Доступность ссылки

«Вас власть, похоже, ненавидит!» Регионы России накрывает второй волной коронавируса


Фельдшеры скорой помощи в защитном снаряжении доставляют пациента в приемное отделение Покровской больницы в Санкт-Петербурге, 5 октября 2020 года

Вторая волна пандемии, предсказанная еще весной, накрывает российские регионы: вновь растет число заболевших, больницы перепрофилируются под ковид-госпитали, и перед ними стоят очереди из скорых. Удалось ли регионам подготовиться к новой вспышке инфекции, выясняли корреспонденты Север.Реалии.

Очередь из машин скорой помощи в Пскове
Очередь из машин скорой помощи в Пскове

Псков: в новую больницу со своим парацетамолом

15 сентября Владимир Путин торжественно, хотя и онлайн, открывал псковский корпус новой областной инфекционной больницы на 200 коек. Ее по указу президента военные построили менее чем за четыре месяца – нужно было успеть ко второй волне. Параллельно строился филиал на 100 коек в Великих Луках. На оба корпуса, по словам вице-премьера Татьяны Голиковой, потратили 1,975 млрд рублей.

Медицинскую лицензию новая больница получила только через две недели, и 2 октября ее открывали второй раз – в роли принимающего лица был уже губернатор Псковской области Михаил Ведерников. "Это медицинское учреждение будет образцово-показательным, с самым современным оборудованием, здесь собран штат высококвалифицированных, высокопрофессиональных врачей. Мы рассчитываем, что здесь будут реализованы новые стандарты взаимоотношений медицинских сотрудников между собой и с пациентами", – отметил губернатор. Ему показали компьютерный электрокардиограф, специальные браслеты, с помощью которых можно вызвать медсестру, одноместные и двухместные боксы, оборудованные собственным входом, кислородной разводкой и санузлом. Главврач Анастасия Повторейка заверила губернатора, что Псковская инфекционная областная больница с новыми корпусами в Пскове и Великих Луках укомплектована персоналом на 100%.

Псковичка Екатерина Панфилова попала в новую инфекционку 5 октября с подозрением на коронавирус. До этого она болела дома более десяти дней, но потери обоняния и других известных симптомов у нее не было: только высокая температура, которую не брало ни одно жаропонижающее. Первый вызванный врач сказал ей, что "ничего не прослушивается, все чистое, у вас ОРВИ" и прописал эргоферон. Ни теста на ковид, ни КТ, ни даже банальный анализ крови он не назначил. Екатерине становилось хуже – температура не ушла, прибавились "дикие головные боли и неописуемая слабость в организме, когда помыла посуду и реально устала". Она вызвала скорую; фельдшер сделал укол дротаверина и уехал. Через пару дней еще один вызванный врач предложил "съездить на КТ" в новую больницу.

Скорая в Пскове
Скорая в Пскове

У нового корпуса, по словам Екатерины, стояли в очереди четыре скорые из разных районов области.

– Томограф в первый день сломался, кажется, раз шесть. А он там один. Народ просто держали на улице в полуобморочном состоянии. Скорые приезжали и уезжали обратно. Предбанник был забит, люди стояли со своим потенциальным ковидом и ждали, – вспоминает Панфилова.

Там парацетамола не было, люди со своим заезжали, а еще со своим линексом, со своим градусником, потому что там один на палату

Она попала на КТ только через четыре часа после приезда в больницу. Томограф показал 44% поражения легких. Домой Екатерина уже не поехала – ее оставили в новом боксе.

– Всем давали один антибиотик – амоксиклав. Медсестра так и сказала: "Мне без разницы, что у вас – диабет или непереносимость, есть только один вид, лечение одно". Нам даже не давали ничего от дисбактериоза. Там парацетамола не было, люди со своим заезжали, а еще со своим линексом, со своим градусником, потому что там один на палату. Раздали нам браслеты, на которые никто не реагировал. Медсестры нам сразу сказали: "Мы не приходим на эти вызовы". В итоге капельницу приходится перекрывать самим, иначе ее могут снять поздно. Или как зомби с иголкой в руке в туалет идешь. Надо стучать в окна и кого-то просить, на сигнал браслета никто не приходит, – рассказывает Панфилова.

Екатерина говорит, что сидевшего вместе с ней в очереди на КТ мужчины не стало на следующий день, но в статистику по коронавирусу он мог и не попасть, потому что причиной смерти якобы стали давление или сердце. Екатерина предполагает, что именно в таких внезапных ситуациях и мог бы помочь браслет, если бы работал как положено.

– Когда у моей соседки был большой жар, она горела, но никому дела не было. Я стучала по окнам, чтобы кто-то подошел. И тот мужчина из очереди не выглядел тяжелобольным. А потом мы слышим крики: "Пакуйте его: кто его должен увозить: морг или мы?" Думаю, его даже оформить в больницу не успели, нас всех задним числом оформляли, в конце недели. По моим ощущениям, в первый день работы больницы вышло только 30% персонала. На двести коек был один врач-пульмонолог, она минут на пять только появлялась. У меня один раз взяли мазок, это было 7 октября, он не готов до сих пор, – утверждает Панфилова.

Эти 200 мест больницы заполнились за несколько дней!

По ее словам, боксы перестали быть одноместными и двухместными уже через пять дней после открытия новой больницы.

– Откуда-то привезли на военных машинах военные кровати. Видимо, из части. И подселяли – уже по три кровати в боксе стало. Эти двести мест больницы заполнились за несколько дней! За счет новых кроватей, вероятно, добавилось еще сто мест, и те тоже были заняты очень быстро. Некоторые больные покупали свое белье и подушки, чтобы не лежать, как на нарах, – вспоминает Панфилова.

Она отмечает, что, вероятно, из-за нехватки кадров в новую больницу пригласили студентов из псковского медучилища. Ей показалось, что они не всегда соблюдают технику безопасности.

– Эти студенты – молодые совсем, дети, считай. Некоторые ходят без очков. Говорят, что не видят в них ничего и могут промахнуться, когда укол делают. Я ему говорю: "Ты заразиться и умереть можешь", а он: "Нам пообещали три оклада". Ну, наивные! – разводит руками пациентка.

Она до сих пор не поправилась, 14 октября второе КТ показало 15% поражения легких, и больная под расписку перевелась домой. Ей обещали наблюдение врача из поликлиники, но тот на связь пока не выходил. После выздоровления Панфилова планирует пожаловаться на условия новой больницы в прокуратуру, а пока снимает видео для губернатора.

Потолок в новом инфекционном корпусе
Потолок в новом инфекционном корпусе

18 октября Михаил Ведерников сообщил, что псковский корпус инфекционной больницы загружен больными на 100%, великолукский – более чем наполовину. 19 октября у здания городской больницы Пскова, которая ранее была перепрофилирована под лечение больных коронавирусом, корреспондент Север.Реалии увидел очередь из пяти машин скорой, две из них были реанимационными. На условиях анонимности врачи делятся, что больных "очень много", а "кадров не хватает".

– Сегодняшняя ситуация с загруженностью, заполненностью коек, когда больных практически по всей области везут в Псков, – это результат бездарной реформы здравоохранения и бездарной оптимизации. Сократились больницы, сократились койко-места, сократились медики – потому что сокращались и ставки. И когда пришла беда в виде эпидемии коронавируса, выяснилось, что у нас не хватает мест, чтобы положить людей. И пока реформа и оптимизация будут продолжаться в том виде, в котором она сейчас идет, люди будут умирать, – уверен псковский фельдшер и общественник Иван Васильев. – Задача лечебного учреждения – лечить людей, а не зарабатывать деньги. Рыночный подход здесь не работает.

В комитете здравоохранения в течение дня не ответили на звонки корреспондента Север.Реалии.

Вологда: один реаниматолог на три этажа

Отец вологжанки Ирины Ахмедовой скончался в моногоспитале для лечения больных коронавирусом 15 октября. Туда его привезли спустя почти 9 часов с момента вызова бригады скорой помощи.

– Когда утром 14 октября я позвонила на скорую, чтобы забрали папу – он совсем задыхался – мне сказали вызывать участкового, и чтобы он выписал направление. Полдня прождали нашего врача, потом полдня – госпитализацию. Второй звонок в скорую в этот день был в 14.23, – рассказала Ирина. – Бригада приехала только после одиннадцати вечера.

В течение дня она несколько раз звонила на станцию скорой помощи, чтобы уточнить, во сколько приедет бригада.

– Отцу становилось все хуже. Сатурация была 63%! Было около восьми вечера, а скорой все не было! По телефону отказались давать прогноз о времени прибытия, пояснив, что очередь 128 вызовов, и наш вызов – 40-й! – рассказывает Ирина. – Когда я сказала, что у отца сатурация 63, мне ответили: "Да вы что, это же кома". А на вопрос, уж не ждут ли они смерти моего отца, сатурация у которого почти коматозная, прозвучал ответ: возможно.

У нас подруга там работала – они просят больных, чтобы те жаловались, что персонала нет вообще!

Несколькими днями ранее в моногоспиталь с подтвержденным тестом на коронавирус попала мать Ирины. Несмотря на имеющиеся симптомы болезни у ее пожилых родителей, медики долго не хотели брать анализы на ковид и не видели причин для госпитализации.

– Оба моих родителя сначала резко отказались от еды. Совсем. У папы температура под 40. Я вызывала скорую дважды, вызывала участковых. Все разводили руками, в больницу везти не видели оснований. Потом у мамы резко стартанул сахар, и её повезли спасать. Моногоспиталь даже тогда отказался брать тест, анализ брали в другой больнице, – рассказывает вологжанка. По ее словам, она несколько дней не могла дозвониться до моногоспиталя и узнать про состояние здоровья матери. – В беседе с подругой получила такой ответ: "Ирина, там не хватает персонала. У нас подруга там работала – они просят больных, чтобы те жаловались, что персонала нет вообще! Там один врач-реаниматолог на три этажа, две медсестры на этаж на 100 человек! Они шесть часов бегают от пациента к пациенту в костюмах не пьют, не писают... У них нет физически времени отвечать на звонки! Они пытаются спасать людей!

19 октября по время прямого эфира мэра Вологды Сергея Воропанова горожане завалили его жалобами на долгое ожидание скорой помощи. Мэр отреагировал на комментарии обещанием разобраться в ситуации лично, и попросил написать ему адреса, где люди долго ждали приезда скорой.

Моногоспиталь в Вологде, где лечат коронавирус
Моногоспиталь в Вологде, где лечат коронавирус

Проблемы с вызовом скорой помощи в Вологде подтвердили в пресс-службе областного департаменте здравоохранения.

– Время ожидания скорой увеличилось, поскольку увеличилось количество вызовов. При этом скорые по два-три часа ждут результатов КТ возле моногоспиталя. Оставлять пациента, чтобы он самостоятельно потом добирался домой, они не имеют права. Поскольку это риск заражения для остальных. У пациента может быть подтвержден коронавирус, но госпитализация может не потребоваться. В таком случае бригада маршрутизирует пациента обратно домой, – говорит пресс-секретарь департамента здравоохранения Анна Чхетиани.

В департаменте рассказали, что на весь областной центр с населением более 300 тысяч человек в настоящее время работает 16 бригад скорой помощи.

– Этого недостаточно, учитывая сложную эпидемиологическую ситуацию, – признает сотрудник пресс-службы. – Дело тут не в нехватке машин, а в том, что на скорой не хватает персонала. В этом году на скорую пришли работать после окончания медицинских учебных заведений всего восемь фелльдшеров. Это очень мало. Плюс врачи, работающие на скорой, также могут заболеть, в том числе и коронавирусом.

Решением проблемы может быть увеличение числа бригад неотложной помощи при городских поликлиниках, считают в департаменте здравоохранения:

– Бригады неотложной помощи работают в дневное время, и горожане, если ситуация не экстренная, могут обращаться в первую очередь в свою поликлинику по месту жительства. Мы открыли в каждой поликлинике телефоны горячей линии, по которым можно звонить. Бригады сейчас усилены теми специалистами, которые ранее проводили диспансеризацию – она временно отменена. Каждый вызов будет оперативно отработан, если ситуация того потребует, к пациенту на дом в течение двух-трех часов придут медики и окажут необходимую медицинскую помощь, – уверяет Анна Чхетиани.

Можно ли губернатору вещать о подконтрольности ситуации с ковидом, если неотложку надо ждать 10 часов?

Похоронившая отца Ирина Ахмедова говорит, что от отчаяния написала обращение в правительство России:

– Потому что где конституционно гарантированное медицинское обеспечение? Можно ли губернатору вещать о подконтрольности ситуации с ковидом, если неотложку надо ждать 10 часов? Дорогие медики, вам – низкий поклон! Вас власть, похоже, ненавидит, но есть другие силы. Пусть Господь бережёт вас.

Великий Новгород: СИЗы не каждый день

Летом и в начале осени в Новгородской области никакие коронавирусные ограничения не действовали. Работали торговые центры, заведения общепита и фитнес-клубы. В конце сентября в регионе стало стремительно увеличиваться количество случаев заражения COVID-19. Об этом новгородцам сообщила и.о. первого заместителя министра здравоохранения Новгородской области Ирина Истомина, комментируя разошедшийся по соцсетям ролик.

На видео пациенты лежат на кроватях в коридоре, а также у стойки регистратуры. Пациенты жалуются, что уже неделю не видели врача, а их состояние ухудшается. Один из пациентов лежит по пояс обнажённым.

– Постельное бельё? Нет, не видели. Одноразовые простыни на вонючих матрасах. Здоровья всем, – заявил автор ролика.

Истомина заявила, что ситуация на видео связана с ростом числа инфицированных. Особенно среди пожилых.

– Мы видим, что отделения Центральной городской клинической больницы не успевают провести, так сказать, оборот пациентов, которые поступают за сутки. Имело место переполнение отделений обсервации. Были случаи, когда мы были вынуждены ставить кровати и в коридоре, чтобы не пересекать потоки пациентов и избежать внутрибольничного заражения, – заявила Ирина Истомина.

ЦГКБ и областная инфекционка – два главных учреждения по лечению коронавируса в регионе. В других клиниках ковидными больными занимаются лишь небольшие отделения – в том числе, в одном из роддомов.

Центральная городская включает в себя две клиники – №1 и №2. Во второй и был снят ролик с пациентами в коридоре. Первую же новгородцы из-за её репутации давно называют "Фабрикой смерти". На условиях анонимности корреспондент Север.Реалии поговорил с медсестрой хирургического отделения. По её словам, с мая хирургия стала работать как обсервация. Во время первой волны коронавирусом переболели почти все сотрудники отделения. Причиной стало недостаточное оперативное тестирование.

– Ты работаешь с пациентом, например, мужика зашиваешь, а он тебе в лицо кашляет. А после оказывается, что он ковидный. Маски в таком деле не помогают, – рассказывает медсестра.

Она говорит, что сейчас в клинике фиксируются повторные случаи заражения среди сотрудников. С начала пандемии из-за COVID-19 в больнице скончалось несколько медиков.

– В начале пандемии к нам больницу привезли древние аппараты ИВЛ, на которые анастезиологи смотрели со смехом. Потому что они не раздышат даже здорового пациента после операции – не то, что человека с ковидом без лёгких. Но сейчас, в целом, всего хватает. Есть проблемы с антибиотиками, потому что все уходят на коронавирусных больных. Даже в первую волну у хирургии всё было. Сейчас перебои начались. Ну и СИЗы у нас, как положено, выдают далеко не каждый день. Это, наверное, тоже связано с поставками. В первую волну нам привезли отсосы, кровати функциональные, очистители воздуха. Мы с коллегами даже шутили: неужели нужно было случиться пандемии, чтобы нам наконец-то всё необходимое выдали.

Дарья Стрижак
Дарья Стрижак

Новгородская художница Дарья Стрижак от коронавируса лечилась в клинике №2.

– Заразилась я в последних числах августа, – рассказывает Дарья. – У меня были небольшие симптомы простуды, к врачу решила не идти. До отпуска оставалось несколько дней. Перед его началом почувствовала себя довольно плохо, поэтому пошла в поликлинику. Врач сказала, что всё ерунда, "ты просто простудилась, сиди на обычном больничном". Полторы недели я на нём и сидела и после уже потребовала сделать мне тест на COVID. В итоге пришла выписываться с больничного, сижу в коридоре. Выходит медсестра, видит меня и меняется в лице, убегает обратно в кабинет. После вызывает меня туда же. Я захожу, а там все в костюмах и говорят: что ж вы сюда пришли с положительным тестом? Хотя они сами о нём узнали только тогда, когда я пришла на приём.

В итоге Роспотребнадзор решил меня госпитализировать – не по медицинским показателям, а по бюрократическим

Вместо оперативной медицинской помощи Стрижак получила бюрократическую волокиту. Дело в том, что они живёт не по месту прописки, а на съёмной квартире, из-за чего случилась путаница с поликлиниками. И по месту прописки, и по месту фактического проживания медучреждения не горели желанием браться за коронавирусную пациентку, поэтому, по словам Дарьи, ею просто "играли в пинг-понг".

– У меня сдали нервы, и я позвонила в Роспотребнадзор. Оказалось, они в эти же минуты искали меня – почему-то до меня им было не дозвониться, и они пытались найти меня через место работы. Я им рассказала, что меня перекидывают поликлиники. В итоге Роспотребнадзор решил меня госпитализировать – не по медицинским показателям, а по бюрократическим.

Постановление о госпитализации Дарьи выписали через двое суток. В больницу она попала только вечером третьего дня. Её сразу определили в коронавирусное отделение на четвёртый этаж. На втором находится так называемый распределительный блок – там лежат пациенты с признаками пневмонии.

– Из-за того, что у меня уже был диагностирован COVID-19, я избежала самого страшного, а именно того распределительного этажа, где полная вакханалия. Насколько я поняла, когда я поступила, там уже было очень много людей. Некоторые из них были не слишком здоровы психически – от таких другие больные даже по туалетам прятались, – рассказывает Дарья.

После поступления Стрижак сразу поставили капельницу – без какого-либо общения с врачом.

– Никто не интересовался переносимостью лекарств, которую у меня впоследствии выявили – вспоминает Дарья. – Объяснялось это типовым лечением. После первой же ночи мне стало хуже. Врач утром сказала, что такое бывает, потому что тяжело организму. Решили наблюдать за реакцией дальше. Мне становилось хуже, и лечение меняли несколько раз. Только к концу пятого дня, после моей истерики, мне отменили капельницу. Потому что уже тогда стало понятно, что проблема была именно в процессе вливания через неё. Ну и аллергической реакцией на антибиотики. Меня стали лечить таблетками и уколами в живот антикоагулянта, чтобы избежать тромбов. С самого начала я гуглила про препараты, которыми меня лечат. Первые сутки меня лечили иммуномодулятором, который купирует ВИЧ, но его быстро отменили. Как я поняла, потому что у больницы не налажены постоянные поставки лекарств. Что привезли, тем и лечат. Потом меня перевели на "Фавипиравир", который в 2020-м определили как антиковидный. Врач мне сразу сказала, что беременеть нельзя как минимум полгода – эта фраза меня тогда насторожила. Данный препарат мне назначили, потому что у меня аллергия на левофлоксацин – основной антибиотик, которым в клинике лечили COVID-19.

Когда я жаловалась своему медбрату Тёме, что мне тяжело, он так позитивно отвечал: ну а что поделать, главное – живи дальше

Несмотря на неразбериху, Дарья считает, что ей повезло с врачами и медперсоналом.

– Хочу сказать, что меня лечила потрясающий врач, женщина средних лет, к сожалению, так и не смогла узнать её имени. Она хорошо относилась к пациентам, слушала их, назначала только нужные анализы, а не тупо следовала методичке. С ней мне повезло. Также встречались люди, которые просто устали от этой системы и им было просто на всё пофиг. И их не стоит за это винить, потому что они работают на убой. Но есть и медики, которые, несмотря на трудности, остаются людьми – помогут, улыбнутся и утешат. Когда я жаловалась своему медбрату Тёме, что мне тяжело, он так позитивно отвечал: ну а что поделать, главное – живи дальше.

У Дарьи Стрижак еще долго держалась температура 37 градусов. Чтобы не переживать, она просто перестала её мерить. Говорит, что самочувствие до сих пор оставляет желать лучшего. Даже вполне будничные дела теперь кажутся очень тяжёлыми.

По данным официального телеграм-канала "Коронавирус. Оперштаб. Новгородская область" на 20 октября, за время пандемии в Новгородской области зарегистрировано 6477 случаев заражения. Скончалось 83 человека, 4859 – поправились. При этом на 1 июня в области числилось 1353 случая инфицирования COVID-19. Пик пандемии в регионе пришелся на май, когда количество заражений за сутки варьировалось от 10 до 89. Летом количество заболевших за день снизилось примерно до 20, а осенью опять поднялось. В октябре в Новгородской области фиксируется от 55 до 70 случаев заражения в сутки.

Санкт-Петербург: заболевает много врачей

Начиная с октября Петербург почти каждый день устанавливает "антирекорды". Если в августе-сентябре ежедневно выявляли по 150-230 случаев COVID-19, то последние десять суток ежедневное число заболевших превышает 500-600 человек. Осенний сценарий пандемии COVID-19 схож с тем, что было весной: городские больницы одну за одной переводят под коронавирус, у ковидных стационаров вновь очереди из машин скорых, власти снова открыли временный COVID-госпиталь в выставочном центре "Ленэкспо". Губернатор Александр Беглов даже просил министра здравоохранения Михаила Мурашко заново перевести федеральные медицинские учреждения для приёма больных коронавирусом. Но в городе нет жестких ограничений, которые вводили весной во время объявленных Владимиром Путиным выходных. Чиновники лишь запретили работать общепиту после 23:00 и просят горожан везде носить маски.

Главный врач частной скорой помощь "Корис" Лев Авербах уверен, что два главных отличия новой волны коронавируса – больше болеют дети и пандемия развивается быстрее. О всплеске заболеваемости среди детей также говорят другие врачи в Петербурге. По словам вице-губернатора Ирины Потехиной, в каждой третьей школе в Петербурге выявили коронавирус. COVID-19 подтверждён у 700 учеников и у 200 сотрудников образовательных учреждений. При этом в городе школы и университеты не переводят на дистанционный режим обучения.

Лев Авербах
Лев Авербах

Тем не менее, по словам Авербаха, в Петербурге "всё как-то немного устаканилось": появилась логистика между медучреждениями, медики в больницах не сообщают о нехватке средств защиты:

– Больше люди стали понимать, что болезнь все-таки существует. Очень мало стало отрицателей, хотя многие не соблюдают меры предосторожности. Есть те, кто говорит: "Давайте дальше жить", они не болели. Они или их ближайшие родственники не попадали в больницу и не до конца понимают, что это такое. И, скорее всего, не хотят видеть, что происходит вокруг. Снизится или не снизится статистика – никто этого не знает. Непонятно, что будет зимой. Наверное, присоединятся и другие ОРВИ, всё это в кучу.

Болеют и врачи, и сестры, и в профильных, и не в профильных, и работающие с ковидом, и без ковида

При этом одна из проблем остаётся – это заболеваемость среди медицинских работников.

– Много заболевает врачей. Медперсонала много болеет: болеют и врачи, и сестры, и в профильных, и не в профильных, и работающие с ковидом, и без ковида, – говорит Авербах.

Всего с начала пандемии коронавируса в регионах Северо-Запада России заболели более 14 тысяч медицинских работников, следует из ответов региональных минздравов на запросы Север.Реалии и публикаций в СМИ.


Наибольшее количество заболевших оказалось в Петербурге. Комитет по здравоохранению города сообщил редакции Север.Реалии, что COVID-19 подтвердили у 10 433 сотрудников государственных медицинских учреждений – это около 21% от общего числа заболевших. Официально признаны погибшими от ковида 37 медработников.

Власти Архангельской области не предоставили статистику по заболевшим медикам в ответ на запрос Север.Реалии, но сообщили местным СМИ, что на конец сентября в регионе было 1862 медработника, у которых подтвердили COVID-19.

В Ленинградской области коронавирус среди медиков официально подтвердили у 937 человек, или 3% от всех медицинских работников региона. В пресс-службе местного комитета по здравоохранению предположили, что реальное число заболевших медработников больше, так как в официальную статистику не попали заболевшие не на работе и не в ковидных стационарах.

В Новгородской области с начала пандемии коронавируса подтвердили 537 случаев COVID-19 среди медиков, в Калининградской области – 383, в Карелии – 72.

Сколько медработников с начала пандемии заболели в Псковской, Мурманской, Вологодской областях и Республике Коми – неизвестно.

В Псковской области по телефонам, указанным на сайте комитета по здравоохранению, в течение нескольких дней никто не ответил. Аккаунт во "ВКонтакте" главы комитета по здравоохранению Псковской области Марины Геращенко сообщил корреспонденту Север.Реалии, что ответ на запрос чиновники пришлют в течение месяца.

В Вологодской области пресс-секретарь комитета по здравоохранению сообщила, что несколько случаев заражения коронавирусом среди медиков в регионе есть, но точную цифру в течение нескольких телефонных разговоров не назвала.

В Мурманской области Минздрав не ответил на запрос редакции. В Министерстве по здравоохранению Республики Коми по телефонам, указанным на сайте, никто не ответил в течение нескольких дней. Официальный аккаунт Минздрава в соцсети "ВКонтакте" сообщение корреспондента оставил непрочитанным.

FACEBOOK КОММЕНТАРИИ:

В ДРУГИХ СМИ




XS
SM
MD
LG