Камеру фигуранта второго симферопольского «дела Хизб ут-Тахрир» Джемиля Гафарова в российском СИЗО закрыли на карантин. Об этом крымчанин рассказал в письме, которое опубликовала «Крымская солидарность».
«В ночь на 30 декабря на дверь нашей камеры ФКУ СИЗО без всякого объяснения причин повесили табличку из бумаги А4 с надписью «КАРАНТИН», хотя в камере никто на тот момент не болел, и признаков каких-либо болезней не было. После расспросов у инспекторов узнали, что у одного из уехавшего накануне из нашей камеры обнаружен COVID-19», – написал Гафаров.
По словам крымчанина, без разъяснений медиков и администрации, его и сокамерников «закрыли на самоизоляцию, как мы это поняли, сроком на 2 недели». Гафаров рассказал, что в этот период заключенные из камеры никуда не выходят – ни на суды, ни на прогулки, ни на встречи с адвокатом. Питание Гафаров и другие заключенные из его камеры получают через окошко.
Крым и коронавирус: история пандемии на полуострове в фотографиях (фотогалерея)
«Преимущество – прекратились «обыски-шмоны», которые в канун новогодних праздников в СИЗО проходили почти каждый день. Да и еще нет «Пересчетов» утренних, когда в 10 часов утра порядка 10-ти человек администрации осматривают все камеры обвиняемых и не могут толком ответить ни на один из вопросов, задаваемых арестантами. На любой вопрос ответ – пишите заявление. Заявления пишутся – ответы мы не получаем, а зачем этот «косой десяток» фсиновцев гурьбой ходит по утрам – мне непонятно», – пишет Джемиль Гафаров.
Он также отметил, что при этом нет ни медицинского обследования изолируемых, ни обеспечения медпрепаратами и лекарствами.
«Мы продолжаем готовится к этапированию в Ростов, готовимся к судам, знаем, что это – тяжелая борьба за свою невиновность, которой хотят нас лишить. Мы уверены в своей правоте, мы невиновны, нас огульно осуждают, нас насильно и незаконно держат под стражей, невзирая ни на возраст, ни на здоровье, ни на отсутствие реальных фактов обвинения, ни на наш мирный, спокойный образ жизни – за нашу веру, за нашу позицию в жизни, за нашу справедливость», – написал Джемиль Гафаров.
Ранее адвокат Гафарова Рифат Яхин сообщал, что у его подопечного развилась подагра ног и серьезно ухудшилось состояние здоровья из-за хронического заболевания почек и отказа администрации российского СИЗО в предоставлении квалифицированной медицинской помощи.
Подконтрольный России Верховный суд Крыма до 14 января 2021 года продлил срок содержания под стражей шестерым фигурантам второго симферопольского «дела Хизб ут-Тахрир» – гражданскому журналисту Ремзи Бекирову, активистам Фарходу Базарову, Шабану Умерову, Джемилю Гафарову, Раиму Айвазову и правозащитнику Ризе Изетову.
Сотрудники ФСБ, МВД России и Росгвардии 27 марта провели в Крыму обыски в домах крымскотатарских активистов, в том числе представителей общественного объединения «Крымская солидарность». Всего задержаны 24 человека, в их числе гражданские журналисты Осман Арифмеметов, Рустем Шейхалиев, Ремзи Бекиров.
27 и 28 марта Киевский райсуд Симферополя арестовал всех задержанных.
Представитель ОБСЕ по свободе СМИ Арлем Дезир осудил арест активистов «Крымской солидарности» и гражданских журналистов. Он призвал к их немедленному освобождению из СИЗО.
В Министерстве иностранных дел России заявили, что данные призывы представителя ОБСЕ вызывают «недоумение».
Правозащитный центр «Мемориал» признал политзаключенными 24 крымскотатарских активистов, задержанных российскими силовиками 27 марта в Крыму.
Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»
Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».
Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.