Доступность ссылки

«Имей в виду – ты в опасности»: белорусский судья отказался арестовывать протестующих и уехал из страны


Алексей Пацко

Алексей Пацко работал судьей в белорусском Пинске пять лет. Но в августе 2020 года он стал отказываться отправлять протестующих под арест. Сначала его отстранили от "политических" дел, а затем уволили. На его мать-адвоката было заведено уголовное дело, и семья уехала в Украину, пишет телеканал "Настоящее Время" ​(создан компанией RFE/RL при участии "Голоса Америки").

Корреспондент Настоящего Времени Юлия Жукова встретилась с Пацко и поговорила с ним о том, как приходило указание выносить решения по делам протестующих и как он понял, что надо уезжать:

Бывший белорусский судья – о том, что с ним стало после отказа штамповать дела по митингам
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:04:51 0:00

– История моя начинается с августа 2020 года – это выборы президента Республики Беларусь. На тот момент я занимал должность судьи суда Пинского района города Пинска, уже к тому моменту фактически пять лет отработавши. Планировал жизнь совсем по-другому, но жизнь, как говорится, внесла свои коррективы. Получилось так, что в рамках той действительности, что была, мне пришлось выбирать – либо оставаться в системе и принимать ее правила, либо отказаться от тех правил, которые она задает. Ты отступаешь от норм действующего законодательства, отступаешь от норм морали и просто выполняешь те команды, которые дает непосредственно вышестоящее руководство.

Как это было? Вас вызывали в кабинет и говорили?

Прямое указание: давать по 15 суток административного ареста задержанным лицам по конкретным делам

– Да, прямое указание: давать по 15 суток административного ареста задержанным лицам по конкретным делам. Соответственно, от такого варианта я отказался. Естественно, это имело для меня последствия, мне пришлось в спешном порядке покидать свой родной город, страну и прибыть в Украину, так как здесь на данный момент для меня и моей семьи безопасно.

В моем районном суде я был единственным, кто отказался непосредственно осуждать этих лиц в таком виде, как это предлагалось вышестоящим руководством. На тот момент это полностью диссонировало с моим внутренним ощущением и понятием, как это должно быть. По сути, до этого по большей части я старался максимально придерживать своих принципов, своих каких-то идей, принимать решения, исходя из конкретной обстановки, ситуации. А тут – просто прямой призыв нарушать.

Я понимаю, что я делаю не то, что я должен делать

Вопрос в другом. Просто если бы эти дела были бы просто на рассмотрении и я их рассматривал в установленном порядке, это совсем была бы другая история. Но когда прямое указание – для меня это стало неприемлемо. Это то, что для меня является триггером, то, что я не могу принять. Я чувствую себя плохо, мне становится не по себе. Я понимаю, что я делаю не то, что я должен делать. Для меня это важно, и, опять же, это семья, это мое окружение, это все люди вокруг – это для меня тоже важно. Я живу в простом маленьком городе, в котором знаю всех людей, и я не могу потом ходить по нему и смотреть людям в лицо, зная о том, что я сделал бы.

–​ Какие-то угрозы к вам поступали, когда вы еще были в Беларуси?

– Поступили предупреждения: "За тобой придут. Будьте готовы". Есть доброжелатели – люди, которые предупредили: "Начинается, имей в виду, ты в опасности". В принципе, это и сыграло главную роль, из-за этого я и уехал, это было основное основание. И эти все опасения подтвердились.

–​ На вас тоже сейчас заведено уголовное дело?

Я превентивно уехал

– Насколько мне известно, да. Но достоверно это не известно. Я не стал ждать, пока они мне предъявят официальные документы, потому что уже их пришлось бы читать в СИЗО, а не с вами разговаривать. Я, естественно, превентивно уехал, заранее побеспокоился об этом. Насколько мне известно, из тех постановлений, которые они предъявляли в том числе моей супруге и по месту жительства, там была речь о возбужденном уголовном деле и в рамках него проведение этих обысков.

–​ По какой статье, вы не знаете?

– Нет. Там было что-то связано с налогами, с незаконной предпринимательской деятельностью – что-то из этой области.

–​ Вы предполагали, что вам придется покинуть страну?

– Я был, наверное, как-то слишком оптимистичен. Я думал, что все-таки не уеду, я даже близко не готовился. Но уже как есть – так есть. В любом случае безопасность, здоровье и свобода намного важнее, чем любые материальные ценности, которые там остались. Опять же, там вопросы с квартирами, с местом жительства, с имуществом, с родственниками оставшимися. Что сделать, это жизнь. Все это наживное. И не навечно это все, рано или поздно, я думаю, огромное количество белорусов вернется домой, в том числе и я.

Протесты в Беларуси: коротко о главном

Президентские выборы в Беларуси состоялись 9 августа 2020 года, на тот момент Александр Лукашенко уже 26 лет руководил страной.

Первые акции протеста начались еще до дня голосования – из-за арестов и недопуcка до участия в выборах оппозиционных кандидатов.

9 августа, в день президентских выборов, первые официальные экзит-полы сообщили, что, по их данным, Александр Лукашенко набрал почти 80% голосов, а Светлана Тихановская – меньше 7%.

В ответ на это в Минске и других городах Беларуси люди вышли на улицу, выражая недоверие к объявленным результатам.

Власти сразу прибегли к информационному блокированию протестов: ограничили интернет и мобильную связь, а вечером перестали работать новостные сайты.

ОМОН и внутренние войска начали разгонять протестующих водометами, слезоточивым газом и светошумовыми гранатами, а также, по сообщениям правозащитников, были выстрелы резиновыми пулями и даже из огнестрельного оружия.

По разным данным, силовики задержали в городах Беларуси до семи тысяч человек.

Задержанных унижали, угрожали им изнасилованием, били, удерживали их в нечеловеческих условиях, им не оказывали медицинскую помощь.

В ответ на применение силы 11 августа протестующие объявили общенациональную забастовку, к которой присоединились более 20 предприятий, среди них крупнейшие заводы – МАЗ и БелАЗ.

Власти прибегла к административному давлению на работников предприятий и бюджетников и начали устраивать «акции в поддержку» Александра Лукашенко.

Силовики изменили тактику – перестали разгонять акции и начали хватать людей на улицах в разных городах, пытаясь посеять страх.

Оппозиционерка Светлана Тихановская выехала в Литву.

8 августа оппозиция создала Координационный совет для трансфера власти, члены которого ведут переговоры с представителями руководства разных европейских стран.

23 сентября тайно состоялась инаугурация Александра Лукашенко.

США, ЕС, Великобритания и другие страны не признали результаты выборов и легитимность инаугурации Лукашенко.

Украинскую позицию озвучил глава МИД Дмитрий Кулеба, по его словам, «инаугурация» Лукашенко не делает его легитимным президентом Беларуси.

Великобритания, Канада, страны Балтии ввели санкции против Лукашенко и других официальных лиц, причастных к возможной фальсификации выборов президента Беларуси и жестокому подавлению акций протеста.

Сам Александр Лукашенко обвинения в фальсификации выборов и узурпации власти отрицает, он ищет поддержки у президента России Владимира Путина.

Между тем протесты продолжаются, а правозащитники говорят о 12 тысячах задержанных людей, по меньшей мере шестерых погибших и сотнях тяжело травмированных.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




Recommended

XS
SM
MD
LG