Доступность ссылки

«Миссия уникальна». Украинский дайвер – о том, в каких условиях спасали детей из пещеры в Таиланде


Максим Полежака (крайний справа) работал в паре с Беном Рейменансом (второй слева) на самых сложных участках марщрута

Украинский дайвер Максим Полежака ‒ один из тех, кто участвовал в операции по спасению 12 детей и тренера из пещеры Тхам-Луанг в Таиланде. Благодаря их усилиям «морские котики» добрались до футбольной команды, попавшей в ловушку. Вместе с напарником в условиях нулевой видимости, сильного течения и холодной воды он оборудовал маршрут спасения в сложных местах прохождения. О ходе спецоперации Максим Полежака рассказал Радіо Свобода.

‒ Я присоединился к спасательной операции 27-28 июня. В тот момент на месте уже работал мой товарищ Бен Рейменантс, мы знакомы уже 5 лет (много курсов технического дайвинга я проходил именно с ним). Ситуацию он описывал как критическую: после дождей пещеру очень подтопило, а из-за сильного течения и нулевой видимости прохождение через нее было не только невозможным, но и опасным (особенно на узких участках). Поэтому я решил помочь и срочно прибыл на место.

Украинский дайвер Максим Полежака
Украинский дайвер Максим Полежака

‒ В чем заключалась ваша роль?

‒ Моя роль заключалась в поддержке «морских котиков», которые занимались операцией. В частности, я устанавливал стационарный канат для дальнейшего передвижения спасателей. С ним им было гораздо легче работать. Канат был так называемым «ходовым концом», то есть ориентиром, связывавшем дайвера с выходом. Прокладывая его, я по сути занимался подводным скалолазанием.

‒ Маршрут был сложным, один из спасателей погиб. Вам было страшно?

‒ Из-за многого волновался: боялся за детей, за снаряжение, за себя, за воздух... За все вместе и сразу. Но страх есть у всех. Контролируемый страх даже необходим, чтобы не преувеличивать своих возможностей.

Максим Полежака говорит, что прокладывая стационарный канат, он по сути занимался подводным скалолазанием
Максим Полежака говорит, что прокладывая стационарный канат, он по сути занимался подводным скалолазанием

‒ Что было самым сложным лично для вас и с какими трудностями столкнулась команда?

‒ Все было сложным. Доставка себя и оборудования к отправной точке, сложный рельеф пещеры, плохая видимость и вода 20 градусов по Цельсию. Далее было погружение, по 4-5 часов установления канатов и поиска проходов. В среднем одно погружение длилось 7-8 часов. Работа была коллективная – там один в поле не воин.

Я работал в паре с Беном, мы прокладывали сложную часть. Дальше уже работали «морские котики». Их было более 70. И они работали как муравьи: выполняли ту же работу, только на более доступных участках.

‒ Работали ли вы непосредственно с детьми?

‒ Моя работа была завершена на этапе, когда детей нашли, ходовые канаты были установлены до этого момента. Дальше уже работали в основном «морские котики» и группа наших друзей, сменивших нас с Беном. В дальнейшей операции я активного участия не принимал, был только консультантом.

‒ Это ваш первый опыт участия в подобных миссиях?

‒ Подобная миссия уникальна и, надеюсь, больше не повторится. Ее особенность в том, что специальных спасателей для подобных случаев в мире не существует. Большая часть работ легла на плечи любителей, и они не подвели. Хотя саму операцию организовывали при штабе «морских котиков» – никто и шага не мог сделать без их разрешения, дисциплина и контроль были очень суровыми.

Как проходило спасение детей из пещеры в Таиланде (видео)
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:01:38 0:00

‒ Как давно вы вообще занимаетесь дайвингом?

‒ Впервые погружаться я начал в армии, на острове Первомайском. Это были 1995-1997 годы. Дальше проходил обучение во Франции, Египте, Таиланде. С 2006 года работаю инструктором: учу дайверов работать в самых экстремальных условиях – например, глубоким тримикс-погружениям в пещеры на аппаратах замкнутого цикла.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG