике, изображая готовность отдать часть украденного имущества. С точки зрения российского руководства, их политического бэкграунда и менталитета, предложение – весьма болезненное унижение для их оппонентов. Кремль пытается жестко уколоть Киев и зарубежных партнеров Украины, демонстрируя поддельное великодушие. Причем это касается не только российского президента лично. С началом «русской весны» хамство в отношениях с другими государствами стало неотъемлемым элементом кремлевской политической культуры. После Крыма Москва пытается подкладывать «мертвых ослов» везде, где только можно.

Сергей Стельмах, крымский политобозреватель (имя и фамилия автора изменены в целях безопасности)

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG