Чем для крымчан обернется введенный в Украине карантин из-за коронавируса? Можно ли будет ездить на материковую часть Украины за медицинской помощью? Какие планы у украинских властей относительно возможных поставок воды, переговоров с Россией и деоккупации Крыма?
На эти и другие вопросы в эфире Радио Крым.Реалии вместе с ведущей Эльвиной Сеитбуллаевой отвечают руководитель отдела по вопросам взаимодействия со СМИ Госпогранслужбы Украины Андрей Демченко, постоянный представитель президента Украины в Автономной Республике Крым Антон Кориневич и координатор Офиса по разработке гуманитарной политики Украины Александра Дворецкая.
– Секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Алексей Данилов 13 марта подтвердил слова министра внутренних дел страны Арсена Авакова, что украинцев без регистрации на неоккупированной материковой части страны предлагается не пропускать через контрольные пункты въезда-выезда не только на Донбассе, но и на админгранице с аннексированным Крымом. Причина – карантин из-за пандемии коронавируса. Андрей, какова сейчас ситуация на админгранице в Херсонской области?
Демченко: Контрольные пункты въезда-выезда на временно оккупированную территорию работают, как и раньше, в штатном режиме. При этом пограничники продолжают проводить температурный скрининг всех, кто следует на материковую часть Украины. Измерение температуры не входит в перечень задач пограничников, но, чтобы мобилизовать все ресурсы для борьбы с коронавирусом на территории Украины, Госпогранслужба принимает такие меры совместно с медицинскими работниками. В целом за сутки от двух до трех тысяч человек проходят такой скрининг, и, к счастью, мы не фиксировали людей с признаками заболевания. Ситуация стабильная.
– Спасибо, Андрей. Антон, как вы думаете: запретят ли в итоге крымчанам без прописки на материковой Украине выезжать с полуострова через админграницу?
Мы считаем, что наши граждане в Крыму имеют полное право приехать на материковую часть Украины и получить необходимые услуги, проведать родственников или друзейАнтон Кориневич
Кориневич: Нужно дождаться развития событий, пока что изменений нет (по состоянию на вечер 13 марта – КР). Мы считаем, что наши граждане в Крыму имеют полное право приехать на материковую часть Украины и получить необходимые услуги, проведать родственников или друзей. Мы также считаем, что на контрольно-пропускных пунктах следует открыть аптеки, потому что знаем о проблемах с качеством российских лекарств и ценами на них. Мы это реализуем. Пока что не решен вопрос, на балансе какого органа государственной власти будут состоять сервисные зоны.
– Вы также работаете над проектом медицинской помощи для крымчан онлайн, не так ли? На каком он этапе?
Кориневич: В данном случае наше представительство облегчает взаимодействие Херсонской областной администрации с провайдерами медицинских услуг. Этот проект уже согласован, и единственный вопрос заключается в том, когда именно он будет запущен. Он рассчитан как на жителей Херсонской области, так и на жителей Автономной Республики Крым и Севастополя. Мы хотим, чтобы крымчане 24 часа сутки, 7 дней в неделю могли получить профессиональную консультацию украинских врачей, потому что на полуострове есть проблемы как с качеством медицинских услуг, так и с количеством врачей.
– Александра, вы как координатор Офиса по разработке гуманитарной политики Украины – как относитесь к возможному запрету на пересечение админграницы для крымчан?
Дворецкая: Сейчас ограничения в связи с местом регистрации действует только на контрольно-пропускных пунктах в Донецкой и Луганской областях. Есть соответствующий приказ командующего Объединенных сил. Что касается Крыма, на этот счет были только рекомендации на сайте Министерства внутренних дел. Насколько нам известно, речь шла о том, чтобы не пропускать украинских граждан с регистрацией на временно оккупированных территориях при выявлении у них симптомов заболевания во время температурного скрининга. Если у вас регистрация на подконтрольной территории, то вам предоставят медицинские услуги и направят в больницу, а в противном случае, судя по обращению Арсена Авакова, будут отправлять назад. Конечно, это довольно странная мера – она дискриминационная и оставляет людей на оккупированных территориях без надлежащей помощи. Мы не знаем, есть ли там тесты на коронавирус и возможность получить профессиональную медицинскую помощь, чтобы инфекция не распространялась дальше.
– Не получается ли таким образом, что с крымчанами с украинским паспортом будут обращаться, как с иностранцами?
Дворецкая: Мы считаем, что это несправедливое ограничение, и оно должно быть отменено. Общественные организации уже обращались по поводу введения такой меры на контрольно-пропускных пунктах в Донецкой и Луганской областях. Это несоразмерное ограничение, которое ко всему прочему стимулирует коррупцию и попытки нелегально пересекать линию между оккупированными и неоккупированными территориями. Этот вопрос сегодня поднимался на совместном брифинге Офиса президента и главы Совета национальной безопасности и обороны. Было озвучено, что это обсуждается, и мы ожидаем решения.
– Спасибо, Александра. Антон, если говорить о гуманитарных вопросах, нельзя не вспомнить противоречивые заявления нового премьер-министра Украины Дениса Шмыгаля относительно возобновления поставок днепровской воды в аннексированный Крым. С его слов выходит, что водоснабжение необходимо, потому что на полуострове живут украинские граждане, но при этом надо избежать поставок на российские военные базы. Как вы можете прокомментировать эту проблему?
Россия – государство-оккупант, которое никто не приглашал в Крым. Она должна полностью обеспечивать потребности гражданского населения во всем, в том числе в водеАнтон Кориневич
Кориневич: Наверное, сложно комментировать, почему определенные лица таким образом говорят о поставках воды в Крым. Я могу сказать, что у меня лично как у гражданина этого государства и у нашей команды в представительстве – абсолютно четкая позиция. Во-первых, сейчас никакой гуманитарной катастрофы с водой в Крыму нет, вы и сами это знаете от крымчан. Во-вторых, Россия – государство-оккупант, которое никто не приглашал в Крым. Она должна полностью обеспечивать потребности гражданского населения во всем, в том числе в воде. В-третьих, для нужд гражданского населения воды достаточно. Ее не хватает для промышленности, для российской военной машины, для массово переезжающих в Крым россиян – возможно, поэтому и возникают такие разговоры. Наша позиция однозначная: мы надеемся, что статус-кво останется таким же, как сейчас. Воду в Крым до деоккупации давать не следует.
– Известно ли вам, что думает об этом сам президент Владимир Зеленский, чьим представителем вы выступаете?
Кориневич: Я могу лишь сказать, что наша позиция коммуницируется всем участникам процесса. Если помните, во время большого марафона президенту задавали этот вопрос, и на этом основании вы можете сделать определенные выводы (тогда Владимир Зеленский заявил, что вода по Северо-Крымскому каналу не пойдет – КР). Кроме того, мы также слышали заявления определенных должностных лиц из Офиса президента по этому вопросу… Я также считаю, что в свете переговоров с Россией относительно возвращения наших граждан мы не можем говорить о каких-то вариантах обмена одного на другое. Подача воды в Крым – это нечто, что нельзя сделать сейчас, что бы там ни делала российская сторона. Думаю, все будет хорошо.
– Помнится, ваша заместительница Тамила Ташева сказала, что если воду в Крым все-таки дадут, то она подаст в отставку. Как бы вы действовали?
Кориневич: Я думаю, что, исходя из нашей риторики и нашей позиции, каждый может сформировать свое мнение на этот счет.
– В свете переговоров по Донбассу интересно узнать, разрабатывает ли ваше ведомство какой-либо проект площадки, где тема Крыма звучала бы наравне с конфликтом на Востоке Украины?
Внимание международного сообщества к Крыму очень важно. Тема Крыма не должна уходить с главных мировых площадок, и мы сделаем для этого всеАнтон Кориневич
Кориневич: Действительно, это очень важный вопрос. На самом деле ключевая вещь сейчас – это понимать, что на Донбассе вооруженный конфликт, где гибнут лучшие наши граждане, молодежь, потому закончить этот конфликт – абсолютный приоритет. Но в Крыму ситуация не намного лучше, особенно в плане нарушений прав человека. Последние незаконные обыски и задержания в Бахчисарае показали, что это может произойти вновь в любую минуту. Поэтому, безусловно, внимание международного сообщества к Крыму очень важно. Тема Крыма не должна уходить с главных мировых площадок, и мы сделаем для этого все. Кстати, в обновленный указ президента о нашем представительстве мы включили положение о том, что мы будем активно принимать участие в международных мероприятиях. Тема Крыма – не только украинская, так что тут подойдет любой международный формат. Можно начинать с чего-то небольшого, без участия государства-оккупанта, которое может этого не захотеть. Главное, чтобы этот формат был постоянным. У нас есть определенные идеи, которые я пока не хочу раскрывать.
– Как тема Крыма сейчас звучит на разных международных площадках?
Кориневич: С начала года мы побывали уже и в Вашингтоне, и в Давосе, и в Таллине, и в Тбилиси, и в Нью-Йорке, и в Берлине. Действительно, о Донбассе говорят больше, и это естественно, но мы хотели бы слышать более четкие политические сигналы по Крыму. Мы делаем все для того, чтобы нас слышали, и, мне кажется, нас слышат. Во время визита в Берлин мы получили важные сигналы Министерства иностранных дел Германии о том, что никакой другой позиции по Крыму быть не может, что о снятии санкций относительно аннексии не может быть и речи. Безусловно, мы считаем, что нужны более сильные политические сигналы – например, такие, как Крымская декларация США – от других наших международных партнеров.
– Что насчет плана деоккупации Крыма?
Кориневич: Действительно, от заявлений «Крым – это Украина» мы должны переходить к конкретным вещам. Мы работаем над таким документом и уже обратились к определенным профильным органам, чтобы вместе сесть за стол и раз и навсегда разработать этот план. Часть стратегии деоккупации – это концепция переходного правосудия и для Крыма, и для Донбасса. Первый драфт уже написан – по сути, это то, что уже можно потрогать. К нему есть замечания коллег из профильных органов власти, и мы его доработаем на основании этих замечаний. Переходное правосудие – это выход из вооруженного конфликта в состояние нормальной жизни. Речь идет и об ответственности за совершение преступлений, и об институциональных реформах, и об определенном примирении, и о праве знать правду о произошедших событиях. На самом деле это большая и важная составляющая деоккупации.
– Не выйдет ли так, что все преступления будет предложено забыть и простить?
Не может быть прощен человек, совершивший военные преступления или преступления против человечности, а люди, совершившие преступления против государства Украина, не могут принимать участие в работе украинских органов властиАнтон Кориневич
Кориневич: Разумеется, нет. Сейчас в проекте есть четко зафиксированные вещи: не может быть прощен человек, совершивший военные преступления или преступления против человечности, а люди, совершившие преступления против государства Украина, не могут принимать участие в работе украинских органов власти. Полноценного каталога таких преступлений пока нет, но есть определенные точки, от которых мы можем отталкиваться и прописывать, кто привлекается к ответственности, кто – нет. Ни одна концепция переходного правосудия в мире не говорила об абсолютном прощении – это невозможно. В любом случае крымчане, не совершившие никаких преступлений и не связанные с репрессивной машиной России, не должны нести никакой ответственности. В целом эта ответственность может быть либо уголовной, либо политической – то есть ограничение на определенные виды деятельности. Я надеюсь, в ближайшие месяцы мы представим уже доработанный вариант концепции переходного правосудия.
(Текст подготовил Владислав Ленцев)