Доступность ссылки

«События шесть лет назад ‒ урок для нас»: «чонгарское противостояние» возле Крыма весной 2014-го


Март 2014-го. Разрешение Совета Федерации России на применение российских вооруженных сил на территории Украины и непризнанный большинством стран мира «референдум» 16 марта о статусе полуострова, по результатам которого Россия аннексировала Крым. Блокировка в Крыму подразделений Вооруженных сил Украины и попытки украинских военных кораблей вырваться из бухты Донузлав. Измена некоторых военачальников и смерть первого украинского военнослужащего (прапорщика Сергея Кокурина российские солдаты убили 18 марта во время штурма фотограмметрического центра в Симферополе). В это время на Чонгаре ‒ одном из путей, ведущих из Крыма на материковую Украину ‒ закрепились николаевские десантники. Военнослужащие 79-й отдельной аэромобильной бригады (сейчас это 79-ОДШБр) обороняли южное направление, ведь угроза вторжения российской группировки со стороны Крыма на территорию материковой части Украины выглядела вполне реальной.

Подробности «чонгарской обороны» вспоминает ее непосредственный участник, полковник Сергей Куз, который в то время был командиром первого аэромобильно-десантного батальона 79-й бригады. Затем он был заместителем командира 36-й отдельной бригады морской пехоты. Сейчас Сергей Куз ‒ начальник факультета подготовки специалистов десантно-штурмовых войск своей альма-матер ‒ Военной академии в Одессе:

‒ По состоянию на конец 2013 года ‒ начало 2014-го мой батальон был на 100% укомплектован военнослужащими по контракту из разных уголков Украины, в том числе многие ‒ с моей малой родины, Херсонщины. Коллектив сплоченный, профессиональный, что подтвердили, в частности, тактические учения 2013 года.

По технике ‒ легкая, автомобильная для передвижения личного состава. Примерно с декабря 2013 года началось ускоренное перевооружение батальона на БТР-80, проводилась соответствующая подготовка экипажей и личного состава.

До конца февраля 2014 года мы получили примерно 70% от общей потребности в бронетехнике. Однако переоборудовать ее так, как планировалось, и технически проверить, времени не хватило.

Фактически первым выходом за территорию части был марш в направлении Крыма

Фактически первым выходом за территорию части был марш в направлении Крыма. Ехали так, что почти на каждой СТО на Херсонщине нам оказывали техническую помощь. С одной стороны, были разочарованы техническим состоянием техники, с другой ‒ чувствовали поддержку тех, кто ремонтировал нас вне очереди, оказывал волонтерскую помощь, благословлял...

Вспоминаю, как по дороге в районе Каховки встретили толпу людей. Когда оценил, что вроде не провокаторы, не «блокировщики», вышел к ним. Оказалось, верующие из соседнего монастыря в Каховском районе. Благословили нас, подарили икону Покрова Пресвятой Богородицы. С тех пор образ стал оберегом для батальона.

‒ Какой была задача, поставленная перед вами?

‒ Задачу о выходе тактической группы от бригады в направлении Крыма мы получили в последние дни февраля. Не раскрывая всех подробностей, скажу, что предварительно речь шла о «стабилизационных действиях в районе Керченского пролива». Заместитель командира 79-й отдельной аэромобильной бригады возглавил тактическую группу батальона, вышедшую в направлении населенного пункта Армянск, я ‒ тактическую группу в направлении Чонгара.

Уже на марше получили уточняющие задачи. Остановились, закрепились в Чонгаре, взялись разворачивать блокпосты. При взаимодействии с Государственной пограничной службой, местными органами власти определяли критические направления, оценивали риски. С логистикой, обеспечением мешками, блоками, строительными кранами, даже продуктами питания помогало местное население, активисты Мелитополя, Запорожья, Херсона, Энергодара.

На Чонгаре, март 2014 года. Фото из личного архива Сергея Куза
На Чонгаре, март 2014 года. Фото из личного архива Сергея Куза
Одновременно с тем, как российские военнослужащие в Крыму под прикрытием местного населения блокировали и захватывали наши части, противник наращивал силы на админгранице с АР Крым

С противоположной стороны сначала стояли люди под видом так называемой «самообороны Крыма». Вскоре рядом с ними ‒ а это, кстати, были продуманные, заранее подготовленные, укрепленные позиции ‒ появились российские БТР-82 (этими модернизированными бронетранспортерами российская армия вооружилась в 2013 году ‒ ред.). Таким образом, одновременно с тем, как российские военнослужащие в Крыму под прикрытием местного населения блокировали и захватывали наши части, противник наращивал силы и средства на административной границе с АР Крым.

‒ Что это были за подразделения?

‒ Стояли и российские спецназовцы, и десантники-срочники, и контрактники, и «кадыровцы». Они проводили ротацию раз в два-три дня, постоянно менялись, чтобы предотвратить вероятность контакта с нами.

Российский военный в селе Перевальное, Крым, 4 марта 2014 года
Российский военный в селе Перевальное, Крым, 4 марта 2014 года

Сориентировавшись на местности, мы выдвинулись за пределы основного рубежа в Чонгаре и закрепились неподалеку АЗС на выезде из населенного пункта Сальково (Генический район). Наша позиция такова, что если смотреть вперед на Крым, то Азовское море ‒ слева, а лиман ‒ направо.

‒ А каким было соотношение сил?

‒ Примерно один к пяти-шести в их пользу.

‒ Вряд ли при таком раскладе могла идти речь о вашем продвижении вперед, в Крым...

‒ Да. Только патрулирование, наблюдение на определенном участке. Не допустить дальнейшего продвижения противника вглубь территории Украины. Приказ осуществить штурмовые действия, скажем, любой ценой захватить аэродром в Джанкое, не поступал.

По состоянию на начало и середину марта 2014 года россияне закреплялись. Целью было не пустить нас на поддержку заблокированных в Крыму украинских подразделений

‒ Как считаете, что было тогдашней целью противника? Идти вглубь материковой Украины или предотвратить ваши действия на территории Крыма?

‒ По состоянию на начало и середину марта 2014 года россияне закреплялись, проводили инженерное оборудование позиций непосредственно на админгранице между Херсонской областью и Крымом. Целью было не пустить нас на поддержку заблокированных в Крыму украинских подразделений, ‒ точно знаю от друзей-военных моряков, ‒ очень ждали нашу поддержку.

Близко к дате проведения так называемого «крымского референдума» и после него воздушное пространство в районах Чонгара и Армянска полностью контролировала Российская Федерация. Несколько суток в воздухе интенсивно действовали их боевые и транспортные вертолеты.

‒ Были провокации? Попытки прорваться через ваш блокпост?

‒ Провоцировали в основном журналисты российских пропагандистских СМИ.

Однако как-то мы задержали КАМАЗ с российскими военными. По предварительным договоренностям, метеостанция в Геническе была под контролем Российской Федерации. В начале марта, как только мы прибыли на наши позиции, подразделение российских военных вышло с метеостанции. Вероятно, чтобы проверить нашу готовность, отправились в нашу сторону на КАМАЗе. Мы их удерживали в ожидании команды ‒ в итоге распоряжением стало «переписать фамилии всех в машине и отпустить».

На Чонгаре, март 2014 года. Фото из личного архива Сергея Куза
На Чонгаре, март 2014 года. Фото из личного архива Сергея Куза

Однажды на блокпост «Чонгар» заехал представитель ВС РФ в полном вооружении. Рассказывал, что в поисках своего командира заблудился на дороге. Задержали, передали военной контрразведке. Пока проводили переговоры, были сосредоточены на выяснении обстоятельств, готовили обмен, группа российских спецназовцев высадилась вблизи газораспределительной станции в районе села Стрелковое, на Арабатской стрелке.

‒ О десантировании россиян на Арабатской стрелке. Вы могли это предотвратить?

‒ Российские спецназовцы отработали слаженно, спланировано, при взаимодействии с местным населением, в которое были засланы провокаторы.

Вообще тамошнюю газораспределительную станцию контролировала Государственная пограничная служба с одним автомобилем в наличии и одним отделением на БТР от моего батальона.

На Чонгаре, март 2014 года. Фото из личного архива Сергея Куза
На Чонгаре, март 2014 года. Фото из личного архива Сергея Куза

До событий на Арабатской стрелке указанный участок не считался стратегически важным. Когда случилось то, что случилось, я осуществил перераспределение сил, вызвал в поддержку нашу авиацию. Однако время было упущено. Воздушное пространство полностью контролировала Россия, в операции были задействованы боевые и транспортные вертолеты.

В направлении Арабатской стрелки я отправился на УАЗике с тремя разведчиками. На месте ‒ поселковый глава, начальник милиции, скопление людей под украинскими флагами. Ко мне бросились: «Что происходит? Где же наша армия?» А за спинами этих местных ‒ «зеленые человечки» без знаков различия.

Почти ежедневно противник ставил ультиматум ‒ уходите, мол, на два километра назад, иначе будем наступать

Попросил своих разведчиков несколько отвлечь толпу, а сам подошел к «зеленым человечкам». Конечно, это не была «самооборона», а кадровые спецназовцы, которым уже было известно, кто я и что. Как-то успокоили ситуацию, они убрали оружие. Через некоторое время, когда на место подтянулись другие наши БТРы, в толпе сменили украинские флаги на российские триколоры.

Почти ежедневно противник ставил ультиматум ‒ уходите, мол, на два километра назад, иначе будем наступать. Отступать, оставляя выгодную для нас позицию, мы не собирались. Мы ‒ на возвышенности, у нас ‒ сооружения рядом, есть где расположиться снайперам. Да и чего, собственно, мы должны отходить?! Мы ‒ на своей территории.

Приехал на наши позиции военный атташе одной из стран НАТО, сначала не верил, что напротив стоит российская армия. Я показал ему и российскую радиостанцию, и вертолеты с российскими опознавательными знаками. Какие еще доказательства, говорю ему, нужны, что это агрессия России против Украины?!

Те события шесть лет назад ‒ урок для нас. Ни в коем случае нельзя исключать повторение Российской Федерацией аналогичного сценария. Последние учения российских десантников с имитированием захвата николаевского аэродрома «Кульбакино» заставляют быть начеку.

Аннексия Крыма Россией

В феврале 2014 года вооруженные люди в форме без опознавательных знаков захватили здание Верховной Рады АРК, Совета министров АРК, а также симферопольский аэропорт, Керченскую паромную переправу, другие стратегические объекты, а также блокировали действия украинских войск. Российские власти поначалу отказывались признавать, что эти вооруженные люди являются военнослужащими российской армии. Позже президент России Владимир Путин признал, что это были российские военные.

16 марта 2014 года на территории Крыма и Севастополя прошел непризнанный большинством стран мира «референдум» о статусе полуострова, по результатам которого Россия включила Крым в свой состав. Ни Украина, ни Европейский союз, ни США не признали результаты голосования на «референдуме». Президент России Владимир Путин 18 марта объявил о «присоединении» Крыма к России.

Международные организации признали оккупацию и аннексию Крыма незаконными и осудили действия России. Страны Запада ввели экономические санкции. Россия отрицает аннексию полуострова и называет это «восстановлением исторической справедливости». Верховная Рада Украины официально объявила датой начала временной оккупации Крыма и Севастополя Россией 20 февраля 2014 года.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG