Доступность ссылки

(Предыдущий блог – здесь)

Несмотря на тотальную вакханалию относительно прав человека в России, там все же есть правозащитные организации, которые борются за права граждан. Ну как борются, в основном наблюдают за произволом и не могут ничего изменить, как большая часть крепостного населения этой громадной страны. Но везде и всегда есть исключения из справил. В пенитенциарной системе – это Общественные наблюдательные комиссии, то есть объединения правозащитников, которые имеют возможность внезапно нагрянуть с визитом в следственные изоляторы или исправительные колонии по подведомственному им округу.

Звучит грозно, но на деле это скорее легализация происходящих процессов в местах не столь отдаленных. Хорошей аллегорией являются фейковые выборы в России, в которых принимает участие множество искусственных кандидатов, на которые приглашают множество наблюдателей и неистово агитируют людей приходить на избирательные участки. Вся затея только ради того, чтобы создать картинку для камер, в то время как результат уже известен заранее каждому в стране. Так и тут, ведь речь идет об империи абсурда…

Чаще всего данные правозащитные организации состоят из бывших работников прокуратуры, судей, полицейских и начальников следственных изоляторов. О том, чтобы эта категория проводила хоть какую-то защиту прав и свобод арестантов, не может быть и речи. Очередная насмешка преступного режима над своими и не только гражданами. Поэтому и доверие подобная правозащитная структура мало у кого вызывает. Потому что чаще всего арестант, поделившийся своей бедой с представителями ОНК, очень скоро получал к этому всему «надбавку» в виде карцеров и БУРов.

Но как иголка в стоге сена все же находились и единицы порядочных – искренние настоящие борцы за справедливость и соблюдение свобод и прав человека в государстве, где рабство процветает и ныне. Мне сказочно повезло, ведь в следственном изоляторе «Лефортово», куда меня выкрали из Автономной Республики Крым, несли свою нелегкую ношу именно такие представители правозащитной организации. Но как же распознать друга среди полчищ волков в овечьих шкурах?

Заключенных в тюрьмах по обыкновению – сверх меры, а членов наблюдательных комиссий – единицы

Естественно, как и большинство среднестатистических людей, я не имел представления о том, как устроена тюремная система, о жестокости надсмотрщиков, о беспределе правительства и об ужаснейших условиях содержания арестантов. Я мало что понимал в правозащитной деятельности и, конечно, я ни разу и не слышал о существовании Общественных наблюдательных комиссий. Меня окружало столько новых названий: ШИЗО, БУР, СУС, ЕПКТ, ИК, СИЗО – и список этот нескончаемый, потому что вслед за официальными названиями и сокращениями приходят неофициальный тюремный жаргон. Попробуйте разобраться, воистину следует давать ученую степень тому, кто сумеет.

Заключенных в тюрьмах по обыкновению – сверх меры, а членов наблюдательных комиссий – единицы. Естественно, большинство из арестантов в принципе никогда их не встречали на своем тернистом пути. Но когда дело приобретает политический окрас, становится громким и скандальным, тогда тебя точно не обойдут стороной. Впервые представители этой организации появились в стенах моей камеры, когда меня только-только задержали и этапировали в Москву из Симферополя, за много сотен километров от родного дома. После пыток, истязаний и угроз я был как загнанный, сломленный зверь и не очень походил на человека. Когда в камеру вошли две женщины и представились московскими правозащитницами, то я им просто-напросто не поверил, как не верил уже никому и ни во что. Только угрюмо молчал, считая все происходящее провокацией Федеральной службы безопасности России. Я искренне опасался, что за неверные действия снова последуют очередные физические наказания. Меня уже никто не мог защитить, ведь те, кто должен выполнять эту функцию, сами стали страшнейшими палачами. Мне следовало тогда рассказать всю правду о том, что со мной делали, что совсем недавно происходило. Рассказать о том, что меня заставляли подписывать различные признательные документы и оговаривать ни в чем не повинных людей. Может быть, тогда все повернулось бы иначе, и изменилась бы вся последующая моя жизнь, но я молчал, хуже этого нет ничего…

Информация об этих нарушениях, преступлениях и зверствах может в корне изременить ход уголовного дела и буквально спасти жизнь человеку

Общественные наблюдательные комиссии действительно могут помочь арестанту. В первую очередь информационно, ведь то, что происходит внутри тюремных камер, практически всегда сокрыто от посторонних глаз. Большинство людей никогда не были внутри и представляют себе тюрьму только из кадров кинофильмов. При отсутствии публичности и огласки приходит пьянящее ощущение власти, и тогда может случиться что угодно. Информация об этих нарушениях, преступлениях и зверствах может в корне изременить ход уголовного дела и буквально спасти жизнь человеку. К сожалению, количество поднимаемого шума снаружи прямо пропорционально известности конкретного арестанта и его притеснениям внутри. Простому смертному придется раскошелиться, чтобы подобные визиты с соответствующей защитой проходили регулярно.

Также правозащитники могут помочь решить насущные проблемы, к примеру, выдать нормальный матрас, подушку, починить сантехнику, вкрутить лампочку, вывести клопов, добиться разрешения на телевизор, передачу витаминов, чистый комплект постельного белья. Все то, что полагается, но обычно не делается. Конечно, не всегда это работает, но при мне сокамернику, после его обращения к правозащитникам в связи с плохим зрением и невозможностью читать, вскоре очень быстро нашли подходящие для зрения очки. Удивительно, что в век информационных технологий приходится бороться всеми способами за элементарное.

Но все же при таких встречах большинство арестантов молчат. Многие не верят. Слишком много подставных правозащитников. Очень часто жалобы остаются без внимания, а взамен становится только хуже, строже, жестче. Начинать войну с режимом лучше тогда, когда действительно уже нечего терять или есть за плечами сила, поддерживающая арестанта в его борьбе против всего беспредела, который ежедневно допускает власть в российской тюрьме. Так поступил я, что в результате спасло меня, но гораздо позднее, после того как я прошел все круги ада.

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Все блоги Геннадия Афанасьева читайте здесь

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG