Аннексированный РФ Крым столь же важен для безопасности России, как Гренландия для Соединенных Штатов Америки. Так высказался министр иностранных дел России Сергей Лавров. Он сравнил аннексию украинского полуострова с ситуацией вокруг Гренландии, упомянул о проведении незаконного референдума в Крыму и отметил, что на арктическом острове подобных процессов не происходит.
Корректно ли проводить параллели между Крымом и Гренландией? Почему российские власти в очередной раз подчеркивают важность контроля над оккупированным полуостровом? И что будет с Гренландией – получат ли США полный контроль над ней? Подробнее об этом – читайте в материале.
Президент США Дональд Трамп неоднократно заявлял о желании получить контроль над Гренландией. Впервые эта идея была высказана им в 2019 году во время первого президентского срока. Трамп утверждает, что Дания, автономной территорией которой является Гренландия, не сделала достаточно для ее защиты.
Также американский президент подчеркивает, что стратегически расположенный и богатый полезными ископаемыми остров является жизненно важным для безопасности США, а также что Соединенные Штаты должны владеть им, чтобы предотвратить его оккупацию Россией или Китаем.
Министр иностранных дел России Сергей Лавров при этом заявил, что нет никаких подтверждений того, что эту автономную территорию Дании «захватят Россия или Китай».
По словам Лаврова, Россия не имеет отношения к этому вопросу, но наблюдает за ним. Он добавил, что Москва будет делать выводы «по итогам разрешения этой проблемы».
Оборонное значение Гренландии не ключевое, считает военный эксперт, руководитель программ безопасности Центра глобалистики «Стратегия-ХХI» Павел Лакийчук. С одной стороны, этот остров расположен близко к траектории полета баллистических ракет, если начнется ядерная война между США и Россией, отмечает эксперт. С другой стороны, Аляска ближе. Именно там расположена американская многофункциональная противоракетная система Aegis. Для борьбы с российскими подводными лодками – носителями ядерного оружия в регионе развернута система SOSUS – сеть подводных акустических детекторов.
«Гренландия рядом, но на самом деле это Фареро-Исландский оборонный рубеж НАТО, так называемый, между Фарерскими островами. Вот еще одна, к слову, арктическая территория Дании – это Фарерские острова и Исландия… Тогда нужно было бы к Фарерам больше требований предъявлять», – говорит Павел Лакийчук.
По Датско-Американскому соглашению, до распада СССР США развернули в Гренландии полтора десятка военных баз. После окончания холодной войны США их закрыли, отмечает Лакийчук.
«При желании, пользуясь тем же соглашением, они – США – могут развернуть хоть 20 баз. Но почему-то Трамп говорит не об этом», – считает Павел Лакийчук.
Основная причина присоединить Гренландию – экономическая, уверен он. Владение этим островом увеличило бы американский сектор в Арктике. Сейчас самый большой – у России.
Крым для России также имеет скорее геополитическое, чем военное значение, утверждает эксперт.
«Крым никогда не был непотопляемым авианосцем, никогда он не был ключевой точкой для действий в Черном море. Это легенда, которая пошла еще от парусного флота. Тогда да, роза ветров, это можно было учитывать. На самом деле Крым – это чемодан без ручки в Черном море с военной точки зрения. Наоборот, это угроза, ему постоянно угрожают. А представлять угрозу Крым мог после 2014 года только для Украины», – утверждает Павел Лакийчук.
Аннексировав Крым в 2014 году, Россия расширила свою экономическую зону в Черном море.
«Фактически Россия становится второй державой по владению, де-факто, подводным шельфом в Черном море после Турции», – отметил Павел Лакийчук.
Самое опасное для Украины в желании США присоединить Гренландию – политические последствия в оценке российских действий в Крыму, говорит Лакийчук.
«Лавров и иже с ним, когда говорят о параллелях между Крымом и Гренландией, таким образом действиями Трампа пытаются легализовать аннексию, оккупацию Крыма Российской Федерацией», – заявил Лакийчук.
Кейсы Крыма и Гренландии похожи лишь частично, считает кандидат политических наук и профессор Национального авиационного университета Максим Яли.
«Учитывая, скажем так, уже итоги саммита в Давосе, где обсуждались эти вопросы, есть и значительные различия… Трамп официально заявлял, что, в отличие от России в 2014 году, применять военную силу для оккупации и аннексии Гренландии он не собирается… В случае с Крымом здесь стоит напомнить, что Россия нарушила международное право», – заявил Максим Яли.
Важный момент, говорит политолог, заключается в том, что США, в отличие от России, – демократическое государство. Там построена система сдержек и противовесов, и для военной кампании необходимо одобрение Сената. А поддержки такой инициативы в американском обществе нет, отмечает Яли.
«Если мы посмотрим на американские соцопросы, а я их смотрел, касательно Гренландии, то там нет поддержки. Не то чтобы хотя бы какое-то абсолютное большинство американцев – в целом против, даже покупки Гренландии, не говоря уже о военной операции. И это касается не только демократов, где, так сказать, 90% выступает против. Даже среди республиканской аудитории, среди республиканских избирателей, там не поддерживают даже покупку Гренландии, не говоря уже о какой-либо военной операции», – рассказал Максим Яли.
К тому же в ноябре этого года в США пройдут выборы в Палату представителей. А Дональд Трамп уже неоднократно заявлял, что если республиканцы их проиграют, то демократы обязательно объявят ему импичмент, говорит политолог. Поэтому, прогнозирует Яли, Трамп не пойдет на непопулярный и рискованный шаг.
«Особенностей этой сделки неизвестно даже правительству Гренландии. Трамп все же учитывает такие риски, потому что иногда кажется, что он никого не слушает и выдает то, что у него есть в намерениях», – говорит Максим Яли.
В отношении же Крыма Яли предлагает быть реалистами: если ситуация с Гренландией пока не вышла за рамки международного права, то восстановить его в отношении Крыма в краткосрочной перспективе не удастся.
«Мы сейчас живем в новой геополитической реальности, где международное право не существует. А военной компоненты, к большому сожалению, мы это уже понимаем, и даже президент Зеленский это признал, у нас, к сожалению, недостаточно сил и поддержки наших союзников для того, чтобы вернуть военным путем эту территорию», – считает Максим Яли.
Как заявил Дональд Трамп на форуме в Давосе, уже «сформированы рамки для будущего соглашения по Гренландии и, фактически, по всему Арктическому региону».
Он не раскрыл деталей, однако позднее СМИ сообщили, что Дания может предоставить США суверенитет над небольшими участками Гренландии для строительства американских военных баз.
Министр иностранных дел Дании Ларс Лёкке Расмуссен заявил, что эти слова Трампа являются «позитивным сигналом», несмотря на то что он не отказался от стремления присоединить остров к США.
По Крыму же никаких договоренностей нет. Мирное соглашение, к которому пытаются сейчас прийти при посредничестве Трампа, говорит Яли, по сути является требованием России к Украине отказаться от оккупированных территорий и не возвращать их, включая Крым, военным путем. Поэтому, уверен эксперт, сейчас возможен только дипломатический метод. В будущем, не исключает Яли, есть шанс, что реализуется карабахский сценарий, когда Азербайджан смог вернуть свой регион.
FACEBOOK КОММЕНТАРИИ: