Доступность ссылки

Керченский колледж: как спасали пострадавших


У Керченского политехнического колледжа после нападения, 17 октября 2018 года

Специально для Крым.Реалии

Этот материал никогда бы не появился на свет, потому что освещать горе родителей, чьи дети уже никогда не продолжат учиться, –​ это за гранью профессиональной этики и здоровой морали. Но в этих обрывочных наблюдениях и рассказах оказалось слишком много таких подробностей, о которых нет никакого права молчать.

Не пускать, не выпускать

Из воспоминаний нескольких родителей и других родственников, которые провели под стенами колледжа, больниц и морга более двенадцати часов, складывается следующая картина. Спустя непродолжительное время после взрыва к месту событий прибыла Росгвардия и оцепила периметр. Какое-то время за оцеплением работали только спасатели – выводили спрятавшихся студентов и выносили пострадавших, подающих признаки жизни.

Как минимум двое из убитых в стенах колледжа могли скончаться от потери крови. Им просто некому было оказать медицинскую помощь

Оценку состояния людей, которые лежали без движения, они толком не давали и таких недвижимых не эвакуировали. Видимо, сначала не было времени, потом поступил приказ покинуть территорию, чтобы начали работать взрывотехники. Обычных медиков в здание все это время почему-то не пускали.

Родственники погибших не исключают, что как минимум двое из убитых в стенах колледжа скончались не сразу, а спустя какое-то время – от потери крови. Им просто некому было оказать медицинскую помощь.

Медицина была не готова

Среди тех, кого вывезли, по словам очевидцев, тоже не всем врачебная помощь была предоставлена сразу. Некоторых раненых сначала доставили в одну больницу, потом перевезли в первую городскую, а оттуда после какой-то сортировки снова куда-то направляли. Насколько эта несогласованность, упущенное время и перевозки могли повлиять на летальный исход некоторых детей, не выяснится уже никогда.

О том, что городская медицина оказалась тотально не готова к такому количеству жертв и наблюдалось отсутствие координации, свидетельствуют и другие моменты из воспоминаний свидетелей происходившего.

Детей – в крови, с оторванными конечностями и ожогами – выгружали из машин, и каталки с ними еще какое-то время просто стояли на улице перед больницей

«Мы уже были под первой больницей, когда подъехало несколько «скорых». Детей – в крови, с оторванными конечностями и ожогами – выгружали из машин, и каталки с ними еще какое-то достаточно продолжительное время просто стояли на улице перед больницей», – рассказывает один из очевидцев. По его мнению, в приемном покое не хватало места, а «неотложки» спешили вернуться к месту трагедии, поэтому людей оставляли просто под открытым небом.

Одна девушка, без обеих ног и с сильно израненным лицом, все время кричала от боли. Это может свидетельствовать о том, что у работников экстренной медпомощи на тот момент не было или закончились обезболивающие препараты.

Вечером к больнице стали подъезжать потенциальные доноры, откликнувшиеся на призыв средств массовой информации сдать свою кровь в помощь пострадавшим. В больнице кровь брать было некому и нечем, а пункт переливания крови, по словам этих людей, был уже закрыт. По другой версии, на этом пункте отправляли доноров сдавать кровь непосредственно в больницу.

Все вышеперечисленные наблюдения могли оказать очевидное влияние на состояние здоровья пострадавших. И может быть, парень и девушка, скончавшиеся на протяжении следующего дня в вертолетах санавиации, смогли бы эту транспортировку перенести, если бы не все эти «нюансы».

Больше новостей о ситуации в Керчи читайте на сайте Крым.Реалии.

Без нареканий

Единственная служба, работу которой родители отметили как слаженную и не вызывающую претензий, – это психологи. Практически возле каждой матери находилось по одному человеку, готовому прийти на помощь в случае необходимости.

«Среди толпы родственников ходил какой-то человек в возрасте и смотрел на всех. Потом показывал психологам пальцем на какую-то мамочку и говорил: у нее сейчас будет истерика. И они вдвоем-втроем ее окружали, работали и приводили в чувство», – рассказывает очевидец происходившего. ​

В какой-то момент в больнице скончалась одна из пострадавших, фамилия которой уже была установлена. Врач из больницы сообщила матери только то, что ей надо срочно пообщаться «вон с тем доктором», и указала на психолога. Он без слов все понял, но сказал, что ему нужен для этого кабинет. Врач только развел руками – никого постороннего в больницу не пускали, психологам кабинет не предоставили.

Упорно скрывали

Среди других, не связанных напрямую с жизнями пострадавших моментов стоит отметить упорные и во многом циничные действия всех причастных должностных лиц по сокрытию фамилий погибших. Родителей до глубокой ночи сознательно держали в неведении и сотрудники больницы, и работники колледжа, и «осведомленные» граждане в социальных сетях.

Родителей до глубокой ночи сознательно держали в неведении и сотрудники больницы, и работники колледжа, и «осведомленные» граждане в социальных сетях

«В очередной раз вынесли списки тех, кого опознали в больнице. Одна мама кричит, что ее дочь была в числе поступивших в больницу, а сейчас ее нет, и умоляет узнать, куда ее перевели. Начмед обещает сейчас же уточнить и появляется только через два часа, так ничего и не уточнив. Позже узнали, что эта девочка умерла», – вспоминает одна из родственников погибшего ученика.

Другой очевидец сообщает, что одной матери звонил куратор из колледжа, который в это время уже был привлечен к опознанию тел, и уверял, что видел ее сына в машине «скорой помощи» живым, хотя на тот момент уже точно знал: он – среди погибших.

Много ложных сообщений наблюдалось и в местных пабликах, где родители размещали информацию о пропавших детях, а им отвечали неизвестные: то о том, что их ребенок в реанимации, то о том, что его повезли в Симферополь. В дальнейшем эти люди давали неправдивые пояснения, откуда у них появилась такая информация. Например, один пользователь написал, что ему так сказала сестра этого студента, хотя на поверку оказалось, что у него вообще нет сестры.

Обещанное к восьми часам вечера опознание тел погибших началось только в час ночи. Последних привезли уже ближе к двум часам. С момента взрыва и до того времени прошло более двенадцати часов. Адекватного объяснения целенаправленным действиям всех служб по затягиванию времени опознания и явному сокрытию имен погибших ни у кого не нашлось.

Игорь Воротников, крымский блогер

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ

Loading...

Загрузка...

XS
SM
MD
LG