Доступность ссылки

Россия не хочет прекратить войну на Донбассе – Сергей Гармаш


Украинский военный наблюдает за активностью врага на передовой позиции ВСУ вблизи КПВВ «Гнутово», февраль 2020 года. Иллюстрационное фото

Действующее с 27 июля 2020 года перемирие в зоне боевых действий на Донбассе оказалось под угрозой срыва. Интенсивность обстрелов эти месяцы была самой маленькой за годы войны. Но нарушения «режима тишины» становятся всё активнее. Как сообщает штаб ООС, двое украинских военных погибли в результате обстрелов со стороны подконтрольных России формирований. Ещё двое ранены. А в «ДНР» утверждают, что их военнослужащий погиб в результате атаки беспилотника украинской армии. Украина инициировала экстренное заседание Трёхсторонней контактной группы.

Можно ли назвать происходящее на Донбассе концом перемирия? Не зашли ли попытки чего-то добиться в урегулировании конфликта через ТКГ в тупик? Об этом в эфире Радио Донбасс.Реалии рассуждал участник Минских переговоров, представитель ОРДО в украинской делегации в ТКГ Сергей Гармаш.

– Что происходит сейчас на Донбассе? Это конец перемирия?

Конец перемирия будет тогда, когда хотя бы одна из сторон заявит, что выходит из него
Сергей Гармаш

– Конец перемирия будет тогда, когда хотя бы одна из сторон заявит, что выходит из него. На сегодняшний день мы имеем факт нарушения перемирия.

Как раз существование перемирия позволяет нам говорить о факте нарушения и привлечении к ответственности нарушителя. Я задал вопрос нашим безопасникам, является ли это эксцессом исполнителя или это осознанная эскалация. Мне сказали, что есть признаки осознанной эскалации.

Анализируя заявления той стороны, последовавшие после происходящего, я тоже прихожу к выводу, что это метод давления на Украину, чтобы заставить нас принять их вариант этого координационного механизма, который, согласно дополнительному соглашению о перемирии, должен быть выработан и задействован. До этого не было единого понимания этого механизма. Та сторона настаивает на совместных инспекциях военных позиций друг друга. Украина называет эту позицию неприемлемой для себя.

Мы не будем проводить совместные инспектирования с представителями ОРДЛО, мы считаем, что верификацию нарушений должна проводить ОБСЕ, как это записано в Минском комплексе мер.

Механизм координации – то, что и было задействовано: телефонная связь, электронная почта: прямой выход на СЦКК и ОБСЕ. То, что были остановлены, как мне сказали, дальнейшие обстрелы благодаря такой координации, показывает, что этот механизм работает.

Сергей Гармаш
Сергей Гармаш

Заявления «представителей в СЦКК» от ОРДЛО чётко расставили акценты: они говорят, что будет внеочередное заседание подгруппы по безопасности, на котором будет рассмотрен вопрос о создании единого координационного механизма. Посмотрим результаты, не думаю, что украинская сторона пойдёт на удовлетворение их требований даже под таким давлением.

– Не зашли ли в тупик, по вашему мнению, попытки что-то реализовать через ТКГ?

– Я не знаю, что считать тупиком, учитывая, что уже 6 лет длится Минский процесс, он особо ни к чему не привёл. В последние полгода мы хотя бы имеем перемирие, которое позволяет нам делать информационным поводом и выносить на международною повестку дня убийство двух наших военнослужащих. Хотя до этого каждый день убивали одного-двух человек, но, поскольку не было официального перемирия, мы не могли выносить этот вопрос на такой высокий уровень.

На сегодня, если бы был прогресс в политическом плане, то это, возможно, означало бы какие-то наши уступки. Россия продолжает вести себя как сторона, выдвигающая ультиматумы. Мы не удовлетворили ультиматум по отмене постановления Верховной Рады о местных выборах, они сейчас придумали некий план действий, под который опять подвязали работу гуманитарной подгруппы, подгруппы по безопасности: то есть вопросы жизни непосредственно людей.

Россия по-прежнему продолжает продвигать идею субъективизации ОРДЛО
Сергей Гармаш

Мы сейчас нарабатываем свой план действий, чтобы в конце концов ОБСЕ создала какой-то единый документ, чтобы продолжался переговорный процесс. Поэтому говорить о тупике нельзя. Но можно говорить, что Россия по-прежнему – и обстрел это подтверждает – продолжает продвигать идею субъективизации ОРДЛО, пытается заставить нас сесть с ними за прямой стол переговоров и таким образом снять с себя ответственность за всё, что происходит на Донбассе.

Украина на это не идёт, и здесь мы пользуемся поддержкой наших западных партнёров: Германии, Франции, в первую очередь, – которые действительно помогают нам расставить акценты, кто есть сторонами конфликта и кто должен отвечать за происходящее на Донбассе.

– В «ЛДНР» тоже комментируют последние события, ответственность за обострение на фронте возлагают на украинскую сторону. В одном из телеграм-каналов появилась информация, что, дескать, в посёлке под Горловкой, неподконтрольной Киеву, украинской миной, сброшенной з дрона, убили трёх мирных жителей. Ваша оценка этого?

– Я читал в телеграм-канале одного из участников Минских переговоров с той стороны версию, что погиб военный, была сброшена мина. Вы говорите другую информацию. У них и количество жертв меняется с утра к вечеру, и даже локация. Я читал, что это произошло, по-моему, под Новоазовском, вы говорите о Горловке.

– Состоялись местные выборы в Украине. За несколько месяцев до них из уст российских представителей звучала настоятельная просьба, чтобы было отменено постановление Верховной Рады о местных выборах. Украина не пошла навстречу этим просьбам, выборы состоялись. Этот контекст уместен: может, неспроста обострение состоялось именно в эти дни, или это – совпадение?

Обострение является целенаправленным
Сергей Гармаш

– И на взгляд наших военных, и на мой личный взгляд, анализируя заявления той стороны, – обострение является целенаправленным.

Оно действительно направлено на срыв перемирия с целью шантажа Украины, чтобы заставить её идти на прямой диалог с ОРДЛО, сначала в военной подгруппе, то есть в контактах по вопросах безопасности, – имеется в виду совместное с ними инспектирование позиций, – и в других вопросах, в том числе и политических, – поэтому появляются в нашей работе уже новые документы, некий план действий, который предлагается российской стороной и мало отличается от ультимативной формы, которую они выдвигали ранее в отношении постановления Верховной Рады.

Стратегия и тактика России не изменилась, они преследуют прежние цели. Срывы перемирия – это один из инструментов давления на Украину, поэтому это всё вполне закономерно и укладывается в ихнюю политику.

– В частности, была информация, что стороны подтвердили намерение открыть 10 ноября контрольный пункт въезда-выезда в Золотом и Счастье. Действительно ли это состоится?

– Договорённости были и раньше, но стороны в очередной раз подтвердили готовность открыть КПВВ в Золотом и Счастье. Это будут уже автомобильные КПВВ, на сегодняшний день в Луганской области люди могут переходить только в пешем порядке. В данном случае это будут уже пункты автомобильного пересечения, то есть воспользоваться ними смогут и пешеходы, и автомобили. Единственное, когда они заработают в режиме автомобильного пропуска, будет зависеть от ситуации с коронавирусом. Решение, скорее всего, будет принято 6 ноября, когда туда поедет на прямое инспектирование вице-премьер-министр Алексей Резников.

Сегодня я констатирую, что не вижу желания России прекратить конфликт и договориться. Но эту переговорную площадку надо сохранять, чтобы она могла сработать, когда у России возникнет такое желание, когда мы и наши западные партнеры подведём Россию своими действиями к тому, чтобы она захотела избавиться этого чемодана без ручки, каковым сегодня для неё есть Донбасс.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG